К середине XVII века русские землепроходцы начали активно осваивать Приамурье и уже достигли устья реки Амур. В 1650 году отряд казаков под командованием Ерофея Хабарова захватил принадлежавший даурскому князю Албазе городок, стоящий на реке Амур. Со своими людьми Хабаров провел там зиму и затем покинул его, направляясь покорять новые племена.
Албазин – первый русский город на Амуре
Несколько лет городок находился в запустении, пока в 1665 году сюда опять не пришли русские. Это были бежавшие казаки, промысловики, крестьяне. Возглавлял их Никифор Черниговский. Они отстроили Албазинский острог на левом берегу реки Амур, покорили местное население и стали собирать с него пушную дань, отправляя ее в Москву.
Албазинский острог разрастался. Плодородные земли, окружавшие городок, позволяли жителям кормиться, леса – охотится. Слава об Албазине начала распространяться по Сибири и сюда стали стекаться люди. Постепенно Албазинская крепость становилась центром русского влияния в Приамурье. Здесь проживало около 500 семей, жители занимались торговлей и хлебопашеством. Охраняли острог казаки. В Приамурье развивалось земледелие, и помимо Албазина здесь уже было более 20 русских поселений.
Тем временем в Китае
Появление русских в Приамурье совпало с важными событиями, происходящими в Китае.
В 1644 году в Китае вспыхнуло крестьянское восстание, и повстанцы захватили Пекин. Император Мин покончил с собой, и правительство обратилось за помощью к маньчжурской армии. Маньчжуры действительно выбили крестьян из Пекина, а потом сами захватили его и присоединили Китай к Маньчжурии. Китайским императором они провозгласили своего богдыхана (правителя) Шуньчжи, который стал основателем династии Цин, правившей в Китае до 1911 года. Новая династия была более агрессивной и стала проявлять больше интереса к приграничным землям.
Первые столкновения
Богатые земли Приамурья привлекли внимание и маньчжуров, которые строили империю на другом берегу Амура. Перешедших под власть русских племена дауров и дючеров они считали своими подданными и не собирались долго мириться с тем, что их лишили источников ценной пушнины. К тому же, многие даурские и эвенкийские князья перешли на сторону русского царя добровольно, и маньчжуры опасались, что их примеру последуют и другие племена, причем, не только левобережья, но и правобережья Амура. Этого терпеть маньчжуры не могли.
Несколько раз крепость подвергалась нападениям императорских войск. Это было и в 1658, и в 1670 годах. Маньчжурские воины подплывали к острогу на судах, следом по суше подходило конное войско. Албазин смог выстоять, но это были лишь «пробные» испытания.
В Пекине на престол взошел второй император династии Цин – Канси, настроенный более решительно. Его не устраивало, что уже около 40 лет практически у них под боком растут русские поселения, а русские захватывают все больше территорий.
На левобережье Амура все чаще стали появляться китайские отряды, в том числе, и вблизи Албазина. Это настораживало русских. Постепенно маньчжуры стали переходить к активным действиям: не пропускали лодки русских вниз по Амуру, нападали на казачьи отряды, разоряли небольшие остроги по рекам Зее, Бурее, брали русских в плен.
Но особенно их интересовал Албазин, самый первый и самый крупный город, ставший ключом к русскому Приамурью.
Конечно, тревожные вести доходили до Москвы, и правительство Софьи Алексеевны стало предпринимать ответные меры. В 1882 году был образован Албазинский уезд и воеводой был поставлен Алексей Толбузин. Тем самым приамурские земли были юридически закреплены за Россией. Историк В.А. Александров о важности этого шага писал так:
«…образование отдельного Албазинского уезда, охватывавшего территорию собственно Приамурья, было демонстративно политическим актом, которым правительство подчеркивало незыблемость присутствия на Амуре русской администрации, по своим правам ничем не уступавшей воеводам других сибирских уездов».
Несмотря на повышение «статуса», положение Албазина было очень тяжелым: в нем насчитывалось менее 450 защитников, а боеприпасы были скудны. При этом войско маньчжур, сосредоточенное на Амуре, насчитывало около 15 тысяч человек.
В апреле 1683 года Софья Алексеевна царской грамотой предписала набрать в Тобольске и других сибирских городах тысячу казаков и отправить в Албазин. Но сборы шли слишком медленно. Отряд под руководством обрусевшего пруссака Афанасия Бейтона подошел к Нерчинску в начале июля 1685 года, но было уже поздно.
Разрушение Албазина
Еще 10 июня к крепости подступили маньчжурские войска в 5 000 человек – против 450 албазинских защитников. Китайцы были снабжены и пушками, и достаточным количеством снарядов – в крепости же было только 3 пушки и 300 пищалей. Тем не менее, первый штурм защитники крепости отбили, при этом потеряв 100 человек.
После этого китайцы обложили стены крепости, сделанные из деревянного тына, хворостом и подожгли. А их огненные стрелы сжигали строения внутри стен. Сгорели амбары с зерном, запасы пороха, церковь. В этих условиях воевода А.Л. Толбузин был вынужден сдать острог.
Маньчжурский воевода Лантань позволил жителям Албазина покинуть крепость, но без оружия. Они отправились в Нерчинск
«…босые, раздетые и голодные, питаясь травою и кореньем».
Русский город Албазин был маньчжурами уничтожен до основания. После этого они ушли на юг, в свои земли.
А русские, узнав, что императорское войско ушло – уже в августе вернулись назад, в свой разрушенный врагами Албазин. С ними был и отряд Афанасия Бейтона. И хотя крепость была полностью разрушена, их поля были целы, урожай созревал, и они приступили к возведению новой крепости – на том же месте, где стояла и старая. На этот раз крепость обнесли земляным валом высотой более трех метров, облили жидкой глиной и обложили дерном – чтобы предотвратить поджоги. К зиме ряд построек был готов, урожай собран и непокоренные жители смогли перезимовать, а весной возобновить работы по восстановлению крепости.
В июне 1686 года восстановление крепости было по большей части закончено, а уже 7 июля маньчжурское войско вновь осадило город. Но русские поселенцы сейчас к осаде были готовы – в этом большая заслуга принадлежала Бейтону, знакомому с европейской фортификацией. Крепость не только окружили земляным валом и рвом, но и оборудовали артиллерийскими позициями, в амбарах хранились хлебные запасы, а внутри крепости были вырыты колодцы. Количество пушек с трех выросло до восьми, и к ним было достаточно припасено пороха и свинца.
Крепость была готова к осаде.
Новая осада Албазина
Осада крепости продолжалась десять месяцев, 10-тысячному войску противника противостояли 826 защитников крепости. Маньчжуры обстреливали крепость из пушек, установленных на возведенных ими земляных валах, поджигали горящими стрелами строения, пытались делать подкопы. Но русские не только отбивали атаки и пресекали диверсии, но и устраивали успешные вылазки. Не сломило русских и то, что в сентябре при попадании пушечного ядра был убит Толбузин. Командование обороной принял Бейтон.
Последний штурм китайцы провели в октябре 1686 года. Они выстроили две деревянные башни и начали передвигать их к крепости, чтобы перекинуть через ров и подойти к стенам. Но защитники крепости разрушили одну башню и подожгли вторую. Штурм опять провалился.
Начиналась зима, войско Лантаня потеряло уже 2,5 тысячи человек. Потери были и у русских – 150 человек. И Лантань решил взять крепость измором.
Зимой среди защитников крепости начала свирепствовать цинга. Уже мало кто из защитников мог держать в руках оружие. Но и китайская армия, потерявшая несколько тысяч человек, продолжала стоять. На все предложения Лантаня сдаться русские отвечали отказом.
На Пасху Лантань получил из крепости подарок – пшеничный пирог весом в пуд. И он понял, что измором взять этих упрямых русских не получится. В мае 1687 года маньчжурская армия ушла на юг. К этому времени боеспособными в крепости осталось только 66 человек. Среди них был и Бейтон. Они дождались обоз с продовольствием из Нерчинска.
Непростые переговоры с Китаем
Защищая свой маленький город, его защитники не знали, что в Москве идет подготовка к переговорам с маньчжурами, и что скоро им, защитникам, придется все-таки оставить свой город, политый кровью.
Царское посольство включало стольника Федора Головина, нерчинского воеводу Ивана Власова и дьяка Семёна Корницкого. Посольство цинского императора состояло из «великого государственного советника» князя Сонготу, главнокомандующего Тун Гуеган и командующего Лантаня, руководившего осадой Албазина. Сейчас он командовал войском, фактически осадившим Нерчинск, куда и прибыла русская делегация, и недалеко от которого должны были пройти переговоры.
Переговоры начались 12 августа 1689 года в поле под Нерчинском и длились две недели. Стоит ли говорить, что проходили они под жестким давлением с китайской стороны. Представители императора настаивали на установлении границы по озеру Байкал. В противном случае они грозились забрать эти земли силой.
Русские послы прекрасно осознавали, что огромные расстояния до Москвы, малонаселенность Сибири, отсутствие войск в Приамурье не позволят противостоять этому захвату. И хотя стойкость отчаянных албазинцев показала пекинскому двору, что отнять у русских занятые ими земли будет непросто, но поражение от многократно превышающей по численности китайской армии будет неминуемым.
Нерчинский договор
В этих тяжелых условиях царские послы приняли решение пойти на самую последнюю уступку, которая была предусмотрена в полученном ими от правительства предписании. Они вынуждены были отказаться от крепости Албазин и соглашались на установление границы по рекам Горбице и Аргуни. То есть, граница русской земли заканчивалась по реке Аргунь, и Россия теряла все освоенные в Приамурье земли.
В Договоре говорилось:
«Также река, называемая Аргунь, которая впадает в вышеназванную реку Сагалиен-ула, определяет границы так, что все земли, которые с южной стороны, принадлежат Китайской, а те, которые с северной стороны, — Российской империи».
Но были у русских дипломатов и достижения. В договор по их настоянию была включена такая формулировка:
«…реки, впадающие в море, и земли, находящиеся в промежутке между рекой Удью и вершиной горы, указанной в качестве рубежа, оставались бы до времени не определенными…»
Это означало, что некоторые территории не были разграничены, то есть, границы на них были условными, а это позволяло в будущем их пересмотреть. Другим достижением русского посольства стало то, что китайская сторона брала обязательство не заселять приамурские земли, хотя они отходили к Цинской империи. При этом русские могли там охотиться, но не могли строить свои поселения. Таким образом, фактически Приамурье превратилось в буферную зону между двумя соседними государствами.
Возрождение Албазина
В соответствии с договором Албазин был разрушен самими жителями до основания. Руководил этим полковник Бейтон. Гарнизон и жители крепости были переведены в Нерчинск.
Русские дипломаты отлично понимали, что удержать Приамурье в тех условиях Россия была не в состоянии. В случае войны с Китайской империей территориальные потери России были бы значительно больше. А кроме того, маньчжурское правительство категорически стояло на том, что Албазинский форпост русских должен быть уничтожен. Отказ от Албазина, на котором так настаивали китайские дипломаты, позволил закрепить мир и установить дружественные отношения между Россией и Китаем.
И все-таки русские вернулись в Албазин. В 1859 году, во время сплава графа Муравьёва-Амурского, на останках Албазинской крепости был проведён торжественный молебен, заложена церковь в память о защитниках и вновь основана казачья станица. Сейчас это село Албазино.
Статьи, связанные с периодом правления царевны Софьи: