— Андрюша, джинсы в стирку отправлять буду! — крикнула я из ванной, но ответа не услышала. Муж уже ушёл в гараж возиться со своим старым BMW.
Привычно проверила карманы — мелочь, чеки, обрывок какой-то записки. И вдруг пальцы нащупали что-то холодное, металлическое. Я достала маленькую бархатную коробочку, какие бывают в ювелирных магазинах.
Неужели сюрприз для меня? — мелькнула первая мысль. Но когда я открыла коробочку, сердце ухнуло вниз. Внутри лежало обручальное кольцо — тонкое, изящное, явно женское. И явно не моё.
Я сжала коробочку в руке так крепко, что костяшки побелели. Мы с Андреем женаты уже девятнадцать лет. Наша дочка Маша учится в десятом классе. У нас двухкомнатная квартира в новом районе, которую мы наконец-то почти выплатили. Его автосервис, хоть и переживает не лучшие времена, но держится на плаву.
И вот — чужое обручальное кольцо в кармане моего мужа.
Я опустилась на край ванны, не выпуская коробочку из рук. В голове пронеслись десятки объяснений. Может, он его нашёл? Может, кто-то попросил передать? Может, это для кого-то из друзей?
Но почему тогда не сказал мне? — этот вопрос стучал в висках.
Звук открывающейся входной двери заставил меня вздрогнуть. Я быстро спрятала коробочку в карман халата и выбежала в коридор.
— Как дела в гараже? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал обычно.
— Да так, — Андрей снял куртку и повесил на крючок. — Никак не могу понять, почему двигатель троит. Может, свечи поменять надо.
Он говорил как всегда — спокойно, немного устало. Но мне показалось, что взгляд его был каким-то неуловимо другим. Или это паранойя уже начиналась?
Тайный допрос
За ужином я наблюдала за мужем украдкой. Маша что-то увлечённо рассказывала про школьную поездку в Питер, а я смотрела, как Андрей нарезает хлеб, как улыбается дочке, как тянется за солью.
Неужели он способен на измену? — думала я, разглядывая его привычное лицо. Сорок пять лет, седина на висках, морщинки у глаз. Мой муж. Отец моего ребёнка. Человек, с которым я делила постель уже почти двадцать лет.
— Мам, ты что такая задумчивая? — спросила Маша.
— Да так, работа, — отмахнулась я. Я работала бухгалтером в небольшой торговой компании, и «проблемы на работе» были универсальным объяснением любого моего настроения.
— А у папы сегодня что-то клиентов много было, — продолжала дочка. — Я мимо автосервиса проходила после школы, там какая-то женщина стояла, с тобой говорила, пап.
Я резко подняла глаза. Андрей жевал, не меняясь в лице.
— Ага, — кивнул он. — Оценку хотела получить, сколько будет стоить ремонт после ДТП. У неё там бампер смяло.
— А, понятно, — сказала Маша и снова принялась за котлету.
А я продолжала смотреть на мужа. Что-то в его ответе показалось мне... слишком подготовленным. Словно он заранее придумал, что сказать, если спросят.
Господи, Светка, ты совсем с ума сошла, — одёрнула я себя. Из-за какого-то кольца подозреваешь мужа во всех смертных грехах.
Но коробочка в кармане халата словно жгла кожу через ткань.
После ужина, когда Маша ушла к себе делать уроки, а Андрей устроился в кресле с планшетом, я решила действовать.
— Андрюш, — позвала я, вытирая руки полотенцем.
— М-м-м? — он не поднял глаз от экрана.
— А ты ничего не терял в последнее время?
Теперь он посмотрел на меня:
— В смысле?
— Ну, не знаю. Может, что-то выпало из кармана, когда джинсы снимал...
Лицо его стало настороженным. Совсем чуть-чуть, но я заметила.
— А что, что-то нашла?
Вот оно. Он знает.
— Да нет, просто спрашиваю, — соврала я. — В кармане только чеки были да мелочь.
— А, ну да, — он снова уткнулся в планшет. — Ничего особенного не терял.
Я постояла ещё немного, глядя на его макушку, потом пошла на кухню мыть посуду. А в голове крутилась одна мысль: он соврал. Он точно знает про кольцо.
Версия мужа
Два дня я носила коробочку с собой, то и дело доставая её в туалете на работе и разглядывая кольцо. Оно было красивое — белое золото, тонкая работа, внутри выгравированы инициалы «А+Е».
А — это Андрей. А Е? — Елена? Екатерина? Евгения?
На третий день я не выдержала.
— Андрей, — сказала я вечером, когда мы остались одни. — Мне нужно кое-что тебе показать.
Я достала коробочку и положила на журнальный столик между нами.
Он побледнел. Буквально. Я видела, как кровь отлила от его лица.
— Где ты это взяла? — спросил он тихо.
— В кармане твоих джинсов. В понедельник, когда стирала.
Андрей молчал долго. Потом вздохнул и потёр лицо руками.
— Света, это не то, что ты думаешь.
— А что я думаю? — я старалась говорить спокойно, но голос дрожал.
— Ты думаешь, что у меня роман.
— А разве нет?
Он покачал головой:
— Нет. Слушай, это... это сложно объяснить.
— Попробуй.
Андрей встал, прошёлся по комнате, снова сел.
— Помнишь, я рассказывал тебе про Лену? Она работала у меня в автосервисе года два назад?
Я помнила. Молодая девушка, администратор. Симпатичная, но я особо не обращала внимания — у Андрея всегда работали разные люди.
— Так вот, — продолжал муж, — у неё были проблемы. С мужем. Он её бил.
— И?
— Она просила помощи. Не денег — просто чтобы кто-то был рядом, когда она будет забирать вещи из квартиры. Я согласился.
Я слушала, чувствуя, как внутри всё сжимается в тугой комок.
— А кольцо тут при чём?
— Её обручальное кольцо. Она его сняла в тот день, когда уходила от мужа. И попросила меня его... ну, типа, уничтожить. Сказала, что сама не может, а видеть его больше не хочет.
— И ты согласился?
— Да. Но потом подумал, что это неправильно. Может, когда-нибудь она захочет его вернуть, для дочки там или ещё зачем. В общем, решил пока подержать.
Я смотрела на него, пытаясь понять, правда это или нет.
— Почему ты мне не рассказал?
— А зачем? — он пожал плечами. — Не хотел тебя беспокоить чужими проблемами. К тому же ты её не особо любила.
Это была правда. Лена мне действительно не нравилась — показалась слишком кокетливой.
— И где она сейчас?
— Понятия не имею. Уволилась сразу после того случая. Сказала, что уезжает в другой город.
Мы сидели молча. Я крутила коробочку в руках, а Андрей смотрел в окно.
— Светка, — сказал он наконец. — Я понимаю, как это выглядит. Но клянусь тебе, ничего между нами не было. Она просто просила помочь, а я помог. Всё.
— Почему соврал в понедельник, когда я спросила, не терял ли ты что-то?
— Испугался, — признался он. — Подумал, ты найдёшь кольцо и сразу решишь, что у меня роман. Что, собственно, и произошло.
Логично. Но что-то всё равно не давало покоя.
— Можешь дать мне её номер телефона?
— Не знаю, сохранился ли, — он достал телефон, покопался в контактах. — Вот, есть. Но не уверен, что она ответит.
Он показал мне номер. Я переписала его в свой телефон.
— Андрюш, — сказала я. — Я хочу тебе верить. Но мне нужно время.
— Понимаю, — кивнул он. — Прости, что так получилось.
Той ночью мы лежали в постели, не касаясь друг друга. Я долго не могла заснуть, прислушиваясь к его дыханию и размышляя, правду ли он сказал.
Посторонняя невеста
На следующий день я набрала номер Лены. Долгие гудки, потом незнакомый женский голос:
— Алло?
— Здравствуйте, это Елена?
— Да, а вы кто?
— Меня зовут Светлана, я жена Андрея Северцева. Вы помните, работали у него в автосервисе?
Пауза. Долгая пауза.
— Помню, — сказала она наконец. — А что случилось?
— Можно встретиться? Мне нужно кое-что вам вернуть.
Снова пауза.
— Хорошо. Но не у автосервиса. В кафе на Тверской, знаете «Шоколадницу» напротив метро?
— Знаю. Когда?
— Завтра в семь вечера. Я буду в красной куртке.
На следующий день я пришла в кафе за полчаса до назначенного времени. Заказала кофе и села за столик у окна, наблюдая за прохожими.
Лена появилась ровно в семь. Я узнала её сразу — та же стрижка каре, те же большие глаза. Но выглядела она гораздо лучше, чем два года назад. Увереннее как-то.
— Светлана? — подошла она к моему столику.
— Елена, садитесь, пожалуйста.
Она села напротив, положила сумочку на колени.
— Так что вы хотели вернуть?
Я достала коробочку и поставила перед ней.
Лена открыла её, посмотрела на кольцо и... рассмеялась. Не истерично, а просто искренне.
— Он его сохранил, — сказала она. — Я так и знала.
— Он рассказал мне, что вы просили его уничтожить кольцо.
— Да, просила. — Лена закрыла коробочку. — Но Андрей Петрович не такой человек, который может что-то уничтожить. Он добрый. Слишком добрый, может быть.
— Можете рассказать, что тогда произошло?
Лена помолчала, покрутила в руках коробочку.
— У меня был муж. Алкоголик и тиран. Четыре года я терпела, думала, исправится. Пока он меня в больницу не отправил. — Она закатала рукав, показала шрам на запястье. — Когда выписалась, решила уходить. Но боялась.
— И попросили помощи у Андрея?
— Да. Он единственный, кто отнёсся серьёзно. Остальные говорили: «Сама выбрала, сама и разбирайся». А Андрей Петрович приехал, помог вещи собрать, отвёз к подруге. И когда я сняла кольцо... — она вздохнула. — Я была в таком состоянии, что хотела его просто выбросить. Или сжечь. Андрей Петрович сказал: «Не спеши. Потом, может, пожалеешь». Но я настаивала, и он пообещал избавиться от кольца.
— Но не избавился.
— Не избавился, — улыбнулась Лена. — Знаете, через год я действительно жалела. Кольцо всё-таки было красивое, да и память... не всё же было плохо в той жизни.
Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри что-то отпускает.
— Лена, а что означают инициалы на кольце? «А+Е»?
— Алексей плюс Елена. Мой бывший муж. — Она покачала головой. — Какая ирония, да? «А» как у Андрея Петровича.
Господи, какая же я дура...
— Простите за бестактность, но... между вами и моим мужем ничего не было?
Лена удивилась:
— В смысле романа? Боже мой, нет! Во-первых, он женатый мужчина, во-вторых... — она помолчала. — Светлана, ваш муж говорил о вас. Постоянно. Света то, Света сё. Машенька, дочка. Как он вас любит, как гордится. Честное слово, я иногда завидовала.
У меня подступили слёзы.
— Я думала...
— Я понимаю, что вы думали. На вашем месте тоже бы подумала. Но поверьте, Андрей Петрович — редкий человек. Таких мало. Берегите его.
Мы просидели в кафе ещё полчаса. Лена рассказала, что устроила свою жизнь, работает менеджером в крупной компании, даже замуж снова собирается. А кольцо решила оставить себе — «как напоминание о том, через что прошла».
Когда мы прощались, она сказала:
— Передайте Андрею Петровичу спасибо. За всё. И скажите, что Лена желает вашей семье счастья.
Слёзы на ковре
Домой я вернулась к девяти вечера. Андрей сидел на кухне с чашкой чая, Маша делала уроки в своей комнате.
— Ну как? — спросил он, когда я сняла куртку.
— Встретилась с Леной.
— И?
Я подошла к нему, обняла сзади, уткнулась носом в макушку.
— Прости меня, — прошептала я. — Прости за то, что не поверила сразу.
Он развернулся на стуле, обнял меня за талию.
— За что прощать? Ты поступила правильно. Я бы на твоём месте тоже сомневался.
— Она рассказала мне всё. Про мужа-алкоголика, про то, как ты ей помог. И про то, как ты постоянно говорил о нас с Машей.
Андрей покраснел:
— Ну, не постоянно же...
— Постоянно, — улыбнулась я сквозь слёзы. — Она сказала, что завидовала мне.
— Глупости.
— Не глупости. Андрюш, знаешь, что самое страшное во всей этой истории?
— Что?
— То, что я поверила в твою измену легче, чем в твою порядочность. Мы столько лет вместе, а я усомнилась в тебе из-за какого-то кольца.
Он погладил меня по спине:
— Светуль, ну как ещё ты должна была отреагировать? Нашла чужое обручальное кольцо в кармане мужа — конечно, подумала о плохом. Это нормально.
— Нет, не нормально, — я отстранилась, посмотрела ему в глаза. — Нормально было бы сразу спросить. А я три дня мучилась, строила теории, подозревала.
— Забудь. Главное, что всё выяснилось.
— Знаешь, а ведь Лена права. Ты действительно редкий человек. Помог чужой женщине, ничего не ожидая взамен. Сохранил её кольцо, хотя она просила уничтожить. И при этом даже мне не рассказал, чтобы не расстраивать.
— Я просто сделал то, что должен был сделать.
— Вот именно. И я хочу быть достойной такого мужа.
Той ночью мы занимались любовью впервые за долгое время по-настоящему — не по привычке, не потому что надо, а потому что хотели быть близко. И когда я засыпала у него на плече, то думала о том, как легко можно разрушить доверие, которое строилось годами.
А утром, за завтраком, Маша сказала:
— Вы что, помирились? У вас такие лица счастливые.
— А мы что, ссорились? — спросила я.
— Ну, не ссорились, но было видно, что что-то не так. Мама какая-то нервная была, папа тоже.
Дети всё чувствуют. Всегда.
— Просто у мамы на работе проблемы были, — сказал Андрей.
— А теперь решились?
— Теперь решились, — кивнула я.
Что я поняла из этой истории?
Доверие — это не данность. Это выбор, который мы делаем каждый день. И иногда проверка на прочность делает отношения ещё крепче.
Лена была права — таких мужчин, как мой Андрей, действительно мало. Людей, которые помогают, не ожидая награды. Которые сохраняют чужую память, даже когда их просят её уничтожить. Которые любят свою семью так искренне, что рассказывают о ней посторонним.
А ещё я поняла, что чужое горе может научить ценить своё счастье. История Лены показала мне, какой кошмар бывает в некоторых семьях, и я ещё больше оценила то, что у нас есть.
Кстати, через месяц Лена пригласила нас на свою свадьбу. Мы пошли всей семьей. И когда она надевала новое обручальное кольцо, я увидела на её лице такое счастье, какого не видела два года назад в автосервисе.
А то самое кольцо с инициалами «А+Е» теперь лежит у неё в шкатулке — как напоминание о пройденном пути.
История тронула? Поделитесь в комментариях — были ли в вашей жизни ситуации, когда подозрения оказывались ложными, а правда — прекраснее вымысла?