Они смотрели друг на друга, словно не до конца веря в то, что Стелющийся отправил их именно туда, куда они подумали. В глазах Солы мелькнул ужас, мгновенно отраженный взглядом Одинца.
- Ну? – поторопила их Марго, не разделяющая страхов экотонов и готовая сорваться с места, едва направление определится.
- Кенотаф находится на месте самого кровавого побоища времен борьбы с людьми, - медленно произнес владыка. – Авгур говорил, что павших экотонов было столько, что лес превратился в сплошной стон, а земля пропиталась нашей кровью глубже, чем прорастают корни деревьев. Собрать погибших было некому. Они так и остались лежать там, пока тела не разложились… В память о том горе духи поставили надгробие, но находиться вблизи невыносимо тяжело. На месте побоища до сих пор не растут деревья. Они, будто обожженные, отступают назад, едва их ветви или корни нарушают невидимую границу и тревожат покой наших предков. Каждого владыку приводят туда, чтобы он не забывал и не позволил забыть о минувшей катастрофе своему народу.
Напряженное до предела лицо Одинца потеряло живость. Он с трудом подбирал слова и явно не горел желанием выдвигаться туда, где уже пережил столько неприятных мгновений. Но для Марго его чувства и желания не имели значения – впервые она нащупала хоть сколько-нибудь явный след сына и намеревалась дойти до него, чего бы ей это ни стоило. И другим тоже.
- Значит все, как и сказал Стелющийся, – могила, но по факту без упокоенных. Просто надгробие, служащее не только памятью для вас, но и меткой, обозначающей прорыв. Это точно то место?
- Я не могу быть полностью уверен, но другого подобного нет, - экотон переглянулся с Солой. – Там просто невозможно находиться долго. Кажется, что неведомая сила капля за каплей выпивает из тебя волю, подчиняя своей. И вот ты уже с трудом уходишь обратно. Преодолеваешь необъяснимое сопротивление, хотя и мечтаешь оказаться подальше оттуда.
- После посещения кенотафа он слег, - призналась Сола. – Никто не мог понять, что происходит с владыкой, и мы встревожились. Но авгур успокоил нас, списав все симптомы Одинца на последствия нахождения в том пространстве. Возможно, все мы рискуем, но я тоже не вижу столь подходящего под описание Стелющегося места.
- А почему он просто не показал, куда идти? – вмешалась в разговор Лилль.
- О, ты плохо знаешь сущей, духов и божеств, - расхохоталась Марго. – У них всегда наготове загадка и то, если ваши интересы совпадают. Ибо у этих сущностей движущая сила одна – своя выгода.
- Но проще же сразу все объяснить, - не унималась Лилль.
- Стелющийся говорит ровно столько, сколько может и хочет сказать, - немного надменно оборвала ее жрица. – Ты общаешься с Одинцем много лет, но так и не вникла в то, что является нашей живительной сутью. Принимай то, что до тебя донесли, как самый драгоценный дар! А вы, люди, считаете всех остальных обязанными вам.
В воздухе разлилось хорошо ощутимое напряжение. Неприятно пораженная отповедью экотонки Лилль собралась уже выдать нечто резкое, но Одинц предусмотрительно поднял руку вверх.
- Если наши пути с вестницей совпадают, и мы все ищем одно и то же, нужно торопиться. Сейчас не время затевать ссоры. Стелющийся озвучил сроки жизни выкранных детей, и мы не можем рисковать!
- Предлагаю сперва поесть и переодеться, - Марго показала на клочки, в которые превратился подол ее платья. – Хотя тут вряд ли что-то найдется…
- Я уверена, что Стелющийся уже обо всем позаботился, - улыбнулась направившаяся к выходу Сола.
- А что с моей одеждой? – осведомилась все еще кутающаяся в покрывало Лилль.
- Я ее сожгла, - невозмутимо ответила Марго. – Она была настолько пропитана магией, что чистить вещи пришлось бы дольше, чем тебя саму.
- Для тебя мы тоже кое-что подберем.
Жрица торопливо вышла из комнаты, стараясь скрыть ухмылку в уголках губ. Лилль ей определенно не нравилась и оставалось надеяться, что Стелющийся разделяет ее мнение!
********
Спустя несколько часов сытые и посвежевшие гости храма готовились покинуть его стены, где им оказали неожиданно радушный прием.
- Вот, - предварительно постучавшись, Сола вошла в комнату вестницы с яркой стопкой одежды в руках. – Стелющийся приготовил ее специально для тебя.
- Спасибо, - радость на лице девушки молниеносно сменилась недоумением. – Он издевается?
- Тебе не нравится? Что-то не так? – забеспокоилась жрица, переведя взгляд на разложенный на постели подарок.
- Как бы… все не так…
Марго удивленно разглядывала наряд, который дух презентовал ей, и никак не могла понять, почему его выбор пал на темно-синие шаровары и укороченный белоснежный верх, напоминающий блузу из очень плотной ткани. К костюму шла и обувь – полностью закрытые сандалии на плоском ходу и, на первый взгляд, даже без застежек.
- Это так красиво, - в глазах Солы горел детский восторг и, не удержавшись, она провела рукой по ткани.
- Может, но это - наряд какой-то восточный принцессы! А я собираюсь не восседать на троне, а воевать. Причем неизвестно пока с кем! Вот у тебя же нормальная одежда.
Сола быстро оглядела себя, не понимая, что в ее облике может привлечь внимание – на ней был обычный дорожный костюм знатной экотонки. Облегающие брюки цвета хаки и доходящий до бедер жилет. Тонкие руки жрицы почти до локтей закрывали широкие коричневые браслеты, на каждом из которых был нанесен определенный знак.
- Знаешь, я с готовностью поменялась бы с тобой одеждой, - горячо ответила она, - но Стелющийся особенно отметил, что дарит тебе этот наряд. И я не могу его ослушаться.
- Ладно, - Марго примиряюще улыбнулась, - в конце концов ты действительно ни в чем не виновата – любят божества всех размеров и масштабов меня бесить!
С тяжким вздохом она облачилась в подарок гостеприимного хозяина и, надменно вздернув бровь, что должно было по задумке снять любые вопросы, выдержала взгляды уже топчущихся снаружи Одинца и Лилль. В первом отразилось восхищение, во втором – откровенная женская зависть. Ранее вынужденная прятать изуродованное шрамами тело, девушка мысленно уже примерила на себя шаровары и блузу, которая при движении то и дело открывала взору загорелый живот и плечи.
- А почему у меня вот это? – она с сожалением взглянула на свой костюм, полностью повторяющий надетый на жрицу за исключением наличия рукавов и отсутствия выбитого на ткани растительного орнамента.
- Так решил Стелющийся, - сердито бросила Сола. – Я впервые вижу, чтобы дух позаботился о человеке, поэтому не понимаю твоего недовольства.
- И то верно, - спохватилась Лилль.
Она не желала быть неблагодарной. И отлично понимала, насколько ей невероятно, просто неимоверно повезло. Если бы Одинц не оставил ей путь… Если бы вестница не пришла… Если бы у нее не хватило сил вылечить страшную болезнь… Лилль все понимала, но впервые со времен далекого детства ощущала себя красивой, а это чувство пьянило и требовало ярких нарядов. Впрочем, глупой девушка тоже не была, признавая уместность и удобство того, что по удивительному стечению обстоятельств даровал ей дух экотонов. Поэтому благоразумно придержала свои эмоции и без споров встала туда, куда указал ей Одинц.
Дорога до кенотафа оказалась на удивление сложной. Казалось, что сам лес противится воле владыки экотонов, с завидным постоянством подкидывая на неровную тропу ветки, сухие коряги и спутанные комки лиан. Это сильно затрудняло путь и в какой-то момент Сола встала рядом с изрядно уставшем Одинцем, чтобы помочь ему прокладывать дорогу. Дело сдвинулось, но все равно они шли крайне медленно, и Марго решила влиться в команду идущих впереди, памятуя о неожиданно проявившемся навыке управления местным лесом.
- Нет, - владыка поднял руку в предостерегающем жесте, - тебе не стоит вмешиваться. Каждый кусочек земли здесь растревожен и, если уж лес сопротивляется нам, то ты можешь только ухудшить положение. Наберись терпения.
Марго нехотя кивнула и сосредоточилась на собственных ощущениях, а они стремительно менялись. Буквально с каждым сделанным шагом воздух становился гуще, в глазах появилась какая-то резь, а запахи приобрели неприятную влажность, а от того стремительно оседали на коже и волосах тягучим и излишне насыщенным для людского обоняния амбре. Идущая позади Лилль, боязливо оглядываясь, почти вжалась в спину вестницы:
- Ты тоже это чувствуешь? – горячо зашептала она прямо в ухо.
- Да, видимо, мы уже близко.
- Если для нас все так ярко, то представляю, каково приходится им, - девушка бросила сочувствующий взгляд в сторону экотонов.
Марго полностью разделяла ее переживания – даже со спины их проводники выглядели неважно. Они явно устали. Тяжелые и немного неловкие шаги на норовящую вспучиться очередным корнем землю давались все сложнее и сложнее. Одинц держал руки на весу, мгновенно беря под контроль даже малейший росток в радиусе их движения и отбрасывая ненужное с маршрута. В унисон ему действовала и Сола, ловко подхватывая и сворачивая в жгут увернувшиеся от силы владыки ветви. Ее тонкие запястья бабочками порхали в воздухе, а звяканье многочисленных браслетов складывалось в ненавязчивую и довольно гармоничную мелодию.
Воздух все больше сгущался и теперь для обычного вдоха требовалось сделать усилие. Марго чувствовала, как капли пота стекают по спине, а перед глазами начинают мелькать черные мушки. Вдруг экотоны замерли, как вкопанные, и одновременно выбросили руки вперед. Непроходимые заросли перед ними дрогнули и послушно расступились, открыв пришедшим раскинувшуюся в низине бесконечную и совершенно безжизненную пустошь.
- Пришли, - устало проговорила Сола. – Осталось спуститься вниз.
- Смотри, - Одинц подозвал Марго поближе, - вон там.
Она взглянула в указанном направлении и невольно вздрогнула – уж слишком противоестественно выглядел графитовый обелиск, выросший, казалось, из глубин мертвой земли и безжалостно пронзивший матовым шпилем облака.
- Кенотаф, - с благоговейным страхом пояснил для застывшей на месте вестницы владыка.
Для желающих поддержать канал и автора:
Номер карты Сбербанка: 2202 2081 3797 2650
Номер кошелька ЮMoney: 4100 1463 2003 198
Друзья, благодарю вас за прочтения, лайки и комментарии! Их ценность для меня огромна) Вы согреваете мое сердце и даете стимул для дальнейшего творчества. Спасибо))))
Копирование произведения полностью или частично и его использование без разрешения автора запрещено! Авторское право данного текста охраняется Гражданским Кодексом РФ.