— Ты у нас хоть на год можешь поселиться! — Андрей стиснул сестру в объятиях так, что та шутливо застонала. — Правда, Натусь?
Наталья прислонилась к дверному косяку, наблюдая, как два огромных чемодана оккупируют пространство их небольшой прихожей. В горле пересохло от фальшивой улыбки.
— Конечно, — она кивнула. — Гостевая комната полностью в твоем распоряжении, Ира.
— Вы просто спасители, — Ирина отстранилась от брата и метнулась к Наталье, обдавая ее волной сладковатых духов. — Мне правда некуда было податься после этого кошмарного разрыва с Димой.
— Две недельки максимум, да? — уточнила Наталья, пряча вопрос за улыбкой.
— О, даже меньше, — Ирина взмахнула рукой с безупречным маникюром. — Как только найду приличный вариант съема, сразу испарюсь. Буду как мышка, обещаю!
Первая неделя действительно была почти безоблачной. Ирина оказалась идеальной гостьей — готовила ужин к их приходу, убиралась, рассказывала забавные истории о своих клиентах из салона красоты. Наталья иногда ловила себя на мысли, что её опасения были напрасными.
— Она потрясающая, — прошептал Андрей, когда они остались наедине в спальне. — Я так рад, что вы поладили.
— Да, — Наталья натянула одеяло до подбородка. — Она милая.
Но странное ощущение прохладной тревоги не отпускало. А утром, выходя из душа, Наталья заметила Ирину перед зеркалом в прихожей. Та примеряла серьги, которые Наталья обычно не доставала из шкатулки — подарок мамы на двадцатипятилетие.
— Ой, — Ирина вздрогнула, увидев её отражение. — Они такие изящные, не удержалась взглянуть. Сейчас как раз такой винтаж в моде.
— Ничего, — выдавила Наталья, ощущая укол раздражения. Эти серьги не были ни винтажными, ни модными — просто дорогими сердцу.
К середине второй недели Наталья заметила, что флакон её духов переместился ближе к краю полки, словно им активно пользовались. Дорогой увлажняющий крем испарялся с подозрительной скоростью. А Ирина сияла, как новенькая монетка.
— Ты что-нибудь нашла себе? — спросила Наталья, нарезая овощи для салата.
— В смысле? — Ирина выкладывала на тарелку тонкие ломтики сыра, демонстрируя безупречную геометрию.
— Жилье. Ты ведь ищешь квартиру, верно?
— А, это, — Ирина небрежно мотнула головой. — Какие сейчас цены, ты бы видела! И всё какие-то клоповники предлагают. Я хочу что-то приличное, знаешь, с хорошей энергетикой.
Андрей, расслышав их разговор, подошёл и приобнял сестру за плечи:
— Не гони коней. Найдёшь что-то достойное. А пока поживи с нами, у нас же не Хрущёвка в конце концов.
Наталья опустила взгляд и методично продолжила шинковать капусту. Нож стучал по доске с отчетливым ритмичным раздражением.
К исходу месяца вещи Ирины расползлись по квартире, как чернила по промокашке. Её яркие блузки теснили одежду Натальи в шкафу, её шампуни и бальзамы вытеснили хозяйские флаконы с полки в ванной, а в холодильнике появилась специальная полка под её белковые йогурты и смузи.
— Слушай, я завтра задержусь, — сказала Наталья мужу, когда они чистили зубы перед сном. — Увидимся с Леной после работы, давно не общались.
— Ничего страшного, — кивнул Андрей, сплёвывая пасту. — Мы с Иркой что-нибудь закажем на ужин.
"Мы с Иркой". Наталья почувствовала, как эта фраза проскребла что-то неприятное внутри. Будто их дом перестраивался в новую конфигурацию: Андрей и Ирина — по одну сторону, она — по другую.
— Да брось ты, — Лена отхлебнула капучино и скептически посмотрела на подругу. — Родственники мужа — это святое. Особенно сёстры. Я вот со своей свекровью билась-билась, а потом смирилась.
— Я не воюю, — Наталья покрутила чашку в руках. — Просто это затягивается. У меня такое странное чувство, будто она не просто живёт у нас, а... метит территорию.
— Например?
— Она всё чаще заходит в нашу спальню. То зарядку ищет, то якобы телефон там оставила. Она даже на моё кресло за обеденным столом пересела в какой-то момент — и теперь это её место.
— Слушай, — Лена улыбнулась с лёгкой снисходительностью, — девчонка только что рассталась с парнем. Ей нужно внимание и поддержка. Может, она просто пытается почувствовать себя частью вашей семьи?
Вернувшись домой, Наталья застыла на пороге гостиной. На диване, закинув ноги на журнальный столик, сидела Ирина с ноутбуком Натальи на коленях.
— Ой, — улыбнулась та, не отрываясь от экрана. — Свой забыла зарядить, твой был ближе. Тебе срочно?
Наталья почувствовала, как что-то сжимается внутри. В ноутбуке были все её учебные материалы, личные письма, банковский кабинет.
— Предпочитаю, чтобы меня спрашивали, прежде чем брать мои вещи, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Да ладно тебе эти формальности, — Ирина сделала отмахивающийся жест с таким видом, будто они лучшие подруги. — Андрюша сказал, что ты не будешь против.
Наталья потеряла дар речи. Оказывается, её муж раздавал разрешения на пользование её личными вещами. Словно её мнение ничего не значило.
— Кстати, где он?
— За пивом вышел, — Ирина наконец подняла глаза. — Слушай, я тут подумала... может, мне у вас до весны остаться? Зимой с переездами такая морока.
Наталья почувствовала, как холодные мурашки пробежали вдоль позвоночника.
— До весны? Это ещё пять месяцев, Ира.
— Ну да, — беспечно кивнула та. — Андрей сказал, что это не проблема.
Наталья перебирала блузки в шкафу, когда услышала хлопок входной двери. Андрей вернулся с пивом и чипсами.
— Нам нужно поговорить, — сказала она, выходя в коридор.
Андрей поставил пакет на тумбочку и вопросительно поднял брови:
— Что-то случилось?
— Твоя сестра только что заявила, что планирует жить у нас до весны.
— И? — он начал выкладывать бутылки, как будто это был самый обычный разговор.
— И ты, оказывается, уже одобрил это решение, не посоветовавшись со мной, — Наталья скрестила руки на груди, чувствуя, как внутри закипает раздражение.
— Да ладно тебе эти церемонии, — Андрей пожал плечами. — Какая разница? У нас просторная квартира. Она же не мешает.
— Мешает, — Наталья понизила голос, услышав, как Ирина выходит из ванной. — Она берет мои вещи без спроса. Роется в моем столе. Я даже в собственной спальне не могу расслабиться.
— По-моему, ты драматизируешь, — отмахнулся Андрей. — Она просто... домашняя. Привыкла так себя вести.
— Нет, Андрей. Я всё понимаю — она твоя сестра, ей нужна помощь. Но мы с тобой — семья. Это наш дом. Я не могу вечно жить с твоей сестрой под одной крышей.
Лицо Андрея исказилось, на нём проступило незнакомое Наталье выражение — смесь упрямства и раздражения:
— Она переживает непростой период. Неужели так сложно проявить немного терпения?
— Я и так терплю, — возразила Наталья, стараясь говорить спокойно. — Я не могу расслабиться даже в собственной спальне. У нас больше нет личного пространства.
— Моя сестра будет жить здесь столько, сколько захочет, — отрезал Андрей, с силой захлопывая дверцу холодильника. — Это моя квартира тоже.
Это прозвучало как пощёчина. Наталья отшатнулась, не узнавая мужа. Эти жесткие нотки, это холодное пренебрежение. Она молча развернулась и ушла в спальню.
Наталья с трудом сосредотачивалась на лекциях. Студенты заметили её состояние, но она отделалась шуткой про недосып. Вечером она задержалась в пустой аудитории, искусственно затягивая проверку тестов. Домой не хотелось.
Телефон завибрировал — сообщение от Андрея: "Мы с Иркой идём в кино, разогрей ужин в микроволновке."
"Мы с Иркой" — и снова эта фраза. Наталья швырнула телефон в сумку и резко задвинула ящик стола. Металл звякнул о металл — неприятный, резкий звук.
Дома было прохладно и непривычно пусто. Наталья включила свет, прошла на кухню и открыла холодильник. На полке — тарелка с ужином, накрытая пищевой плёнкой. На плёнке розовый стикер с нарисованным сердечком. Маленький жест примирения от Андрея.
Разогревая еду, она вспомнила про счёт за интернет, который собиралась оплатить. Открыла ящик стола, достала кошелёк и замерла — не хватало купюры. Странно, она точно помнила, что вчера сняла деньги в банкомате.
Пересчитала ещё раз — точно, не хватает. И ведь это уже не первый раз, когда кошелёк становится легче, чем должен быть. Раньше она списывала на рассеянность — мало ли, могла потратить и забыть.
Она прошла в комнату Ирины. Ничего не трогая, просто осмотрелась. На туалетном столике — новые помады люксовых брендов, которых раньше не было. Серебряный браслет, очень похожий на тот, что Наталья видела в ювелирном. И совсем маленькая деталь — тюбик блеска для губ. Такой же, как у Натальи в косметичке.
— Слушай, у тебя не пропадают деньги? — спросила Наталья у Андрея, когда он вернулся из кино.
— В смысле? — он стянул куртку и бросил на спинку дивана.
— Просто деньги. Из бумажника, из карманов.
— Нет, — он усмехнулся. — А должны? Что за паранойя?
— У меня пропали, — сказала Наталья. — И это уже не первый раз.
Андрей закатил глаза:
— Может, ты потратила и забыла? Со мной такое постоянно.
— Я веду учёт расходов, Андрей.
— И что, ты думаешь, что моя сестра ворует у тебя деньги? — лицо мужа стало жёстким. — Это уже перебор.
Ирина вышла из ванной, вытирая полотенцем влажные волосы. Заметив напряжение между ними, она улыбнулась:
— Всё в порядке?
— Да, — холодно ответила Наталья. — Просто обсуждаем семейный бюджет.
Ирина кивнула и скользнула в свою комнату. На её запястье блеснул новенький серебряный браслет.
В выходные Наталья затеяла генеральную уборку — отчасти, чтобы выплеснуть негативную энергию. Протирая пыль под диваном, она заметила смятый чек. Распрямила его — парфюмерный магазин, духи и увлажняющий крем. Те самые марки, что появились у Ирины. Дата — позавчера.
Она медленно опустилась на диван, разглаживая чек на коленях. Сумма там стояла такая, что на неё точно не потянула бы девушка, якобы "оставшаяся без работы" и "ищущая жильё".
За окном зашумели шины — Андрей припарковался у дома. Наталья спрятала чек в карман джинсов и вернулась к уборке. В голове уже формировался чёткий план.
Понедельник начался с обычной суеты. Наталья собиралась на работу, Андрей — в офис, а Ирина осталась дома, сославшись на собеседование после обеда.
— Чёрт, забыла папку с тестами, — сказала Наталья, хлопнув себя по лбу. — Вернусь через полчаса и поеду сразу в колледж.
Она демонстративно уехала, но, завернув за угол, припарковалась и выждала десять минут. Убедившись, что Андрей тоже уехал, она тихо вернулась к дому. Бесшумно открыла дверь своими ключами и замерла в прихожей, прислушиваясь.
Из спальни доносились приглушённые звуки — Ирина явно что-то искала. Наталья достала телефон, включила камеру и беззвучно двинулась по коридору.
Дверь в спальню была приоткрыта. Наталья заглянула внутрь и увидела невестку, копающуюся в ящике её туалетного столика. Наталья сумка лежала на кровати, кошелёк был открыт.
Не выдавая своего присутствия, Наталья начала снимать. Ирина достала из кошелька несколько купюр, быстро пересчитала и сунула в задний карман джинсов. Затем переключила внимание на шкатулку с украшениями.
Странно, но Наталья не чувствовала шока или гнева — только ледяное спокойствие и ясность. Ирина примерила серьги — те самые, мамин подарок — и повернулась к зеркалу. В этот момент она заметила отражение Натальи в дверном проёме.
Ирина застыла, серьги молниеносно вернулись в шкатулку.
— Я просто... — она запнулась. — Я думала примерить, ты бы разрешила...
— Продолжай, — сказала Наталья, не опуская телефон. — Я внимательно слушаю.
— Это не то, что ты думаешь, — выпалила Ирина, судорожно запихивая купюры обратно в кошелёк. — Я хотела посмотреть, сколько у тебя с собой, чтобы... сделать сюрприз.
— Вот как, — кивнула Наталья. — И для этого надо было дождаться, пока никого нет дома.
— Послушай, — Ирина шагнула к ней, изображая искренность. — Давай не будем раздувать из мухи слона. Я всё верну. Только не говори Андрею, ладно? Он не поймёт.
— А что именно ты вернёшь, Ира? — Наталья продолжала снимать. — Деньги из моего кошелька? Или духи, которые ты купила на мои деньги? Или, может, браслет из ювелирного?
Лицо Ирины исказилось:
— Он всё равно не поверит тебе. Я его сестра.
— Знаешь, — Наталья убрала телефон в карман, — мне даже интересно проверить, насколько ты в этом уверена.
Вечером Наталья приготовила ужин — впервые за последние недели. Она сервировала стол, зажгла свечи, как в их первую годовщину. Андрей был приятно удивлён.
— У нас какой-то особенный вечер? — спросил он, целуя её в щёку.
— В некотором роде, — Наталья разлила вино по бокалам. — Сегодня я многое переосмыслила.
Ирина сидела напряжённая, едва притрагиваясь к еде. Она не понимала, что задумала Наталья, но явно ожидала худшего.
Когда с основным блюдом было покончено, Наталья достала телефон:
— Андрей, есть кое-что, что тебе стоит увидеть.
— Если это опять про мою сестру... — начал он с явным раздражением.
— Думаю, тебе лучше посмотреть самому, — Наталья положила телефон перед ним и включила видео.
Ирина дёрнулась:
— Это монтаж! Она всё подстроила!
Андрей молчал. Он смотрел, как его сестра обшаривает сумку его жены, как достаёт деньги, как примеряет украшения. Его лицо постепенно каменело. Когда запись закончилась, между ними повисла звенящая пауза.
— Это не то, что ты думаешь! — выпалила Ирина, вскакивая. — Она разрешила мне брать её вещи!
— Она разрешила брать деньги из кошелька? — тихо спросил Андрей. — Копаться в её сумке, когда никого нет дома?
— Я могу объяснить...
— А мне вот любопытно, — прервала Наталья, — как ты объяснишь вот это? — она выложила на стол найденный чек. — И браслет, который, как ни странно, появился у тебя сразу после того, как у меня стали пропадать деньги.
Ирина побледнела. Андрей взял чек, изучил его, потом снова посмотрел на сестру:
— Ты воровала у моей жены? У нас?
— Я просто... одолжила, — выдавила Ирина, и её глаза наполнились слезами. — Я собиралась вернуть...
— И сколько ещё ты "одолжила"? — голос Андрея стал ледяным. — И как давно это происходит?
Ирина молчала, слёзы катились по её щекам.
— Собирай вещи, — сказал Андрей, поднимаясь из-за стола. — Сейчас же.
— Куда я пойду? У меня никого нет! — всхлипнула Ирина.
— Ты же искала квартиру всё это время, разве нет? — холодно произнесла Наталья. — Наверняка что-то присмотрела. А если нет, всегда есть хостелы.
Когда дверь за Ириной захлопнулась, в квартире стало непривычно просторно и пусто. Наталья молча собирала посуду со стола. Андрей сидел, уставившись в одну точку.
— Прости, — пробормотал он наконец. — Я должен был прислушаться к тебе раньше.
Наталья ничего не ответила. Обида и разочарование ещё не отпустили.
Прошла неделя. Они почти не разговаривали — только о бытовых мелочах. Однажды вечером Андрей вернулся с работы с букетом её любимых лилий.
— Я вёл себя как последний идиот, — сказал он, протягивая цветы. — Ты — моя настоящая семья, а я этого не ценил.
Наталья приняла букет, но не спешила с прощением:
— Ты позволил ей вытеснить меня из нашего дома. Из нашей жизни.
— Знаю, — Андрей опустил голову. — Я всегда был слишком мягок с ней. Родители с детства вбили мне в голову: "ты старший, ты должен уступать". И я продолжал уступать, когда следовало провести черту.
Наталья поставила цветы в вазу, наполнила её водой:
— Я не прошу тебя отречься от сестры. Но я хочу, чтобы наш дом оставался прежде всего нашим.
— Так и будет, обещаю, — кивнул Андрей. — У нас всё получится.
Они сели рядом на диван — не касаясь друг друга, но и не отстраняясь. Смотрели друг на друга, словно заново знакомясь.
— Нам о многом нужно поговорить, — сказала наконец Наталья.
— Я готов, — кивнул он. — С полной откровенностью.
Субботним утром Наталья стояла у окна с чашкой кофе, вдыхая свежесть. Воздух в квартире пах лимоном — вчера они с Андреем провели генеральную уборку. Казалось, что дом снова стал их крепостью.
Её личные вещи вернулись на свои места, и впервые за долгое время она чувствовала себя хозяйкой в каждом уголке.
Андрей вошёл в кухню, подошёл сзади, осторожно обнял за плечи. Она не отодвинулась. Его прикосновение было бережным, словно он боялся спугнуть заново обретённое доверие.
— Есть планы на сегодня? — спросил он.
— Никаких, — улыбнулась Наталья, повернувшись к нему. — Полная свобода.
Читайте от меня:
Спасибо за прочтение, мои дорогие!
Подписывайтесь и пишите как вам моя история! С вами Лера!