Глава 1
Глава 29
— Зятёк! Куда пропал? — смеялась опьяневшая Зойка, выжидая выхода Саши. Закинув ногу на ногу, прошептала: — Видимо, денежки считает. Сейчас ка-ак отслюнит, не унесем!
Степан, улыбалась полусгнившими зубами, хохоча вместе с ней. Председатель, глядя на неприятных родственников, встал.
— Ну ладно, вы тут сами, а я пошел. Дел невпроворот.
— А как же… это… на посошок? — развел руками Степан.
— Да не пьющий я. – махнул на него мужчина и надел шапку. — Приеду, зайду.
Проводив председателя, Степан подсел к Зойке, не обращая внимания на задумчивую Нюрку.
— Слушай, а ты как там, в селе, одна, поди, живешь, али нашла себе кого?
— А тебе-то что? — хитро прищурилась Зойка, покачиваясь на стуле. — Или в женихи навострился?
— Да иди ты, — отпрянул от нее мужик, — скажешь тоже. Просто любопытствую.
— А вот мы с тобой сейчас выпьем на брудершафт, и я тебе как на духу всё расскажу.
Она налила прозрачной жидкости в стопки и кивнула Степану. Тот поднял стаканчик и из комнаты вышли Олеся с Сашей.
— В общем, денег пока нету, но к свадьбе будут, — заговорила Олеся, усаживаясь рядом с Нюрой. — Ну а ты чего? — толкнула её плечом, — молчаливая такая. Бери, пей, надо отметить.
— Не-не, — округлила глаза девушка, прислонившись спиной к стене, — мне нельзя.
— Ах, ну да, я забыла, — подмигнула ей будущая свекровь. — Тогда мы сами.
Саша сидел на лавке и думал о том, как бы уехать отсюда, да побыстрее. Мать расстраивать не хочется, да еще и Нюрка навязалась на его голову.
— Мам, — Саша не смел поднять на нее глаза. — Я съезжу за деньгами и вернусь.
— Это что ж, у тебя там банк, что ли? — усмехнулась мать, пригубив водки.
— Не банк, но накопления имеются. — ответил ей Саша, покраснев от стыда.
Егор, стоя за печкой, всматривался в лицо брата. Ну и богач! Привез целый ворох денег, еще и дома лежат. Ну фартовый, зараза!
— Правда, что ли, накопил? И много? - повернулась к нему Олеся.
— Много, — кивнул Саша, уставившись на свои носки. Его щеки пылали румянцем.
— Эка! — хлопнула себя по бедрам Олеся, вскочив со стула. — Вот это сынок! Вот это я понимаю, экономный! Поезжай, Сашенька, поезжай. А мы тебя туточки ждать будем. Ты ж туда и обратно, верно? Не заставишь маму волноваться?
В дом вошла Марья. Увидев проснувшегося внука, она так обрадовалась, что запрыгала перед ним, как молодая девчонка.
— Ай да, Сашенька, прелесть моя ненаглядная! — полезла целовать его щеки. — Уважил так уважил! И сам приехал, и позаботиться о своей семье не забыл. Ну до чего ж хороший у меня внучок вырос, дай-ка на тебя наглядеться.
Она потрепала его короткие волосы, оттянула правую щеку, провела руками по плечам.
— Ну до чего ж красивый, спасу нет! Нюрка, как тебе твой жених, а?
Нюра улыбалась через силу, бросая на Сашу презрительные взгляды и отворачиваясь, при этом морща нос. Со стороны поглядеть - не нужен ей Сашка: неказистый, этакий ботаник в костюме. А если тщательно подумать, то партия для девушки что надо! Все уши прожужжали Нюрке - мать её, бабка Марья и будущая свекровь, мол, даже не думай, будешь как сыр в масле кататься. Уставившись в одну точку, девушка слушала, как Марья Петровна лебезит перед Сашей и как мать с дядькой Степаном противно смеются. Тоска её взяла такая, что аж на душе стало тошно.
Олеся, уступив стул для своей свекрови, предупредила, что Саша уезжает на один день, чтобы вернуться с деньгами. Марья обрадовалась еще пуще, представив, какая будет богатая свадьба и сколько народу она собственноручно пригласит. Потом были разговоры о том, где станут жить молодые, о будущем рабочем месте Саши и пока неродившемся внуке, который сплотит огромную семью еще крепче. Саша держался изо всех сил, глядя исподлобья на мать и бабушку. Они выглядели как скоморохи на площади, вызывая нервную дрожь в коленях. Стало так неприятно из-за их неадекватного поведения, что Саша не выдержал и резко встал, нахмурив брови.
— Пора. Время идёт. — твердым тоном сказал он, и его строгий взгляд упал на сумки.
Он поднял их и отдал отцу.
— Здесь подарки. Разбирайте, а мне надо ехать.
— Ой, сыночек мо-ой! — запричитала Олеся неожиданно. Повиснув на парне, она начала целовать его лицо. — Не бросай мамку-у, не забывай на-ас.
— Ну начало-ось, — закатил глаза Степан, видя, что жена захмелела.
— Я ж без тебя пропаду-у-у.
— Да, Сашок, — бабушка смотрела на дурацкую картину, ухмыляясь, — ты там поскоренькому, а то оглянуться не успеешь, а у нас тут уже лялька агукает вовсю.
— Мам, пора мне, — Саша пытался отцепить от себя мать, театрально обливающуюся слезами.
Ему стало так душно в доме, что спина покрылась каплями пота. Бежать, срочно! Дыхание перехватило, и Саша, отцепив от себя мать, быстро накинул пальто, схватил барсетку, наскоро попрощался и отправился к трассе.
— Ничего себе, заглянул в гости, — он оборачивался, не идет ли кто за ним, и жутко волновался. Волосы на лбу слиплись, шея вся мокрая и чешется, голова гудит, зато ноги уносят его так ловко, что Саша опомниться не успел, как оказался у трассы.
***
— Ты бы адресок его узнала, — злился на жену Степан, наворачивая круги по комнате. — Вот где его носит? Уже три дня прошло, а этого бестолоча всё нет.
— С ним что-то случилось, — Олеся сидела на диване и заламывала руки. — Заболел, поди.
— Знаю я эту болезнь, бабы – называется, — рявкнул на нее Степа, остановившись у окна. — Ну если обманул, пришибу.
— Бабы? — подняла глаза на мужа Олеся и прищурилась. — По себе, что ли, судишь?
— По тебе, — перекривлял ее муж и отодвинул шторку. За окном темно, только снежинки порхают в воздухе, ударяясь о затянувшееся инеем стекло.
— Ну-ну, — Олеся встала позади него и зашептала, — то-то Клавкин мальчонка на тебя походит.
— Замолкни, дурында, — сверкнул на нее глазами Степан, — чего несешь-то?
— Правду, милок, правду. Я что, не вижу, что ли? И глаза твои, и нос. Даже щурится также, как и ты.
— Лучше бы про себя рассказала, — Степан отошел от окна. — Сашку от кого прижила? Не от Андрея ли? Что-то на меня он совсем не смахивает. Мамка моя давно догадывалась, что ты с ним любовь крутила двадцать два года назад. А ну, говори, от Андрея прижила?
Глаза Степана налились кровью. Он подошел к жене вплотную и опустил голову, прямо к ее носу. Сердце заколотилось так, что в горле образовался комок. Олеся сглотнула.
— Столько лет прошло, а ты все дурью маешься. Твой он, твой.
— Не верю. Я бесхитростным был, мать никогда не обманывал, а твой выродок смылся и адреса не оставил. Ну? Чьё семя выносила? Отвечай!
Спасибо за лайки и комментарии ❤️