Она подошла к нему и сказала: «Мне очень плохо».
Он даже не повернулся. Просто бросил через плечо: «Ты опять перегибаешь».С этого началось её исчезновение.
В тот вечер она держалась из последних сил. Внутри всё было скомкано, как мятый лист — боли было много, слов — почти нет. Она подошла к нему, как к спасению. Просто хотела прижаться. Чтобы он обнял. Чтобы сказал: «Я с тобой».
Он сидел за ноутбуком, в наушниках. Она коснулась его плеча, глаза на секунду встретились. Она сказала: «Мне очень плохо». Он снял один наушник, усмехнулся и бросил: «Ты опять перегибаешь». Потом снова вернулся к экрану.
Её словно сдуло ветром. Она стояла посреди комнаты, в тишине, в которой не осталось ни любви, ни надежды, ни себя. Это был не первый раз. Не первый год. Он всегда говорил, что у неё проблемы с восприятием. Что она всё выдумывает. Что нормальные женщины не плачут без причины.
И она старалась быть нормальной. Сначала носила маску. Потом училась молчать. Потом смеялась, когда было больно. Потом — просто замерла. Превратилась в удобную. Уютную. Фоновую. Как диванная подушка, которую можно кинуть на пол, если мешает.
Никто не замечал, что она исчезает. Ни он. Ни родственники. Ни подруги, которые отвалились одна за другой — не выдерживали её «грусти».
Она исчезала по кусочкам.
Сначала голос — когда поняла, что её никто не слушает. Потом желания — потому что они всегда были «не ко времени». Потом тело — когда начались боли, спазмы, бессонные ночи. Организм начал кричать, когда душа уже замолчала.
Она не помнила, как дошла до терапевта. Не помнила, как впервые снова написала стихи. Как нарисовала первую картину. Просто в какой-то момент — среди полного отчаяния — её пальцы начали творить. И она увидела себя на холсте: с глазами, полными боли. И впервые поняла: она — жива.
Потом был другой рисунок. И ещё. Потом — символы. Потом — тишина, наполненная смыслом. И голос — не мужской, не внешний, а свой. Тот, что так долго был забит в угол.
Когда он в очередной раз спросил: «Ты опять в свои штучки играешься?», она уже не ответила. Не потому что обиделась. А потому что уже была в другом месте. С собой. С теми, кто слышит.
Если тебе когда-то говорили, что ты перегибаешь — знай: это ложь.
Женская боль — настоящая. И то, что ты чувствуешь — правда. Её не нужно объяснять, оправдывать, доказывать. Её нужно прожить. Творчески. Тонко. С любовью.
Если ты читаешь это — наверно, тебе больно, пусто или невыносимо тихо внутри.
И если ты просто пролистаешь дальше — ничего не изменится.
Но если ты перейдёшь в мой Telegram-канал "Через исцеляющие образы Раскупориваю Женщину. Анна Смирнова" прямо сейчас —
ты попадёшь в пространство, где женщина возвращает себе голос, тепло и силу.
🔹 Там ты поймёшь, почему застряла.
🔹 Узнаешь, как исцелить то, что болит годами.
🔹 Начнёшь видеть себя не глазами тех, кто ломал, а наконец — своими.
Это не "ещё один канал".
Это — как открыть окно, когда душно много лет.
🌀 Посты, от которых отпускает.
🎨 Образы, которые лечат.
🧭 И каждое слово — как карта, ведущая к тебе настоящей.
👉 Перейди и подпишись прямо сейчас. Потому что уже хватит быть на обочине своей жизни. 👉 Мой Telegram-канал
🌿 Еще интересные статьи:
Все материалы канала защищены авторским правом.
Делиться ими можно, указав ссылку на первоисточник и имя автора — Анна Смирнова.