Юлий Капитоныч Карандышев – один из самых противных персонажей русской классики. Ничтожество. К слову, он ничтожен вовсе не потому, что беден. Он, собственно, вообще не особо-то и беден – у него (в отличие от Паратова) есть имение, которое не заложено и служба, да и чтобы баллотироваться в мировые судьи (куда собирался Капитоныч) нужно было пройти имущественный ценз. Он, явно, не нищ, просто рядом с Кнуровым да Вожеватовым он смотрится, как маленький человек с копеечкой в кармашке. Там не копеечка. Жить можно.
Но деньги – не главное. Карандышев – это не выбор даже для такой пропащей, как Лариса Дмитриевна. Что же самое противное в Юлии-не-Цезаре? А то, что он постоянно, заунывно читает мораль и выдаёт нечто тусклое, банальное, жалкое. Был бы он весёлым, лёгким или, напротив, строго-молчаливым человеком, всё могло бы выглядеть иначе. «А вот я взяток не беру», - говорит он запальчиво. Не берёшь? И прекрасно. К слову, и не дают, ибо место «не доходное».
Всегда напрягают люди, которые хвастаются превеликими достоинствами, которые не выкованы обстоятельствами. «Я недавно читал книгу, называется «Новый Плутарх или жизнеописание великих женщин». Объясните мне, почему женщины предпочитают людей порочных перед чистыми?», - задаёт дурацкий вопрос Карандышев. Он вроде как чист потому, что у него нет таланта к порочности, как у шалопутного Сергея Сергеича.
Размах отсутствует. Да и в чём его чистота? Не заводит романов? Так никому и не сдался. Не пьёт шампанского? На это нет средств. Все якобы-достоинства Карандышева – от невозможности быть ярко-порочным и кутить. Если этим Карандышевым давать волю (и деньги) они становятся такими распутниками, что любой Паратов умер бы от стыда. Больше того! Когда нудный тихоня получает маломальскую власть, он превращается в самого страшного тирана.
Если бы Лариса всё-таки вышла замуж за Юлия, он бы доставал её беседами «о главном», втюхиванием «нравственных начал» и унылой моралью. Заметим, что Карандышев, называя дом Огудаловых «табором» и осуждая всё, что в нём творится (а Харита Игнатьевна в прямом смысле этого слова торговала своей дочерью), так вот Карандышев упорно посещал сей табор, не пропуская ни одной вечеринки. Сидел там в углу да очами сверкал от досады.
Если бы всё это было противно его сущности, он бы завёл дружбу с какой-нибудь скромной девой, и они вместе читали бы книги. Ан нет. Капитоныча тянет к первой красавице города, к обществу Кнуровых, которых он, якобы, презирает, а на деле – тянется в их кружок. Этот мелкий чиновничек – ханжа, и это самое страшное, а вовсе не то, что он не может позволить себе орловских рысаков и кутёж на «Ласточке».
Zina KorZina (c)