- Вызывали, Серафима Сергеевна?
- Да, Владимир Семёнович, вызывала. - Начальница швейного предприятия показала мастеру-наладчику рукой на кресло, стоящее перед её столом. - Садитесь.
- Спасибо. - Мастер повиновался, сел и озабоченно спросил: - Вы меня надолго вызвали?
- А что? Вы торопитесь?
- Конечно, - кивнул мужчина. - Я же, всё-таки, наладчик. У меня работы всегда много.
- Ничего, работа подождёт. Потому что, нам с вами нужно серьёзно поговорить. Очень серьёзно.
- Ну, давайте, поговорим, если нужно. Я вас слушаю.
- Ну, что же... - Начальница набрала полную грудь воздуха, и резко выдохнула. - Разговор у нас пойдёт о жизни...
- О жизни?
- Да, о жизни... О вашей личной жизни...
- Моей? – удивился мастер. - А что не так с моей жизнью?
- Вы в нашем коллективе работаете уже три года... Так ведь?
- Три с половиной.
- Вот... Тем более... Три с половиной... А у нас коллектив на семьдесят процентов состоит из женщин.
- Ага, я заметил.
- Из молодых женщин, в основном, - уточнила начальница.
- Да уж...
- И вы ещё, тоже, не старый...
- Сорок лет мне.
- Вот-вот... Сорок лет. И всё не женаты...
- И что?
- Как что? Возникает невольный вопрос. - Начальница нервно застучала пальцами по столу. - У нас на предприятии море одиноких женщин, и вы среди них... Холостой...
- Я не понял, какой у вас возникает вопрос? – нахмурился мастер.
- Как это - какой? Почему так происходит? У нас ведь женщины, почти все - красавицы!
- Ах, вон вы про что... – Мастер нахмурился ещё сильней.
- Ну, да... Вам самим это не странно, что вы, Владимир Семёнович, находясь, так сказать, в общественном огороде, не съели ещё ни одного кочана капусты?
- Что? - Мужчина удивлённо уставился на начальницу.
- Есть ведь такая присказка - "пусти козла в город"... – пожала та плечами. - По идее, вы должны были здесь устроить себе уже целый гарем, а вы... Вы, даже, ни разу никого не прижали в тёмном уголочке... И вся капуста в огороде цела и невредима...
- То есть, Серафима Сергеевна, вы меня сейчас козлом обозвали? – обиженно спросил мастер.
- Нет... Это я вас сейчас спрашиваю, вы, вообще, нормальный мужчина, или?..
- Что - или?
- Сами знаете, на что я намекаю.
- Нет, Серафима Сергеевна, я не знаю.
- Ну, как... – Начальница опять пожала плечами. - Если мужчина упрямо не желает замечать вокруг себя красивых, одиноких женщин, значит, он - кто?
- А кто он?
- Если бы я была не интеллигентной, я бы вам сказала, кто он такой, – недовольно произнесла хозяйка кабинета. - Тем более, у нас сейчас идёт компания против… нетрадиционной ориентации...
- Эй, Серафима Сергеевна, вы, что себе позволяете?! - С лица мастера мгновенно слетела легкомысленность.
- Значит, я угадала? - брезгливо усмехнулась начальница.
- Что вы угадали?
- Что вы - не тот, за кого себя выдаёте.
- А за кого я себя выдаю?
- За мужчину. А на самом деле вы...
- Немедленно прекратите, Серафима Сергеевна! – Мастер вдруг побагровел. - Иначе, я обижусь, и напишу заявление!
- В прокуратуру напишете? С жалобой? На то, что я вывела вас на чистую воду? Так, что ли?
- Я напишу заявление на увольнение!
- А я его не подпишу, - нагло улыбнулась женщина. - У нас на предприятии толковых наладчиков, кроме вас, больше нет.
- Ну и что? Это меня всё равно не остановит. Я не позволю, чтобы меня здесь оскорбляли.
- Но помилуйте, Владимир Семёнович, чем я могла вас оскорбить? Правдой, что ли? Правдой оскорбить невозможно!
- Какой ещё правдой?
- Как это, какой? Вы знаете, что у меня, вот здесь вот, лежит целая кипа заявлений на увольнение? – Начальница, вдруг, постучала пальцем по толстой деловой папке, лежащей на столе. - Каждый день мне их приносят, эти заявления!
- И кто их вам приносит?
- Наши девочки! Лучшие работницы, между прочим! И все пишут, примерно, одно и то же. Что они не могут работать рядом с человеком, который оскорбляет их своим невниманием!
- Кто их оскорбляет?
- Вы, Владимир Семёнович! Вы их оскорбляете! Вы в курсе, что почти весь женский пол нашего предприятия в вас влюблён?
- Как это? – Мастер растерялся.
- Это я вас хочу спросить - как так получилось, что вы влюбили в себя всех женщин? – уже возмущённо воскликнула начальница. - Даже пятидесятилетние, и те, вздыхают по вам, и готовы в любую секунду бросить своих мужей, если вы им только намекнете о взаимности чувств.
- Вы чего, Серафима Сергеевна, издеваетесь? Или вы бредите?
- Но-но, Владимир Сергеевич! Я, вас не оскорбляла! И я почти каждый день успокаиваю этих несчастных женщин. Говорю, что у вас есть тайная любовь, и что вы скоро на ней женитесь. Мол, поэтому вы ко всем другим женщинам такой холодный.
- Кто вам такое сказал? Не женюсь я скоро! - возмутился вдруг мастер. - Зачем вы людям врёте?
- А затем, что они успокаиваются только тогда, когда узнают, что ваше сердце уже кем-то занято. Но потом они понимают, что я их обманула, опять бросаются в истерику, и пишут очередное заявление. Вы понимаете, что вы должны уже найти себе кого-нибудь, чтобы наши девушки успокоились. Кстати, вы заметили, что в последнее время швейные машины стали ломаться очень часто?
- Ещё как заметил, - кивнул недовольно мастер. – Просто, напасть какая-то с этими машинами.
- А вы не задумывались, почему так происходит?
- Потому что всё старое! Что тут думать-то?
- А вот и нет! Это женщины специально их ломают, чтобы вы к ним приходили, и налаживали. А они в это время пытаются наладить с вами контакт. Но вы только шуточками своими сыплете направо и налево, и этим ещё больше их в себя влюбляете. И получается, что у нас не предприятие, а какой-то бестолковый клуб весёлых и находчивых. Вы шутите, они сначала смеются, потом у меня в кабинете плачут. А вы при этом ходите весёлый, и вам - всё нипочём. Пора кончать это шоу, Владимир Семёнович! Вам не кажется?
- Как кончать? - опять не понял намёка мастер. – Вы предлагаете мне с ними больше не шутить? Может, мне их материть начать? Всякими грубыми словами.
- И этим вы ещё больше раззадорите их любовь!
- Почему это?
- А вы что, думаете, наши девочки стихов в школе не читали? Помните великие строки классика: "Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей!" Так что, Владимир Семёнович, успокоить всех наших женщин сможет только одно - ваш скорый брак.
- Нет... - вздохнул, уже печально, наладчик. - Это не реально...
- Почему?
- Потому что та, которая мне нравится, она ко мне холодна.
- Да что вы говорите? Как интересно... - Серафима Сергеевна заинтригованно улыбнулась. - И кто она, если не секрет, эта холодная особа?
- Женщина, кто же ещё.
- Ну, она, хотя бы, с нашего предприятия?
- Угу...
- Неужели? И она в вас не влюблена?
- Похоже, что нет.
- Да быть этого не может! Сколько ей лет?
- Столько же, сколько и вам.
- Тридцать восемь? И она не замужем?
- Теперь нет, насколько мне известно. Развелась она недавно.
- Ещё интереснее. Кто же это может быть?.. У нас, насколько мне известно, никто из девочек недавно не разводился. Кроме меня. Но я, как говорится, не в счёт...
- А вот и ошибаетесь... - Мастер опять печально вздохнул, и опустил глаза.
- Что? – Начальница испуганно замерла.
- Вы-то, Серафима Сергеевна, как раз, и в счёт...
- Эй, Владимир Семёнович... Вы на что сейчас намекаете?
- На то же, о чём вы сейчас подумали... Особа, которая ко мне холодна, это… Это вы...
- Я?! - Начальница мгновенно побледнела. - Вы в своём уме?
- Вот-вот, Серафима Сергеевна... Я же говорю, что вы – холодны… И у нас с вами происходит всё как в песне: "Не видят люди друг друга, проходят мимо друг друга..." В общем, если уж на то пошло, это от вас зависит, сколько вам ещё будут писать ваши девочки заявления на увольнение...
- Как это, от меня?
- Так... Вы же говорите, что я должен прекратить с ними шутить. И наше предприятие спасёт только мой скорый брак. Так что... Выходите за меня, Серафима Сергеевна, и шоу сразу закончится.
- Вы что говорите, Владимир Семенович?! – Начальница смотрела на своего подчинённого как на инопланетянина. - Ведь мы же с вами...
- Неровня? Да?
- Не в этом дело! Мы с вами - совершенно чужие люди!
- Вот видите... А вы говорите - все в меня влюблены. – Мастер тяжело вздохнул. - Вы-то, как раз, ко мне полностью равнодушны... Ладно, Серафима Сергеевна, пойду я работать. - Мужчина решительно встал со стула. - И не переживайте вы так. Хорошо, что этот разговор между нами состоялся. Теперь, когда вы всё про меня знаете, станете рассказывать женщинам совсем другую историю. Более правдивую. И врать вам уже не придётся.
- А вот как раз и ошибаетесь... - Серафима Сергеевна тоже опустила глаза. - Теперь мне врать придётся ещё больше. Надо же... Придумали... Влюбиться в меня... С какой стати?
- А вы, что, не женщина, что ли? Так что, я ещё немного подожду. Может, вы и разглядите во мне что-то такое, за что можно в меня влюбиться... Я же в вас разглядел... А если не получится, то я...
Он не договорил своей фразы, и стремительно вышел из кабинета.
Серафима Сергеевна растерянно посмотрела на закрывшуюся за ним дверь, и пробормотала:
- Действительно… У нас не производство получается, а какая-то сплошная клоунада. И как мне понять, шутил он сейчас, или не шутил? А если - не шутил? Ой, мамочки мои... И чего теперь делать-то?..
Всем моим дорогим читателям - радости и душевного тепла! Давайте вместе делать этот мир добрее!
Обнимаю. Ваш А. Анисимов