Найти в Дзене

Брак по расчету или любовь

Капли дождя стучали по подоконнику их съемной хрущевки, когда Катя в сотый раз перечитывала сообщение от Кирилла: «Ваши картины произвели на меня впечатление. Хочу предложить сотрудничество. Кирилл.» Она знала, кто он. Кирилл Волков — владелец сети галерей, человек, чье имя открывало любые двери в арт-мире. Вчера он остановился у ее стенда на уличной выставке, где она третий день подряд безуспешно пыталась продать хоть одну картину. Катя обернулась. На узкой кровати, застеленной потертым пледом, спал Данила. Его гитара стояла в углу, прислоненная к стопке картин, которые она не смогла продать. Данила - гитарист и вокалист начинающей группы, который верил, что однажды они «взорвут этот город». Его длинные ресницы отбрасывали тени на исхудавшее лицо, а пальцы, привыкшие перебирать струны, даже во сне сжимались в кулаки, будто продолжая играть. Катя вздохнула и открыла холодильник. Пусто. Совсем. «Он отдал последние деньги за струны для гитары. Опять.» Сердце сжалось. Они приехали в Питер
Оглавление

Глава 1.

Капли дождя стучали по подоконнику их съемной хрущевки, когда Катя в сотый раз перечитывала сообщение от Кирилла:

«Ваши картины произвели на меня впечатление. Хочу предложить сотрудничество. Кирилл.»

Она знала, кто он. Кирилл Волков — владелец сети галерей, человек, чье имя открывало любые двери в арт-мире. Вчера он остановился у ее стенда на уличной выставке, где она третий день подряд безуспешно пыталась продать хоть одну картину.

Катя обернулась. На узкой кровати, застеленной потертым пледом, спал Данила. Его гитара стояла в углу, прислоненная к стопке картин, которые она не смогла продать. Данила - гитарист и вокалист начинающей группы, который верил, что однажды они «взорвут этот город». Его длинные ресницы отбрасывали тени на исхудавшее лицо, а пальцы, привыкшие перебирать струны, даже во сне сжимались в кулаки, будто продолжая играть.

Катя вздохнула и открыла холодильник. Пусто. Совсем.

«Он отдал последние деньги за струны для гитары. Опять.»

Сердце сжалось. Они приехали в Питер два года назад — два наивных мечтателя. Но мечты не платили за аренду.

На следующий день она стояла на той же уличной выставке.

— Ты рисуешь гениально, — внезапный голос заставил ее вздрогнуть.

Кирилл. Он стоял перед ее стендом в идеально сидящем пальто, его ухоженные пальцы скользнули по холсту, оставляя невидимый след.

— Но кто это увидит без раскрутки? — продолжил он, изучая ее лицо. — Ты талантлива. Но талант без пиара — это как бриллиант в грязи.

— Я сделаю тебя если не знаменитой, то богатой, — он сделал шаг ближе. Дорогой парфюм смешался с запахом масляных красок. — Соглашайся.

Она не ответила. Но когда он протянул визитку, Катя взяла ее.

Через неделю Кирилл организовал ей выставку в модной галерее в центре. Впервые за два года ее картины висели не на заборе на улице, а на стенах с идеальным освещением. Впервые на нее смотрели не равнодушные прохожие, а люди в дорогих костюмах, которые щурились, оценивая мазки, и говорили: «Интересно...»

А еще Кирилл начал за ней ухаживать.

— Твой гитарист, — как-то сказал он за ужином в ресторане с видом на Неву, — он талантлив?

Катя замерла с бокалом в руке.

— Да, — прошептала она.

— Талант — это хорошо, — Кирилл отхлебнул вина. — Но он кормит тебя?

Она опустила глаза.

В ту ночь, вернувшись домой, Катя снова открыла холодильник. Картошка и морковь. Данила был на репетиции — как всегда.

«Мы приехали покорять город... а он покоряет нас.»

Через два месяца Кирилл предложил ей выйти замуж.

— Я дам тебе всё, — сказал он просто. — Безопасность. Путешествия. Деньги. Имя.

Катя посмотрела на свои руки — в трещинах от красок и холода. Вспомнила, как вчера Данила, смеясь, сказал: «Кать, художник должен быть голодным, правда?»

И поняла, что устала.

— Да, — ответила она Кириллу.

Еще не понимая, что делает. Но в тот момент это казалось спасением.

Глава 2.

Свадьба была идеальной. Платье от кутюр, стоившее как год аренды их хрущёвки. Ш.а.м.п.а.н.с.ко.е, на которое они с Данилой когда-то только смотрели в витринах элитных магазинов, теперь лилось рекой.

— Ты сияешь, — прошептал Кирилл, целуя её в щёку перед вспышками фотокамер.

Катя улыбалась. Искренне — первые месяцы.

Успех пришёл стремительно. Её картины стали продаваться, критики писали восторженные рецензии, а богатые клиенты выстраивались в очередь на портреты. Кирилл сдержал слово — он сделал её знаменитой. Единственное, по контракту 80% прибыли шло на его счет, как продюсера, ей - только 20%.

Первое время Катя была довольна жизнью и появившимся успехом, но потом по ночам, она стала доставать старый телефон на котором смотрела совместные фото и видеосъемки с Данилой.

«Кать, слушай, я написал новый куплет...» — его голос звучал в наушниках, пока Кирилл спал рядом.

На экране мелькали видео: Данила смеётся, поправляя гитару; они це.лу.ю. тся под дождём; он поёт ей под окнами в три часа ночи.

Катя стискивала з.у.б.ы, чтобы не заплакать.

Любовь к Кириллу так и не пришла. Вместо неё — привычка.

И когда он уезжал в командировки, Катя стояла перед зеркалом в их роскошной спальне, смотрела на своё отражение в шелковом халате и спрашивала себя:

— Ты счастлива?

Ответа не было.

Глава 3.

Конверт с приглашением на концерт Данилы передал курьер. Катя замерла, узнав логотип музыкального клуба где когда-то начинал играть Данила. А на главном фото Данила со своей группой. Её пальцы дрожали, когда она извлекала билет.

-Что это? – муж увидел в ее руках конверт. Пришлось рассказать.

—Ты же не пойдешь? — Кирилл внимательно смотрел на нее, как будто проверял ее стойкость.

Сердце Кати бешено застучало.

— Нет... Я же Твоя жена, — прошептала она.

Кирилл медленно осмотрел ее с ног до головы.

— Вот именно. Моя.

Но когда настал вечер концерта, Катя стояла у зеркала в простой белой блузке и джинсах. Она сняла кольцо с бриллиантом и оставила его на туалетном столике.

В клубе Данила вышел на сцену в той же потрёпанной кожаной куртке. Его голос, ставший ещё более хриплым, вырывал из груди слова.

Катя не заметила в тени у бара Кирилла. Он решил проследить за ней и не зря.

А после концерта в тесной гримёрке, Катя и Данила молча смотрели друг на друга. Данила первым нарушил тишину:

— Я знал, что ты придёшь.

Его пальцы, покрытые мозолями от струн, коснулись её лица. И Катя поняла - ни деньги, ни слава не дали ей того, что она чувствовала в этот момент.

Вернувшись домой, она нашла Кирилла в кабинете. Он изучал документы, даже не подняв головы.

— Я ухожу к Даниле.

Кирилл медленно отложил бумаги. В его глазах Катя прочитала множество эмоций: гнев, злость, пустоту, и разочарование.

— Ты разочаровала меня, я думал, что ты умная женщина. Не все крутится вокруг ст.ра.сти. Ты просто забыла, как ютилась в квартирке и считала каждый рубль со своим Данилой.

- Но Я, - продолжил он - вложил в тебя полмиллиона. Подписаны контракты. Ты же не собираешься просто уйти и бросить не только меня, но и работу, которую ты так долго ждала? Если ты не хочешь получить неустойки, ты будешь продолжать рисовать то, что я скажу. Когда закончатся контракты – дальше будешь сама себя продвигать.

— И ты... не будешь мешать нам? — Катя не верила своим ушам.

Уголки губ Кирилла дрогнули в подобии улыбки:

— Любовь прекрасна, когда есть, что поесть и во что одеться. Вспомни это, когда снова увидишь мышей в своей хрущёвке после того, как потратишь все свои деньги на Данилу. Тогда и поговорим.

Он повернулся к окну, демонстративно показывая, что разговор окончен. Хотя внутри него все клокотало, он был уверен, что надолго ее с Данилой не хватит и она вернется.

Катя вышла, оставив за спиной жизнь, которую когда-то выбрала.

Эпилог:

Катя писала очередной портрет. Жена нефтяного магната в жемчугах требовала, чтобы глаза были «более невинными», а губы — «более пухлыми». Кисть скользила по холсту, но мысли были далеко.

В мастерскую через огромные окна лился холодный питерский свет. На стене висел календарь с перечеркнутыми датами — отсчет до окончания контракта с Кириллом. 87 дней.

Данила тем временем продолжать выступать в клубах. Его песни стали популярны.

Кирилл сидел в своем кабинете, разглядывая отчеты о продажах Катиных работ. Цифры радовали. Но не это занимало его мысли.

Он всегда знал, что она любит другого. Но считал, что время, его забота и деньги перевесят глупую юношескую страсть. Он ошибался.

А сейчас решал, как ему поступить дальше: отпустить ее в свободное плавание, продолжать помогать или отомстить ей и Даниле.

Время для размышления есть. Ведь ме.сть - это блюдо которое подают холодным.

Жмите "Подписаться" и делитесь в комментариях, Ваше мнение для меня важно ❤️🙂.

Софья Life: Истории о любви и семье | Дзен