Ольга на кухне после работы ловко управлялась с рыбой, чей аромат заполнял пространство. Внезапный дверной звонок нарушил уютную тишину. Женщина нахмурилась: Гена вернётся не раньше чем через два часа, а для гостей уже поздновато. Вытерев руки, она направилась к входу.
На пороге стояла Вера Дмитриевна — её свекровь, с горделивым выражением лица, будто императрица. Рядом с ней был массивный чемодан тёмно-коричневого цвета, напоминающий каменную глыбу, а чуть позади, тяжело дыша, переминался Виктор Иванович с небольшой сумкой.
— Приветствую! — раскатисто-бодро с интонацией сказала женщина. — Решили переехать к вам. Квартиру сдаём, а доход пойдёт на лекарства.
Ольга застыла в немом изумлении, пропуская через себя услышанное. Внутри душила буря, словно вода в закипающем чайнике, но внешне лишь коротко кивнула, возвращаясь на кухню. Масло на сковороде продолжало шкворчать, поддерживая её раздражение. «Лекарства... — мелькали мысли. — Интересно, от какой же болезни? Не заметила я у вас симптомов, разве что склонность к хитрости и самоуверенности в избытке».
Утро встретило не кофе с булочками, а нежеланным осмотром жилища. Вера Дмитриевна, едва встав с постели, принялась обследовать уголки квартиры, словно ищейка, ища повод для придирок.
— Оленька, взгляни на эту вытяжку! — воскликнула свекровь, тыча пальцем в пятна масла на поверхности. — Грязь скопилась из-за вашей жирной пищи. Такой рацион вреден для организма, — добавила с важным видом, криво усмехнувшись. — Я обязательно сама займусь этим завтра с первыми лучами солнца.
Однако к рассвету вытяжка осталась в первозданном виде. Зато на кухне Ольга застала Веру Дмитриевну, которая без спроса щеголяла в её любимых домашних тапочках и смаковала чай из излюбленной кружки.
— Всю ночь не находила покоя, — начала Вера Дмитриевна с театральным вздохом, будто ей требовалась экстренная помощь. — У меня целый перечень: скачки давления, сердечные колебания, пульсирующая боль в голове и воспалённые суставы. А у Виктора Ивановича — подозрение на болезни спины, сочетающие радикулит и остеохондроз.
Свекровь на мгновение замолчала, наблюдая за реакцией невестки, будто ожидая аплодисментов за свой перечень недугов. Затем её голос смягчился до приторной угодливости: — Ты ведь, Оленька, не станешь бросать родных в беде? Денежки на лечение — это же вопрос жизни и смерти.
Ольга, пряча усмешку за ложкой каши, кивнула с невозмутимым видом:
— Конечно, если диагнозы подтвердятся, нельзя терять время.
— Мы так и знали! — оживилась Вера Дмитриевна, всплеснув руками, как актриса в финале спектакля. — Соберёмся с силами и побежим по клиникам.
— Не нужно собираться, — мягко прервала Ольга, передавая Виктору Ивановичу дымящуюся чашку. — У вас сегодня плотный график: в десять к терапевту, в одиннадцать к кардиологу, в обед к неврологу, потом к офтальмологу и завершающий аккорд — приём у психиатра. День расписан по минутам.
Свёкор, только сделал глоток чая, закашлялся:
— Да сколько ж можно-то за день-то?
— А вы как думали? — Ольга улыбнулась с ангельским выражением, поправляя фартук. — Если болезнь запустить, хлопот не оберётесь. Лечиться — значит, не жалея времени.
Вера Дмитриевна резко втянула воздух, будто пытаясь подавить готовый сорваться возглас. Её план, рассчитанный на лёгкое пополнение кошелька, внезапно превратился.
— Я-то думала, сначала обследование… Чтобы точнее понять, что за недуги, — проговорила она осторожно, впервые за утро сбавляя напор.
— Обследование? Да я уже всё предусмотрела! — Ольга лучезарно улыбнулась, как аптекарь, расписывающий рецепт. — УЗИ, ЭКГ, флюорография… И анализы на скрытые инфекции. Кстати, хроническая усталость может быть из-за паразитов. Вдруг у вас там целая колония поселилась?
Виктор Иванович, до этого молча допивавший чай, закашлялся так, что чашку чуть не выронил.
— Ну вы даете… Как в санаторий попал, — пробурчал он, растирая виски.
— А как же! — невестка ласково убрала прядь волос за ухо, будто заботливая медсестра. — Здоровье требует жертв. А мы тут все ради вашего благополучия.
Так началась их самая необычная неделя, наполненная бесконечными очередями и диагнозами. Вера Дмитриевна и Виктор Иванович, будто туристы в незнакомом городе, целыми днями пересекали лабиринты больничных коридоров, сменяя кабинеты с видом профессионалов. Каждый шаг сопровождался вздохами, жалобами на мигрени, суставы и «какой-то особенный дискомфорт».
Врачи, привыкшие к хитростям и преувеличениям, уже через пару минут осмотра начинали поглядывать на пару с еле скрытым скепсисом, будто расследовали загадочное происшествие.
— В общем-то, организм у вас в рабочем состоянии, — констатировал терапевт, откладывая ручку. Его взгляд поверх очков выражал всё, что не сказано вслух. — Пара показателей чуть выше нормы — возраст, стресс, но серьёзных причин для тревоги нет.
— Как это — нет?! — возмутилась Вера Дмитриевна, выпрямляясь так резко, что стул под ней скрипнул. — А мои боли? А постоянная усталость?
— Боли — это спутник каждого человека старше сорока, — флегматично ответил врач, делая пометку в карте. — А усталость, возможно, от того, что вы слишком рано встаете. Попробуйте спать до десяти — и, уверяю, мир станет ярче.
Он закрыл карты с таким видом, будто поставил точку в спектакле, где главные герои немного перестарались с драматизмом.
После трёх дней бесконечных походов по врачам Виктор Иванович, будто истощённый путник, застыл в кресле перед телевизором, уставившись в экран. На четвёртый день его терпение лопнуло, как перегретый чайник.
— Вера, так дальше нельзя! — его голос прорезал утреннюю тишину. — Зачем ты меня к урологу записала? Там очередь, как на закрытую премьеру! Я на пенсии, а ты мне расписание плотнее, чем в рабочие годы!
— Это всё ради твоего благополучия, — оправдывалась свекровь, теребя край шали. — У тебя же дискомфорт был... Разве ты сам не жаловался?
— Дискомфорт? — свёкор стукнул ладонью по журнальному столику, заставив чашки зазвенеть. — Теперь у меня ноги не слушаются от этой гонки! Ольга права — мы здоровы, как лошади! А ты затеяла это ради чего? Чтобы шпионить за ней, Ольгой?
Вера Дмитриевна вдруг сникла, а в кухонной двери, чуть приоткрытой, маячила тень невестки. Ольга, услышав скандал, замерла с чашкой в руках, боясь пропустить хоть слово.
— Я просто думала… — Вера Дмитриевна ковыряла пальцем шаль, — вдруг у неё кто-то есть? То задерживается, то помаду сменила, юбки короче носит…
— Чепуха! — Виктор Иванович вскочил, натягивая пиджак с решимостью бойца. — Ольга — умница и хозяйка первоклассная. А ты, Вера, просто сплетница! Решила тут хозяйничать, но не в своём доме!
— Но мы же квартиру сдали… — прошептала она, опустив голову.
— Найдём выход! — свёкор уже брал ключи с тумбочки. — Сегодня же расторгаем договор. Мы уезжаем домой. Поняла? Не собираюсь я тут околачиваться под благовидным предлогом лечения, пока ты Ольгу на «грешки» проверяешь!
Вечером Вера Дмитриевна, облачённая в старый халат, с усердием терла полы. В этот момент раздался звонок — на экране высветилось имя невестки.
— Здравствуйте, Вера Дмитриевна! — прозвучало в трубке. — Я тут подумала: может, вам печень проверить? Записала вас на УЗИ.
— Не надо! — почти выкрикнула свекровь, спеша скрыть дрожь в голосе. — Печень у нас в идеале! И вообще… Давайте теперь просто встречаться по-семейному, как раньше. Без этих… без этих больничных заморочек.
Ольга, услышав смягчение в голосе Веры Дмитриевны, позволила себе еле заметную улыбку — ту самую, с которой гроссмейстер наблюдает за падением королевы на шахматной доске.
А за ужином, когда Гена, развалившись на стуле, тыкал вилкой в салат, она бросила небрежно:
— Кстати, может, съездим куда-нибудь? В Турцию или в Таиланд. Денег на отдых наберётся — родители твои оказались… экономичнее, чем я думала.
Муж недоумённо поднял бровь, а Ольга, помешивая чай, смотрела в окно, где за стеклом осенний ветер кружил листья, будто танцевал победный вальс.
Если захотите поделиться своими историями или мыслями — буду рада прочитать их в комментариях.
Большое спасибо за лайки 👍 и комментарии. Не забудьте ПОДПИСАТЬСЯ.
📖 Также читайте: