Исканян Жорж
Летал в нашем отряде бортоператором Игорек Прохоров или просто Проша. Одно время мы летали вместе довольно долго и нам было классно, понимали друг друга с полуслова. Жил он в Жуковском. Высокий, плотного телосложения, физически сильный, симпатичный и уверенный в себе. Наша авиакомпания начала интенсивно летать в Дубай, по 3-4 рейса в неделю. Заказчиком была известная международная компания Панальпина. Каждый наш рейс встречал представитель компании, индус Вену, очень обаятельный бородатый молодой мужчина. Он был сверхвнимательным и весьма воспитанным человеком. Светлокожий и симпатичный, с выразительными миндалевидными глазами Вену больше был похож на итальянца или испанца. Наш командир отряда Чумак дал указание всем экипажам привозить ему обязательно, в виде презента, бутылку хорошей русской водки в знак признательности за его заботу о нас. Первое время Веня (мы его так прозвали) очень стеснялся и ему приходилось буквально силой навязывать пакет с литровым сувениром.
Через полгода все стали замечать, что он приезжает на загрузку поддатый, а при встрече рейсов от него частенько улавливали свежий выхлоп. Все-таки споили мужика!
Как-то Серега Третьяков поехал вместе с ним к нему домой за пневматической винтовкой, которую заказывал купить.
Увиденное в его квартире потрясло своей масштабностью.
Все полки и шкафы были уставлены бутылками Смирновской, Столичной, Сибирской и прочими. Бутылки стояли даже на полу.
Артемьич отменил свою команду, но не поздновато ли?
Селили нас в шикарном отеле Аль Халидж. На первом этаже был отличный итальянский ресторан, куда захаживали не только постояльцы отеля, но и многочисленные туристы. На улицах Дубай можно было встретить англичан и французов, а иногда и американских военных, офицеров и солдат.
Проша знал английский очень хорошо, поэтому в магазинах и в Дюти Фри проблем не было вообще!
Постепенно география полетов в Эмираты стала шире. Начали летать в Шарджу и Фуджейру. И если в Дубай и Шарджу летали, зная, что каждый раз тебя ожидает мучительная ночь адовой (из-за удушающей жары) загрузки, то в Фуджейру мы летали с полным удовольствием. Там загрузка производилась сразу по прилету. Основной экипаж уезжал в отель, а операторы и второй механик оставались для заправки и загрузки. Жара была еще сильнее, чем ночью, но была одна большая разница - к самолету, к грузовой кабине, подгоняли специальную машину - кондиционер. Втащив многочисленные рукава вдоль двух бортов внутри самолета, машина начинала гнать по ним холодный воздух.
10 грузчиков начинали энергично загружать наш самолет, снимая большие прямоугольные короба, обшитые капроновой тканью, с подъехавших платформ, и укладывая их плотными штабелями почти до самого верха.
Мы с Прошей брали три коробки поменьше и, используя одну для стола, а две как табуретки, прихватив закуску и заранее охлажденную бутылочку водочки, усаживались ближе к рампе, аккурат напротив рукава, обдувающего нас приятной прохладой, и с наслаждением, не спеша, оттягивались, наблюдая краем глаза за загрузкой и болтая о разном. Кайф!
После окончания загрузки, а загружали в Фуджейре по холодку довольно быстро, мы переодевались и ехали на служебном автобусе в отель, там, быстренько натянув плавки, шли к бассейну, где продолжали получать удовольствие от жизни, потягивая холодное пиво, ныряя и плавая перед ужином. Жизнь удалась!
Наш генеральный, Кришталь Роман Романович, был родом из Латвии (так говорили) поэтому никто особо не удивился, когда все узнали, что два Ил-76 отдают в аренду в Ригу местной авиакомпании, гендиректор которой был приятелем нашего. Экипажи разбавили их специалистами. Рейсы у рижан были классные! Из Риги, через Дубай, в Австралию и обратно с тем же интересом, работая двумя бортами навстречу друг другу. Мы так работали из Кёльна в Бахтаран через Минводы. У рижан промежуточный порт для отдыха был получше! Для экономии средств экипажи у них были урезанными - не было второго механика, радиста и оператора. Проша летал один. Он потом рассказывал, что в Австралии, при загрузке, все делали грузчики, так что ему оставалось только руководить и подсказывать.
Самолеты с экипажами улетели и скоро мы про них забыли.
Но месяца через два, вдруг в отряде нарисовался Проша.
Был он невозмутим и спокоен, как удав. На все вопросы о командировке отвечал с улыбкой:
Все нормально.
Подошел очередной отрядный разбор, проходивший раз в месяц в первый понедельник. Собрались, ожидая обычную рутину отчета командиров о выполненных рейсах и своих замечаниях по ним. Отчитались. Слово взял командир отряда:
- Товарищи! К нам в отряд пришла бумага из международного отдела компании Панальпина (рижане работали на нее). Бумага пришла с просьбой разобраться с участником происшествия в ресторане отеля Аль Халидж, оператором Прохоровым и сообщить им о результате. К бумаге прилагается письмо администрации отеля, в котором указано, что 12 августа сего года, около 8 часов вечера в итальянском ресторане отеля член российского экипажа господин Прохоров, подрался с тремя военнослужащими армии США. В результате потасовки сломан стол (восстановлению не подлежит) и два стула, разбита посуда. Офицер, полковник, и два сержанта в результате инцидента имеют телесные повреждения и травмы. На месте составлен протокол прибывшей полицией, копия прилагается.
Чумак продемонстрировал бумаги аудитории и спросил:
- Какие будут предложения? Прохоров, выйди сюда, чтобы тебя видели. Расскажи, для ясности, коллективу, почему ты ввязался в драку во время послеполетного отдыха, находясь в загранкомандировке?
Прошу поднялся на подиум. Он стоял мощный и уверенный в себе.
- Ну а собственно, что тут рассказывать? Я пошел поужинать. Сидел, никого не трогал. А эти, трое, сидели у окна, наверное, давно, потому что были уже поддатые, болтая между собой, причем довольно громко, бравируя тем, что служат в Зеленых беретах. Никто им замечаний не делал, и они чувствовали себя хозяевами там. Ну я не обращал внимания на их базар, пока один из них вдруг не увидел мою майку, на которой был изображен наш герб и надпись Россия. Он что-то сказал своим коллегам и те стали постепенно заводиться, ругая матом и Россию, и россиян самыми скабрезными словами, причем глядя вызывающе на меня, ухмыляясь при этом, уверенные, что я ничего не понимаю. Я терпел, Бог свидетель! Но когда их полковник сказал, что я сын русской шлюхи, я не выдержал и сказал им по-английски, что они все жертвы выкидыша американской свиньи, больной сифилисом.
Первым кинулся полковник. Он первый и получил, улетев к окну и сложив по дороге стол. А дальше по старшинству. Второго, схватившего нож с соседнего стола, я успокоил стулом, а третий просто упал на стул, когда полетел к приятелю с полковником. Я не убегал и дождался полицию. Она приехала, аккурат, когда "береты" в себя стали приходить. Старший составил протокол, записав свидетельские показания официантов и посетителей. Я кое-что дополнил, оставил им свои данные, а данные нашей авиакомпании они узнали на ресепшене. Узнав, что через два дня я буду опять в этом же отеле, меня отпустили, взяв обязательство, что через по прилету в Дубай, я с ними свяжусь. Я так и сделал. Позвонил в полицию по номеру, который они мне дали. Полицейский сказал, что дело закрыто, потому что ввиду вскрывшихся обстоятельств, полковник отказался от всех претензий ко мне и согласился оплатить весь ущерб.
Зал зашумел. Кришталь удивленно смотрел на Чумака, а тот стал перечитывать протокол, после чего изумленно воскликнул:
- Да, действительно! Интересно! А чего же от нас то хотят?
Гендиректор пояснил: - Панальпина требует как-то наказать члена экипажа, устроившего драку.
- Так мы его и так отозвали из Риги, отстранив, таким образом, от полетов, - возмутился командир отряда.
- Вот об этом и нужно им сообщить, прибавив еще чего-нибудь, - сказал Кришталь, - чтобы они успокоились.
- Панальпина, наш важнейший компаньон и работодатель, поэтому нужно идти им навстречу.
- Какие будут предложения? - опять спросил Чумак у летного состава.
И посыпались предложения. Кто-то кричал, что Прошу нужно наградить медалью "За отвагу", кто-то предлагал премировать его бесплатной путевкой в Дубай, причем в тот же отель, я предложил включить прошу в состав российской делегации для переговоров с американцами о сокращении ядерного оружия.
В общем, объявили ему выговор с отстранением на два месяца от загранполетов. Через месяц Игорек уволился.
Как то, прилетев с грузом из Китая в Жуковский, по просьбе заказчика, Юрок Загребаев в автобусе, развозившем таможенников по прилетевшим из-за бугра самолетам, увидел Прошу. Окрикнул и они, радостные, тепло встретились. Игорь рассказал, что работает старшим смены в таможне Жуковского аэропорта. Работой весьма доволен и передавал всем привет, персонально мне, пламенный!
На моей памяти был почти аналогичный случай.
Мы летали в командировке из Мурсии (юг Испании на побережье) в Люксембург. Ночевки были попеременно в этих двух аэропортах. Прилетая в Мурсию днем, (на следующий день загружались свежим тунцом для Японии), мы шли, побросав вещи в отеле, прогуляться по набережной. Как-то раз столкнулись нос к носу с нашими ребятами, русскими, живущими и работающими здесь нелегально. Разговорились. Пригласили их к себе в гости вечером. Ребята работали на мясокомбинате и хозяин после каждой смены, кроме зарплаты, давал им мяса и субпродукты, печень, сердце. Они пришли со свежей жареной печенкой, а мы угощали их салом, черным хлебом и нашей водочкой. Выпили и пошли разговоры. Оказалось, что они до Испании жили в Германии, где поступили на работу в цирк Шапито, разнорабочими. Хозяином цирка был немец, как и многие артисты с рабочими на манеже. Колесили по всей Европе. Хозяин, как и все немцы, был ужасно скуп и криклив, вечно недовольный всеми и всем.
Как-то остановились на севере Испании, в Бильбао. После двух недель представлений пришла пора все разбирать двигаться дальше. Директор, поручив проследить за этим своему помощнику, уехал куда-то на два дня. Вечером наши ребята решили отметить Святой праздник Родины - День Победы, потому как на календаре было 9 мая. Шнапс у них был припасен, а с закуской проблем не было. Сели праздновать. Рядом, у вагончика, сидели немцы - рабочие и артисты, отмечали чей-то день рождения. И те и другие уже хорошо загрузились огнивом. Немцам не понравилось, что русские пьют за Победу, хотя ребята старались не привлекать их внимания лишний раз. Но "гансы" услышали, а может у них уже давно на этих русских руки чесались, короче, началась перепалка. Наши ребята долго терпели все их выкрики, но, когда немцы стали орать, что нужно было убивать русских свиней больше.
Ну мы и устроили этим с... ам Сталинград, о чем при каждом контакте с ними громко напоминали.
Утром, приехавший директор, увидел жуткую картину, напоминавшую поле брани и результат бомбежки одновременно. Часть оборудования беспорядочно валялась, разбросанной по земле, сломанной и грязной.
Персонал, весь в синяках и кровоподтеках, в рваной и грязной одежде, начал скулить, что эти русские просто звери. Ночью, ни с того ни с сего напали на спящих работяг и артистов, избивая всех подряд.
Директор уволил обоих без выплаты зарплаты.
В принципе, нам уже и самим надоело мотаться с этим цирком, поэтому День Победы оказался весьма кстати, - смеялись ребята.
Мы выпили за их здоровье и радовались, что есть среди нас такие вот патриоты, которые даже вдали от Родины, не позволяют никому говорить гадости о ней и готовые кинуться на любого, кто своим грязным языком посмеет унижать и оскорблять нашу страну и ее народ.
Проша, кстати, тоже из таких, как эти парни. Они никогда не афишируют это чувство, скромные и спокойные, но, если вдруг при них случится такое, ответ не заржавеет! И таких у нас большинство!
-------------
P.S. Уважаемый читатель! Буду рад любой помощи моему проекту в издании новой книги. Обещаю каждому переслать свою книгу "Чудеса залетной жизни", эл. вариант.
Просьба указать эл. адрес.
Мои реквизиты: Карта Мир, Сбер N 2202 2036 5920 7973 Тел. +79104442019 Эл. почта: zhorzhi2009@yandex.ru
Спасибо! С уважением Жорж Исканян.
Предыдущая часть:
Продолжение: