Стелла не отрывала взгляда от мужа, ощущая, как в груди сгущается горечь. Аркадий сидел за столом, медленно пережёвывая бутерброд и пролистывая ленту новостей на смартфоне. Его громкое дыхание, звуки прихлёбывания чая, небрежные движения — всё это вдруг стало невыносимо. Когда привычные бытовые ритуалы превратились в источник раздражения?
— Аркадий, нам нужно поговорить, — Стелла отставила кружку с нетронутым чаем.
— А? — он даже не поднял глаз.
— Я говорю серьёзно! — голос дрогнул.
Муж наконец оторвался от экрана, но выражение лица осталось рассеянным.
— Ты что, снова под влиянием своей Лидки? — буркнул он, жуя. — У неё же семь пятниц на неделе…
— Не смей её винить! — Стелла сжала кулаки. — Это не её идея. Просто я устала притворяться, что мы семья. Мы давно стали чужими.
Аркадий застыл, бутерброд замер в воздухе. Медленно опустив руку, он нахмурился:
— Чужие? Вчера ещё за одним столом сидели, сегодня — кризис? Ты сериалов насмотрелась?
— Это не сериал! — её голос стал резким. — Это реальность. Ты же сам всё испортил. Забрал депозит, который мы собрали на Олину квартиру! Четыре миллиона, Аркадий! Как ты мог?
Он отвёл взгляд, поправляя ворот рубашки. Тишина заполнилась тревожным скрипом половиц.
Аркадий нахмурился и махнул рукой.
— Опять за своё? Я же всё объяснил! Это выгодное вложение. Мама давно мечтала о даче, а тут такая возможность — шанс упустишь! Участок ухоженный, дом крепкий, в десяти минутах от автобусной остановки.
— А деньги на Ольгину квартиру? — Стелла сжала край скатерти. — Мы же условились: как только она институт закончит…
— Да что для неё изменится? — Аркадий ударил кулаком по столешнице, чашка подпрыгнула. — Мама свою двушку ей подарит, как только ей восемнадцать исполнится. Ты чего нервничаешь?
Стелла глубоко вдохнула, стараясь сдержать дрожь в голосе:
— Во-первых, эта «двушка» — в хрущёвке на пятом этаже без лифта. Во-вторых, твоя мама ещё моложе тебя выглядит, ей всего шестьдесят пять. И в-третьих, ты даже не спросил моего мнения! Просто слил депозит!
— А ты бы одобрила? — Аркадий пожал плечами. — Ну и что делать?
— Вот именно! Я бы не одобрила! Потому что это несправедливо!
В кухню заглянула растрёпанная Ольга, потирая глаза.
— Вы чего орёте? — зевнула она. — Выходной же.
— Иди, детка, — Стелла мягко коснулась её руки. — Просто обсуждаем кое-что.
— Опять ссоритесь? — дочь закатила глаза. — Как маленькие.
Когда Ольга скрылась, Стелла понизила голос:
— И насчёт отпуска. Мы же договорились: Сочи, море, путёвки уже подобрали.
— Какой Сочи? — Аркадий усмехнулся. — Теперь дача требует ухода. Забор ставить, грядки распахивать. Мама не справится одна.
— То есть вместо моря я должна полгода копаться в земле на хозяйстве твоей матери?
— На "нашем" хозяйстве, — поправил он. — Это семейная собственность.
— Нет, Аркаша. Это дача "твоей" мамы, купленная на деньги "нашей" дочери.
Аркадий резко отодвинул стул и встал.
— Стел, ты меня достала со своими упрёками. Я, между прочим, кормил семью, решал всё по-мужски. А ты только и умеешь, что ныть.
— Я тоже работаю, — тихо ответила она. — И зарабатываю не меньше.
— Тогда радуйся, что дача теперь есть! — повысил голос он. — Шашлыки, свежий воздух. Ольга от телефона оторвётся.
— Ольга хотела в лагерь с подругой.
— Переживёт, — отрезал Аркадий. — Семья важнее.
Стелла вглядывалась в лицо мужа, пытаясь найти в нем хотя бы отблеск того человека, за которого вышла замуж. Когда он потерял способность слышать? Или, может, она сама раньше закрывала глаза на его эгоизм?
— Мама звонила вчера, — небрежно бросил Аркадий, допивая остывший чай. — Просит помочь с участком в выходные. Клубнику высаживать будем.
— Я не поеду, — голос Стеллы прозвучал резко даже для неё самой.
— Как это? — Аркадий нахмурился. — Я уже обещал.
— Ты опять решил за нас обоих? — её пальцы впились в край стола. — Неужели трудно спросить моего мнения?
— Да ты всегда против! — он отмахнулся. — Что за истерики по пустякам?
— Это не пустяки. Это моя жизнь, которую ты расписываешь без меня.
— Ой, да брось ты, — Аркадий закатил глаза. — Ну, купили дачу. Разве плохо? Лето на природе проведем.
— Дело не в даче, — Стелла встала, опершись о спинку стула. — Ты никогда не ценил моё мнение.
В прихожей зазвенел звонок. Аркадий, бурча что-то под нос, пошел открывать. Через минуту на пороге кухни появилась Елена Петровна — с пышной рыжей прической, в ярком платке и с папкой документов в руках.
— Доброе утро, деточки! — её голос звучал слишком бодро. — Принесла вам документы на участок. Представьте, шесть соток, старый сад, теплица почти целая! Аркаша, ты не забудь про удобрения, а то земля бедная.
Стелла молчала глядя на пятно кофе в своей чашке.
— Мы с Аркадием договорились приехать в субботу, — продолжала свекровь, раскладывая бумаги. — Нужно подготовить грядки под малину.
— Я не смогу, — наконец произнесла Стелла, стараясь не дрожать. — Запись к врачу.
— Отмени, — махнула рукой Елена Петровна. — Молодая еще, не до болезней сейчас.
— Не могу, — Стелла сжала кулаки. — Это важный приём.
— Ага, опять выдумывает, — Аркадий переглянулся с матерью. — Не обращай внимания. Приедем, как и договаривались.
— Я не приеду, — Стелла смотрела прямо на него. — Это мой последний довод.
Аркадий только фыркнул, крутя в руках чужой план дачной жизни.
Елена Петровна сжала губы в тонкую линию, бросив на Стеллу колючий взгляд.
— Вот и выходит, Аркаша, что твоя супруга не понимает семейных ценностей. Вечно только о своих интересах думает.
— Мам, хватит, — поморщился Аркадий, теребя край скатерти.
— А что хватит? — в голосе свекрови зазвенел металл. — Двадцать три года терплю её прихоти, а благодарности — ноль.
Стелла почувствовала, как внутри всё холодеет. Будто кто-то перерезал невидимую связь, державшую её в этом доме.
— Пожалуй, я пойду от сюда, — сказала она, медленно поднимаясь. — Нужно собрать кое-что.
— Что за чушь? — Аркадий нахмурился. — С какой стати?
— Ухожу. Навсегда.
— Куда? — в голосе матери прорезалась тревога. — Ты с ума сошла? А дочь?
— Ольге уже шестнадцать. Она сама решит, с кем остаться.
— Вон оно что! — Елена Петровна всплеснула руками. — Бросает семью! Я ж говорила, сынок!
Стелла вышла, ощущая странное освобождение. Словно сбросила многолетний оков. В спальне она раскрыла чемодан, начала аккуратно складывать вещи.
Аркадий вошел следом.
— Ты правда решила? — спросил он, останавливаясь у порога.
— Да.
— Из-за этой глупой дачи?
— Из-за тебя. Ты давно перестал видеть меня человеком.
— Опять драма, — он опустился на кровать. — Давай поговорим спокойно.
— Поздно, Аркадий. Я устала объяснять.
В дверь заглянула Ольга.
— Мам, ты уходишь?
— Да, Оль. Твоя мама больше не хочет быть частью этого... — Стелла запнулась, — ...этого дома.
— Но почему? — голос дочери дрогнул. — Что случилось?
— Спроси у папы про деньги на твою квартиру.
Аркадий скривился.
— Я купил бабушке участок. А мама устроила скандал.
— На мои деньги? — Ольга нахмурилась. — На те, что вы мне откладывали?
— Зато бабушка подарит тебе свою квартиру, — повторил он заученную фразу. — Это даже выгоднее.
— Её «двушку» с протекающей трубой? — дочь фыркнула. — Пап, ты реально считаешь это нормальным?
— Жилая площадь в черте города! Что не так?
— Там даже интернета толкового нет! И соседи — одни пенсионеры.
— Лучше пустой угол, чем дачный сарай!
— Это "мои" деньги, — Ольга резко обернулась к матери. — Я с тобой.
— Как это? — Аркадий вскочил. — А я? Я же твой отец!
— Отец, который купил бабушке дом за мой счет, — голос дочери стал ледяным. — Очень отцовски.
— Да что вы все завелись? — он метнул злой взгляд. — Отличная дача! Приезжайте, сами увидите.
— Я не поеду, — отрезала Стелла, захлопывая чемодан. — Сам раскапывай свои грядки.
— Как хотите, — Аркадий махнул рукой, направляясь к двери. — Сам управлюсь. А потом посмотрим, кто первым побежит за огурцами.
Стелла лишь чуть качнула головой, ощущая странное опустошение. Не злость, не боль — просто тишину внутри. Будто выдохнула наконец после долгого затаенного вздоха.
— Оль, бери, что успеешь собрать, — сказала она, беря в руки сумку. — Если хочешь со мной.
— Куда вы? — в дверях появилась Елена Петровна, голос сорвался на недоверчивый визг. — Что за театр абсурда?
— Мы уходим, — Ольга выпрямила спину. — Потому что папа потратил мои деньги на вашу дачу.
— Твои? — свекровь фыркнула. — Это семейные средства! Дача для всех! Летом приедете, отдохнете.
— Спасибо, я лучше в горы поеду, — Ольга скрестила руки. — Как мы планировали.
— Горы, море… — мать Аркадия передернула плечами. — Распустили девчонку! На даче и воздух лучше, и пользы больше.
Стелла молча направилась к двери, сжимая ручку сумки. Ольга шагнула следом.
— Стойте! — Аркадий выскочил из кухни. — Вы не можете просто взять и уйти! А как же дом? Он же оформлен на нас двоих!
— Продадим, поделим пополам, — Стелла даже не обернулась. — Позвони моему брату, он разберется.
— Не дам согласия! — он загородил проход. — Никто никуда не пойдет!
— Уступи, Аркадий, — тихо попросила она. — Не хочу больше этого.
— Это мой дом! — он стоял как скала.
— И мой тоже. Но я больше не вижу здесь места для себя.
— Пап, пожалуйста… — голос Ольги дрогнул.
Что-то в её интонации заставило его отступить. Он молча смотрел, как дверь захлопывается.
— Вы еще вернетесь! — крикнула вслед Елена Петровна. — Попомните мои слова!
Лифт опускался медленно. Стелла и Ольга молчали.
— И что дальше? — нарушила тишину дочь.
— Дальше начнем заново, — Стелла набрала номер Лиды. — Просто… живи.
Звонок ответил бодрый голос подруги.
— Лид, помнишь, ты говорила про тур в Абхазию? Автобусный, на три недели… Да, я согласна. И Ольга с нами. Жди нас.
Она закончила разговор и посмотрела на дочь.
— Правда поедем?
— Правда, если хочешь.
— Хочу! — Ольга улыбнулась впервые за день. — А как со школой?
— Каникулы через пару недель. Успеем подготовиться.
В такси Стелла смотрела на проплывающие окна домов, ощущая, как в груди распускается тепло. Свобода. Так странно звучало это слово после стольких лет.
Если захотите поделиться своими историями или мыслями — буду рада прочитать их в комментариях.
Большое спасибо за лайки 👍 и комментарии. Не забудьте ПОДПИСАТЬСЯ.
📖 Также читайте: