Началоhttps://dzen.ru/a/aCWHscPGq2pHnHcy
- Кто отпустил ребенка в коридор?! - кричал Серж в приемной на секретаршу. - Я же просил вас присматривать за ней, смотреть мультики, что вы там смотрите про свиней или зайцев?!
Почему-то Сержу было неуютно и горько, и именно поэтому он злился. И первой, кто попала ему под горячую руку, была Валентина Петровна. Она, очевидно, уже привыкла к крикам босса, поэтому молча барабанила пальцами по столу, опустив голову. Женщина даже не поднялась из-за стола, тихонько сидела, полагая, что таким образом немного, возможно, и оскорбляет босса, но и выражает в определенной степени протест. Он орал несправедливо, в этом она была абсолютно уверена, ведь все получилось замечательно: заказчики подписали договор, взаимовыгодный для обеих сторон. Боссу следовало бы радоваться, что так все повернулось, что Арина оживила процесс переговоров и даже подружилась с будущей руководительницей фирмы, с которой босс планировал сотрудничать и в дальнейшем.
Серж понимал, что кричит несправедливо. Но его переполняли странные эмоции. Он вдруг с досадой осознал, что ему неприятно, даже обидно, что Арина не его ребенок.
Да-да, он был вполне уверен в этом! Не может быть у него ребенка. Просто физически не может! Он очень тщательно следил за этим — это несомненно! Но все равно на душе скреблись какие-то кошки. Где-то глубоко в душе, очень-очень глубоко, так, что он даже себе не признался бы, причем даже под пыткой, Сержу хотелось, чтобы девочка действительно оказалась его ребенком. Но если эта мысль и мелькнула где-то на периферии сознания, то он ее подавил сразу же.
Какой ребенок?! Бог с вами! Работа, работа и еще раз работа! Ему надо развиваться, ставить на ноги все свои филиалы, а не детей.
И, во-вторых, Серж раздражался не на секретаршу и не на Арину, а на самого себя - что не мог сдержаться, не мог остановить эти странные эмоции, которые переполняли его и выплескивались теперь оскорбительными словами на Валентину Петровну.
"Надо остановиться", - подумал он, сделав паузу в своем неприятном монологе.
— Я уже говорила тебе, при детях нельзя ругаться, папа, - проговорила вдруг назидательно Арина, стоявшая неподалеку и заинтересованно рассматривавшая Сержа, наверное, ожидавшая пока он перестанет кричать. Девочка взяла его за руку. - Не волнуйся ты так, - в ее голосе послышались чужие нотки, как будто она слышала, как кто-то уже говорил такое. - Успокойся, папа. У тебя есть бумажный пакетик или какая-нибудь небольшая коробочка?
- Какая коробочка? - удивился Серж, и в самом деле отвлекшись. Детская рука очень уютно держала его за пальцы. Это было необычно.
- Ну, коробочка, - пояснила девочка. - Например, от какого-то подарка небольшого. А лучше, конечно, пакетик. Такой, в котором продают пирожки. Вкусные-вкусные. Я люблю с вишней. Этот пакетик надо приложить к ротику и дышать туда. Долго дышать, пока не успокоишься. Так нас учила воспитательница. Мама, правда, долго смеялась, но все равно сказала, что чтобы отвлечься, пакетик поможет.
Арина крепче сжала руку Лазарева.
- А ты умеешь делать кулечки? А я не умею! - она схватила вдруг чистую бумажку со стола секретарши и принялась скручивать кулечек. У нее ничего не получалось, но она старалась.
- Давай помогу, - стараясь не улыбаться, сказала Валентина Петровна. Скрутила кулек и подала Арине. - Возьми, подыши.
— Это для папы, - пояснила девочка. - Не волнуйся, все будет хорошо. Возьми кулечек, дыши, - она протянула бумажный кулечек Сержу.
- Какой кулечек?! Какое "дыши"?! - рявкнул вдруг он, выдернул руку из детской ладошки и забежал в свой кабинет.
Захлопнул дверь, остановился за ней, прижался к косяку. Боже, что это с ним?! Кричал, как бешеный! Да еще и при ребенке! А она ... она хотела успокоить его.
Покачал головой, а потом уселся в свое кресло за письменным столом. Все-таки успокоиться надо было.
Под руку вдруг попали бумаги с договором, которые он разгневанно швырнул перед этим на стол, и сверху как раз лежала бумажка, которую ему принесла Анжела перед встречей с заказчиками. Он вспомнил, что она что-то говорила о цифрах и обмане, начал рассматривать документ пристальней, сосредоточился, отвлекся от своих эмоций.
Но тут его захватили уже другие эмоции: негодование, гнев, раздражение... Кто-то и, правда, украл деньги!
Банковская выписка, которая сейчас находилась в руках Сержа, представляла собой официальное подтверждение того, что продавец получил оплату от покупателя за приобретение велосипедов. В документе было зафиксировано несколько лицевых счетов, на которые переводились определенные суммы. Свои счета он знал. А вот еще один счет показался незнакомым и лишним. Именно на него была переведена, в принципе, не очень большая сумма, но эти цифры все равно неприятно царапнули Лазарева. Как такое могло быть?
Он нажал кнопку на столе, вызывая секретаршу.
- Валентина Петровна, я прошу прощения, что сорвался на вас. Больше этого не повторится, - сухо проговорил он, отводя взгляд, ведь Серж не привык извиняться, но сейчас перешагнул через себя... Понимал, что был неправ. И тут же приказал.- Срочно вызовите из бухгалтерии человека, который занимался детскими велосипедами и оформлял документы на перевод денег за партию номер семьдесят восемь.
Секретарша кивнула и вышла.
А Сержа вдруг обожгла мысль о том, что в бухгалтерии находится девушка, которая ему очень нравится.А если эти деньги были украдены именно ею? Это будет ужасно! Еще один удар, который ждет его в этот день.
Увы, Серж не ошибся...
- Как вы могли подумать такое? - Вероника, которая и оказалась, как подозревал Серж, главной виновницей, работавшей с последними документами и счетами по детским велосипедам, возмущенно сверкнула очками в его сторону. - Кем-кем, но воровкой я никогда не была!
Она выхватила бумагу из рук Сержа и принялась тщательно изучать документ.
- Да, этот расчетный счет действительно мой, но как такое может быть? - медленно проговорила женщина. - Все деньги пошли только на первые два счета. Это ваши заказчики, с которыми вы сотрудничаете уже давно. Тут явно кто-то поработал с цифрами. Разумеется, все было рассчитано на то, что я новенькая, и вы со мной не очень хорошо знакомы. Не знаете, что я патологически честна. Кто так мог возненавидеть меня, чтобы подделать документ? Для чего? В чем причина? За что? - тут Вероника вдруг отвела взгляд от бумаги и с пониманием и подозрением взглянула на Сержа, свела брови. - Гм. Пожалуй, вы, Сергей Васильевич, догадываетесь, кто?
Увидев вот сейчас возмущение девушки, Серж сразу же поверил ей. Почему-то хотелось верить этой необычной девушке, которая вызывала трепет в его сердце. Такую искренность не сыграешь. Он просто эмоционально чувствовал, что она говорит правду. И понял, кто это провернул, конечно же, сразу сложил два и два.
Анжела. Но зачем ей это? Новенькая работает здесь только первый день и документы уже подделала? Если бы это была настоящая мошенница, то она бы подождала некоторое время, влилась бы, так сказать, в коллектив, стала бы своей, чтобы потом никто ничего не заподозрил. А тут явно все шито белыми нитками. Серж возмутился и по другой причине: это за какого же дурака кто-то его держит, что думает, что он поведется на такую подделку?! Разве что рассчитывали на его характер, когда он в гневе, то не разбирается, кто прав, а кто виноват, а наказывает всех! Бывает у него такое. Серж знал, что иногда он очень вспыльчив.
Неужели, все-таки Анжела? Это же она принесла ему эту бумажку. Правда, документ мог кто-то ей передать. Но это сомнительно. Что-то здесь нечисто...
Серж не понимал, что Анжела просто ревнует его. Он никогда не воспринимал ее всерьез. Она сама устраивала встречи, обнимала его, флиртовала и приглашала в кафе, рестораны, к себе домой. Как здоровый одинокий мужчина, он не отказывался от таких предложений. Но Серж не думал о серьезных отношениях с Анжелой, ограничиваясь редкими встречами. Для нее же это было нечто большее. Серж считал, что их связь устраивает обоих.
Итак, даже не заподозрив какие-то личные мотивы с ее стороны, он все равно решил поговорить с Анжелой, но чуть позже. Для начала он лично решил проверять все денежные потоки, которые шли из его фирмы в другие. Он тут же, при Веронике, открыл финансовую программу, обслуживавшую его фирму, и увидел, что там именно так, как и говорила Вероника, — ее счет нигде не фигурировал.
Серж вздохнул устало, потер виски. Какой странный сегодня день! Не только день эмоциональных потрясений, гнева и страсти (он взглянул на сережку на губе Вероники и вздохнул), но также и день извинений.
— Что ж, я прошу извинить меня, что сразу набросился на вас, - проговорил он, переведя снова взгляд на экран. - Я только что все проверил по финансовой программе, к которой имею доступ только я, и действительно, ваших счетов здесь нет, и деньги все на месте. Простите, Вероника, мне следовало сразу же это сделать, все проверить, но я на эмоциях сегодня, — а потом вдруг безудержный сегодня язык Сержа сам проговорил. - А что вы делаете сегодня вечером? Не сходить ли нам в ресторан, например?
- При первой нашей встрече я уже сказала вам, — проговорила девушка, нахмурив брови и скривив губы. - Никаких личных встреч с сотрудниками, с коллегами, никаких отношений на работе, никаких влюбленностей на работе. Работа для того, чтобы здесь работать...
Она с каким-то садистским наслаждением повторяла те же самые слова, которые он говорил всегда своим подчиненным. Смотрела на него жестко и решительно. Казалось, ей даже доставляет удовольствие отказывать боссу. С удивлением мужчина услышал свои собственные, часто произносимые раздраженные фразы, которые говорил всегда, глубоко уверенный, что это правильно и так и должно быть. Но теперь... Теперь эти слова ему почему-то не нравились...
Он тоже нахмурил брови и сухо проговорил:
- Идите работайте.
Разборки с Анжелой он решил отложить на потом. Представлял, как они будут ссориться, как опять он накрутит себя, будет кричать... Опять негативные эмоции. Почему-то не хотелось ничего плохого. Хотелось доброго, искреннего, теплого. Хотелось красивого... такого, как губы девушки, которая сейчас сидела у него в голове.
Вдруг он услышал громкий смех Арины. За дверью они с секретаршей о чем-то весело беседовали.
"Черт, еще этот ребенок!"- подумал он. Почему-то снова разозлился и решил сейчас же поехать по адресу, который нашла ему секретарша, где жила Арина вместе с матерью. следует выяснить, кто это такая, что за женщина? Почему таким образом подбросила ему ребенка? Он был уверен в том, что все подстроено намеренно. Но вот зачем? Вопрос.
Кроме того, лишь сейчас почему-то до Сержа дошло, что курьеры не могут доставлять живых людей, как посылки. А значит, и курьер был подставной. Хотя он хорошо запомнил надпись на его кепке — "Ветер". Так называлась фирма, которая доставляла различные отправления. И Серж примерно знает время отправления. Следовательно, следует позвонить в эту курьерскую службу и уточнить относительно отправления, которое сегодня он получил в виде Арины.
Не откладывая в долгий ящик, он сразу же позвонил в курьерскую фирму, уточнил, какие посылки сегодня отправлялись, сказав, что ему доставили по ошибке совсем другую посылку. Поговорив со служащей, которая подробно ему объяснила, что сегодня по его адресу никаких посылок доставлено не было, он убедился в том, что все утреннее происшествие сплошная подстава.
Это опять же наводило на определенные размышления.
Серж вздохнул, поднялся и вышел в приемную.
- Арина, собирайся, поедем сейчас к тебе домой, - проговорил он и направился к выходу.
— Но дома никого нет, - сказала Арина. - Мама уехала, и квартира закрыта. А ключей у меня нет. Я еще маленькая ходить с ключами, я не совсем достаю до замка. И у меня недостаточно силы его открыть. Я когда-то пробовала...
- Ну, тогда просто посмотрим на дверь, - проговорил Серж.
- Хорошо, пойдем! - обрадовалась девочка. - Я познакомлю тебя с Тортиком и бабушкой Кассой.
Серж лишь пожал плечами. Расспрашивать, кто такой Тортик и кто такая бабушка Касса, ему совсем не хотелось. Хотелось как можно быстрее избавиться от раздражающих моментов, которые немного выбили его из колеи, избавиться от всего, что не влезало в те стандартные рамки, которые он очертил для себя, и жить дальше своей спокойной и размеренной жизнью…
В Заводском районе, который считался в городе не самым благополучным, Серж аккуратно объезжал выбоины на дороге. Тихо, чтобы не услышала Арина на заднем сиденье, ругался, когда джип все-таки попадал каким-нибудь колесом в яму. Мрачные панельные дома, серые и непривлекательные, раздражали Сержа. Да, его сегодня, собственно говоря, все раздражало.
- Вот! Вот это мой дом! - закричала вдруг радостно Арина, которая до сих пор сидела молча, разглядывая своего маленького плюшевого бегемотика, которого ей подарила Алсу. - Смотри, веломотик, вот здесь я живу! Это мой дом, видишь там окна на пятом этаже? Отсюда не видно, но там висят шторы с ромашками. Мы с мамой вместе выбирали их в магазине. Она хотела с маками, а я с ромашками. И я победила! Тебе понравится у нас дома! Но только тогда, когда приедет мама.
- Как ты назвала этого зверька? - спросил Серж, хмыкнув.
- Не зверька, а моего друга! Веломотик! Это, конечно, бегемотик, я знаю, но он у меня будет висеть на моем новом велосипеде, значит, станет веломотиком. А имя для него я еще не придумала. Сейчас думаю. Может, ты, папа, поможешь мне придумать имя для веломотика? - вдруг предложила Арина.
- Я просил не называть меня папой, Арина. Это не так! Я точно знаю, что я не твой отец. Возможно, тебя кто-то в этом убедил, и ты искренне в это веришь, но на самом деле это не так, и ты должна привыкнуть именно к этой мысли, - терпеливо начал объяснять Серж.
Арина надулась и промолчала, снова принялась смотреть в окно. Но молчание длилось недолго.
- Туда! Туда! Ты не туда едешь! Надо свернуть направо, а ты поехал налево!
- Но знак показывает, что направо ехать нельзя, можно только налево, - резонно заметил Серж.
- Это неправильный знак! Все едут направо! - убеждала его девочка.
Но Серж, конечно же, поехал согласно знаку, не хотел нарушать правил дорожного движения. Было когда-то у него одно приключение, когда он проехал на красный свет на, казалось бы, безлюдной полностью улице. Но камеры наблюдения зафиксировали это нарушение, и ему пришлось выплатить штраф. Хотя тот штраф и не был катастрофой для Сержа, но было неприятно. И он корил себя за это. Словно обманул не кого-то, а самого себя. С тех пор он никогда не нарушал правил дорожного движения.
Но когда машина проехала налево и завернула за угол дома, то Серж увидел, что там тупик. Не было там подъездов, и входа в дом, стояли лишь несколько баков для мусора. А на высоком заборе, соединявшем две стены противоположных домов, сидел большой черный кот и презрительно смотрел на джип Лазарева.
- Вот, дьявольщина! - выругался Серж.
- Папа, я тебе расскажу про одно очень хорошее средство, как избавиться от ругани, — по-деловому начала Арина.
Серж с досадой вспомнил, что нельзя ругаться при детях! Да, да, Арина ему это сегодня уже несколько раз напоминала.
Тем временем девочка продолжала:
- Тебе надо носить с собой тюбик с горчицей.
- Что-о-о? - удивился Серж и даже обернулся, чтобы посмотреть на Арину. Она была очень серьезна.
- Да! Каждый раз, когда ты скажешь плохое слово, надо лизнуть горчицы. Можно, конечно, еще перец, но он может рассыпаться из пакетика. Горчица удобнее: открутил, лизнул и закрутил, и спрятал в карман. И теперь, каждый раз, когда тебе захочется сказать плохое слово, ты будешь вспоминать горечь, которая у тебя на языке, и никогда больше не будешь ругаться.
- И кто же тебя такому научил? - рассмеялся Серж.
- Наша воспитательница, Виктория Викторовна. Она учит нас всему, что пригодится в жизни, — пояснила девочка. - А Вася ругался, потому что его папа тоже говорит плохие слова, и воспитательница научила, как от них избавиться. Но Васин папа не слушается. И ты не слушаешься, - Арина вздохнула. - Ох, с тобой еще работать и работать…
У Сержа снова губы расползлись в улыбке.
Вот так, улыбаясь, он развернул машину и поехал все-таки направо, туда, куда указывала Арина. И именно там была дорога к подъездам.
Арина показала, где их подъезд, и Серж припарковался рядом. Вышел и сразу же скривился: у подъезда, как всегда в таких глухих двориках, сидели на лавочке три бабушки. Местные новости, сплетницы, успешная и креативная замена радио, телевидения и интернета.
Увидев Сержа, а потом и Арину, которая выпрыгнула из машины и схватила мужчину за руку, они энергично зашептались, начали что-то обсуждать.
- Ну, веди меня к себе домой, — проговорил Серж, сделав каменное лицо.
«Ты здесь в первый и последний раз!» — напоминал он себе, но все равно испытывал легкий трепет перед тремя матронами у подъезда. У каждого есть такой страх или, скорее, раздражение. Кажется, что обсуждают именно тебя, замечая только недостатки.
Когда они подошли ближе к скамейке, одна из бабушек, дама, затянутая в розового цвета кофточку с большими пуговицами в ряд на монументальной груди, спросила требовательно:
- Здравствуйте! А к кому это вы идете?
- А мы должны отчитываться каждому, кого встретим по дороге? - спросил Серж у женщины.
— Не отчитываться, а просто сказать, - улыбнулась вторая из них, бабушка в очках с толстыми стеклами, похожая на учительницу Сержа по математике. Лучше бы она не улыбалась. Потому что когда улыбалась его учительница математики, это означало, что у Сержа проблемы с контрольной.
- Ага, - пискнула третья и сплюнула в скрученный бумажный кулек шелуху от семечек. - Вижу, вы с Ариной приехали. Что опять наделал этот ребенок?
- Ничего я не наделала! - возмутилась Арина. - Вы сами не посмотрели хорошо, куда садитесь, вот и уселись на липкую жвачку. Надо было очки надевать.
- Ага, - поджала губы бабушка и снова сплюнула в кулек шелуху. - Только тех липких жвачек почему-то была не одна или две, а штук двадцать. И все очень симметрично разложены по скамейке. Да и кто-то очень хорошо подметил, что, я забыла очки! Так это ты была, признавайся?!
- Бабушка Оля, это не я была, — убедительно сказала девочка. - Это ребята из соседнего подъезда так шутили, а на меня все свалили, потому что я недалеко играла…
- Хорошо, не будем разбираться и вспоминать то, что давно уже прошло, — махнула рукой первая бабушка, монументальная дама. - Так скажете, кто вы? Куда - мы уже поняли. К Верке из тридцать восьмой квартиры. Но ее дома нет. Она же уехала вроде как...
Женщина взглянула на своих подруг:
- Точно уехала. Большой чемодан несла. Я в окно видела в шесть утра.
— Я еще спала, — с завистью проговорила бабушка в очках, похожая на учительницу математики, - но может быть. Она же все время в разъездах.
- Так вы говорите, что матери Арины нет дома? - спросил Серж, потому что вдруг понял, что может много информации получить именно от этой троицы, которая, наверное, все знает обо всех в этом доме. Решил немножко обкомплиментить женщин, чтобы подобрели и рассказали ему о женщине, которая подбросила ему ребенка.
- Да вы же, наверное, всех здесь в доме знаете? - спросил он. - Я заметил, что у вас острое зрение, хороший слух и вы ежедневно радуете глаз каждого жителя этого дома своим неповторимым прекрасным видом.
- Нет, нет, уехала утром, очевидно, снова в какую-то командировку. А Арина же должна была быть у ее сестры Светланы, всегда она ее там у нее оставляет, когда в командировку едет. В соседнем подъезде она живет. Ты чего не у Светланы? - спросила она у Арины.
- Тетя Света уехала на курорт, — сказала Арина. - Поэтому мама меня к папе отправила. Это мой папа, познакомьтесь! - вдруг проговорила она и указала на Сержа.
Три пары восхищенных, удивленных и пораженных глаз вонзились в Сержа, словно кинжалы. И сияло во всех этих глазах предчувствие грандиозных новостей и сплетен…
Читать дальшеhttps://dzen.ru/a/aCytwlqIFFPwdHFg
С любовью и уважением к моим читателям. Жду ваши комментарии, и благодарю за корректность по отношению ко мне и друг к другу. Если вы нашли ошибку или описку, напишите, я исправлю. Главы будут выходить ежедневно в 7 часов утра по московскому времени.