Однажды нашему экипажному доктору Айболиту — Саше — понадобилась женщина. Сильно. Очень! Получив денежное довольствие перед отпуском, он по традиции аккуратно поделил пачку поровну: одну половину запихнул в левый карман тужурки — «на людей, которым так необходимы его любовь и помощь», то есть на женщин. Вторую — в правый карман, чтоб положить на сберкнижку. Предстоящее отбытие он отметил в единственном ресторане в Гремихе, «Промежности» между двух общежитий и уже был порядком навеселе. Тем одержимей стало его намерение.
В ресторации склеить никого не удалось, и он отправился на охоту. Искал её повсюду: возле ДОФа, между домов по ул. Соловья, на Бессонова подняться не смог, у рубки «С-51» побродил. Не находил, блуждая по пустеющей местности. А женщина была нужна и желанна — всё из-за картинки в журнале, где люди… в такой, в такой позе…
Моряка, как известно, человеком называют раз в жизни — когда он за бортом. А тут Сане ох, как захотелось тоже стать человеком. Хоть ненадолго…
Наконец, он нашёл её. Она стояла у насосной станции, печально пытаясь разглядеть в бутылке из-под портвейна хоть каплю.
— Пошли! — велел Пилюлькин.
— Да пошёл ты…! — беззлобно буркнула она.
Тогда он расстегнул тужурку и показал «железное сердце» — заветную шильницу с барельефом Просянкина, специально припасённую для таких случаев.
И она пошла за ним — синхронно, нетвёрдой походкой — в такт, как нитка за иголкой.
Ввиду отсутствия уже уехавшего в отпуск химика, с которым делил каюту на плавказарме ПКЗ-17 он, не мудрствуя лукаво, повёл её прямо туда.
— Раздевайся! — скомандовал Айболит.
— Зачем? — засмеялась она, задрав юбку. Под ней оказались только чулочки на резинках.
— Не так! — досадливо скривился он. — Совсем!
— Холодно! — она зябко повела плечами.
Тогда он угостил её шилом и окурком «Мальборо». Она разделась. Делов-то…
Саня достал из-под матраса заветный журнал:
— Вот так станешь!
— Не смогу, — примерившись, ответила она. — Давай по-нашему, как все.
Он упёрся. Ни в какую!
— Смотри: ты так нагибаешься, а я вот так… Как те, на картинке!
Не выходило.
— Другой картинки нет? — устало спросила она.
— Нет… — потухшим голосом пробормотал Саня. Его уже развезло. Заплакал. Рушилась мечта…
Тогда она погладила его по голове, потом по плечам, ниже, ещё ниже… Потянула на себя.
И получилось.
После они лежали рядом, её голова — на его руке.
— Не надо картинок, — шептала она. — Они из прожитой жизни…
Потом они уснули, от их голов шёл пар.
И…
Не уверен, но кажется, они были счастливы. Даже видели сны.
Вы прочитали отрывок из моей книги «Ниже ватерлинии».
---------------------------------
Всегда Ваш, Борис Седых)))
Подписывайтесь на канал! Становитесь друзьями нашей творческой команды!
Вступайте в ВК сообщество Записки подводника