Когда вспоминают утро 22 июня, в голове сразу всплывают кадры бомбёжки Бреста, голос Молотова с радио и паника в Москве. Но почти никто не задумывается, что в этот момент сотни советских граждан находились в самой глуши нацистской Европы — в Берлине. Не как пленные, а как официальные лица. И вот как для них всё обернулось.
Как оказаться не в том месте — и в совсем не то время
На июнь 1941 года в Германии находилось свыше 300 советских дипломатов с семьями и почти 700 специалистов, приехавших по обмену: врачи, инженеры, военные консультанты. Всё было будто бы по-дружески: обмен опытом, официальные приёмы, культурные мероприятия. Вроде как союзники. На бумаге — да. По факту — многие прекрасно понимали, что это затишье перед бурей.
Но когда буря началась, выйти сухим оказалось невозможно. Пока немецкие дипломаты тихо выезжали из СССР заранее, наши сотрудники оказались в западне — в чужой стране, которая за одну ночь стала враждебной.
Почти как вежливость, только наоборот
Сразу после начала боевых действий немецкая сторона, конечно, изобразила вежливость: мол, никто не будет мешать уехать, пусть дипломаты спокойно возвращаются домой. Звучало красиво. Но на деле ситуация была совсем другой. Уже в первые часы после объявления войны здание посольства СССР в Берлине оказалось отрезано от мира. Телефоны отключили, охрану поставили, сотрудников обыскали. Из посольства не выпускали даже за едой и водой.
Квартира за квартирой обыскивались, документы изымались, а позже начались задержания. Некоторые дипломаты и вовсе оказались в тюрьмах и концлагерях. Всё это — на фоне обещаний «честного обмена».
Обмен в стиле «один за всех» — но только для немцев
Когда в Москве узнали, что дипломатов фактически взяли в заложники, начались переговоры. Немцы предлагали странную схему: «Вы нам нашего Шуленбурга, а мы вам — может быть, кого-нибудь». Москва на такое не согласилась. В переговорах участвовали Швеция, Турция, Болгария, и только благодаря их давлению удалось договориться на обмен «всех на всех».
Первый раунд провалился — немцы просто не пришли в назначенное место. Шуленбурга же отправили домой в полной безопасности. Советских же граждан — нет.
Поездка домой: почти не концлагерь, но близко
Советских сотрудников посадили в два эшелона. Поезд шёл через пол-Европы: Чехословакия, Болгария, Турция. Купе — по десять человек. Сидеть негде, выходить нельзя, еду давали раз в день, если повезёт — два. При остановках никого не выпускали. Иногда поезд стоял по двое суток, и всё это время люди просто ждали, запертые в душных вагонах.
На фоне этого Германия направила СССР телеграмму с благодарностью за «комфортабельный приём Шуленбурга». Гротеск и сарказм эпохи.
Итог: вернулись, но уже другими
Дипломаты вернулись домой, но для многих поездка оказалась последней в жизни. Кто-то заболел, кто-то так и не восстановился. Пережитое в Берлине и по дороге навсегда осталось с ними. Эта история — о том, как за красивыми словами часто скрывается ловушка. И как в первый день войны за фронтом оказался ещё один — дипломатический.
А вы раньше знали, что в день начала войны советских дипломатов держали в тюрьмах и вывозили как пленных? Как думаете — могла ли Москва тогда поступить иначе?
Вам могут понравиться следующие статьи: