— Игнатьев, — Стрельцов сжал телефон до хруста пластика. — Как ты меня нашел?
— Брось, Саня. В этом городе у меня глаза и уши повсюду, — хриплый голос "Седого" звучал почти дружелюбно. — Рябинин сказал, ты устроил цирк в управлении. Зачем?
Стрельцов молчал, лихорадочно соображая. Если Игнатьев знает, где он, значит, гараж больше не безопасен.
— Я хочу предложить тебе сделку, — продолжил Игнатьев. — Сейчас к тебе едет Левичев. Он предложит тебе защиту в обмен на флешку. Не верь ему.
— Почему это?
— Потому что именно он убил Кравцова и Караваева. Именно он — тот, кто зачищает «Семерку».
Стрельцов переглянулся с Аленой. Ее лицо побледнело, но взгляд оставался твердым. Она включила диктофон на своем телефоне и кивнула.
— С чего мне верить тебе, а не ему? — спросил Стрельцов, давая Игнатьеву возможность выговориться.
— Потому что я предлагаю тебе правду, Саня. Пять лет назад мы действительно провернули дельце. Два миллиона и героин исчезли из хранилища улик. Рябинин организовал, я обеспечил прикрытие, Левичев замел следы, а стрелочником сделали тебя.
— И Кравцов с Караваевым?
— Кравцов держал деньги, Караваев их отмывал. Еще были двое — Соколов, который сейчас сидит в «крытой» за другое дело, и Томин, который умер от инфаркта три года назад. Семь человек. Семерка.
— И зачем теперь кому-то убивать всех?
Игнатьев усмехнулся, Стрельцов услышал это даже по телефону.
— Потому что деньги пропали, Саня. Два миллиона. Месяц назад кто-то взломал сейф у Кравцова. А там была не только наличка, но и документы — те самые, что на флешке у твоей журналистки. Доказательства против всех нас.
Стрельцов прикрыл глаза. Картина начинала складываться.
— И ты думаешь, что это Левичев?
— Кто же еще? Он единственный, кто сейчас рвется в начальство. Карьеру делает, в политику собирается. А с такими скелетами в шкафу далеко не уедешь. Вот и решил зачистить всех, кто знает. Кравцова, Караваева... Рябинина собирался подставить. Меня — устранить. Тебя — добить.
— А флешка?
— Она мне не нужна. Пусть твоя девочка пустит ее в ход — мне только на руку, если Левичев и Рябинин сядут. А я исчезну. Мне хватит и тех денег, что уже есть.
Стрельцов замолчал, обдумывая услышанное. Это звучало логично. Даже слишком.
— И ты звонишь мне просто из благородства?
Игнатьев рассмеялся — хрипло, с присвистом.
— Нет, Саня. Из чувства справедливости. Ты один из нас, кто не брал денег. Единственный честный. Не хочу, чтобы ты погиб из-за чужих грехов.
— Откуда такая забота?
— Ты забыл, кто вытащил тебя с того склада десять лет назад? Кто прикрыл, когда ты пристрелил Косого на задержании? Я всегда ценил настоящих ментов, Саня. Даже если сам давно перешел черту.
Стрельцов вспомнил. Да, было дело. Игнатьев, тогда еще капитан СОБРа, спас ему жизнь в перестрелке. И после прикрывал не раз.
— Левичев будет у тебя через десять минут, — продолжил Игнатьев. — Он придет один, но на подстраховке будут его люди. Как только получит флешку — тебе конец. И девчонке тоже.
— Что ты предлагаешь?
— У тебя в гараже, в правом углу под половицей, должен быть тайник. Там старый «Макаров» и патроны. Подготовься. И, Саня... Не верь никому.
Игнатьев повесил трубку. Стрельцов медленно опустил телефон и посмотрел на Алену.
— Ты записала?
— Каждое слово, — она кивнула. — Думаешь, он говорит правду?
— Не знаю, — Стрельцов нахмурился. — Но проверить стоит.
Он отодвинул половицу в правом углу. Там действительно был тайник — и пистолет с патронами, о котором Стрельцов давно забыл. Откуда Игнатьев знал о нем?
— Что будем делать? — спросила Алена, наблюдая, как Стрельцов проверяет оружие.
— Подготовимся. И узнаем, кто из них лжет.
***
Левичев приехал ровно через десять минут, как и предсказывал Игнатьев. Один. Вошел в гараж настороженно, оглядываясь.
— Саня? — позвал он, щурясь в полумраке.
— Я здесь, — Стрельцов вышел из тени, держа пистолет наготове. — Один?
— Да, — Левичев поднял руки. — Ты что, не доверяешь мне?
— После того, что рассказал Рябинин? Не особо.
Левичев тяжело вздохнул и опустился на ящик.
— Он сказал, что я был в доле? Что ж, это правда. Я действительно участвовал в той схеме пять лет назад. И деньги взял.
Стрельцов почувствовал, как что-то оборвалось внутри. Левичев — его напарник, друг, человек, которому он доверял больше всех — признавался в предательстве.
— Почему, Лева?
Левичев потер лицо.
— Потому что я слабак, Саня. У меня была ипотека, больная мать, проблемы с женой... А тут Рябинин предложил легкие деньги. Сказал, никто не пострадает. Просто изъять часть денег и героина из особо крупной партии. Никто бы не заметил.
— Но меня подставили.
— Это не я, клянусь! — Левичев подался вперед. — Это Рябинин. Он всё организовал. Сказал, что ты не возьмешь денег, но и не сдашь нас, если узнаешь. А потом тебя уволили... Я хотел рассказать, правда. Но испугался.
Стрельцов усмехнулся.
— И теперь ты убиваешь всех, кто знал о деле? Заметаешь следы?
— Что?! — Левичев вскочил. — Ты рехнулся? Я никого не убивал!
— А кто тогда?
— Игнатьев! — выпалил Левичев. — Это он всех убирает. Деньги пропали из сейфа Кравцова месяц назад. Игнатьев думает, что кто-то из нас их взял. Вот и начал всех подозревать. А потом решил просто избавиться от всех свидетелей.
Стрельцов опустил пистолет. Две версии, две правды. Кому верить?
— Я знаю, как доказать, — вдруг сказал Левичев. — У меня есть копия видеозаписи с камеры возле дома Кравцова в ночь убийства. Там виден человек, похожий на Игнатьева. Я могу показать.
Он потянулся к внутреннему карману. Стрельцов напрягся, но Левичев достал только телефон.
— Смотри, — он включил видео.
На размытой ночной записи действительно можно было различить фигуру, похожую на Игнатьева — тот же рост, походка, даже характерный жест, которым он поправлял воротник.
— Это не стопроцентное доказательство, — заметил Стрельцов. — Но убедительно.
— Саня, я виноват перед тобой, — Левичев опустил голову. — Я испортил тебе жизнь своим молчанием. Но сейчас я хочу всё исправить. Давай вместе прижмем Игнатьева и Рябинина. У меня есть связи в Следственном комитете. И если у тебя действительно есть эта флешка...
Стрельцов посмотрел на Алену, молча наблюдавшую за разговором из угла гаража. Она едва заметно кивнула.
— Есть одна проблема, Лева, — медленно сказал Стрельцов. — Игнатьев только что звонил мне. Он сказал то же самое про тебя. Что это ты убиваешь всех.
Левичев побледнел.
— Он лжет! Это он... — вдруг он осекся. — Подожди. Игнатьев знает, где ты?
Стрельцов кивнул.
— Тогда нам надо уходить. Немедленно! — Левичев бросился к двери. — Он наверняка уже выслал людей!
В этот момент снаружи раздался визг тормозов. Левичев выглянул в щель и отпрянул.
— Поздно. Они здесь.
***
Всё произошло стремительно. Двое в масках ворвались в гараж, стреляя на ходу. Стрельцов успел оттолкнуть Алену за старый шкаф и открыл ответный огонь. Левичев тоже выхватил пистолет.
Пули свистели в тесном пространстве, рикошетя от металлических поверхностей. Один из нападавших упал, раненый выстрелом Левичева. Второй отступил к двери.
— Прикрой! — крикнул Стрельцов и бросился к раненому.
Сорвав маску, он увидел незнакомое лицо. Профессиональный киллер, судя по всему. Не из полиции.
— Кто послал? — Стрельцов прижал пистолет к его виску.
— Пошел ты, — выплюнул раненый и потерял сознание.
Снаружи раздались новые выстрелы. Стрельцов выглянул в окно и увидел, как Левичев перестреливается с кем-то. Потом появилась еще одна фигура — высокая, с седой головой. Игнатьев.
— Это конец, Левичев! — крикнул он. — Сдавайся!
— Сам сдавайся, мразь! — ответил Левичев, прячась за машиной.
Стрельцов понял — это шанс. Он кивнул Алене на запасной выход — маленькую дверь в задней части гаража, ведущую к забору.
— Уходи. Сейчас же.
— А ты?
— У меня остались вопросы к этим двоим.
Алена покачала головой.
— Я не оставлю тебя!
— Уходи! — Стрельцов почти толкнул ее к двери. — Ты нужна, чтобы рассказать правду. У тебя диктофонные записи, флешка, все доказательства. Без тебя всё бессмысленно!
Она смотрела на него секунду, потом решительно кивнула.
— Я вернусь за тобой. С полицией.
— Только не с Рябининым, — усмехнулся Стрельцов.
Когда Алена скрылась, Стрельцов выдохнул. Пора заканчивать эту историю. Он перезарядил пистолет и вышел через главную дверь, держа оружие наготове.
— Игнатьев! Левичев! — крикнул он. — Хватит стрелять! Давайте поговорим!
Наступила тишина. Затем из-за машины медленно поднялся Игнатьев, держа пистолет в опущенной руке.
— А где твой дружок? — спросил Стрельцов.
— Сбежал, — Игнатьев сплюнул. — Как всегда. Левичев всегда был трусом.
— Кто из вас убил Кравцова и Караваева?
Игнатьев покачал головой.
— Я же сказал тебе, Саня. Это Левичев. Он хотел избавиться от всех свидетелей.
— А флешка?
— На ней компромат на всех нас. Записи, документы, доказательства сделки. Кравцов страховался, — Игнатьев устало прислонился к машине. — Он всегда был хитрым сукиным сыном.
Стрельцов не опускал пистолет. Что-то не сходилось в рассказах обоих. Левичев обвинял Игнатьева, Игнатьев — Левичева. А правда, как всегда, была где-то посередине. Или совсем в другом месте.
— Знаешь, что странно? — медленно произнес Стрельцов. — Ни ты, ни Левичев так и не спросили, где журналистка. Где флешка. Вам это неважно?
Игнатьев усмехнулся, обнажив пожелтевшие зубы.
— Потому что это уже не важно, Саня. Девчонка наверняка скопировала данные. А твой дружок Левичев наверняка уже мчится к Рябинину, чтобы успеть первым состряпать версию.
— И что теперь?
— Теперь я исчезаю, — пожал плечами Игнатьев. — В моём возрасте и с моими деньгами лучше доживать где-нибудь в тихом месте. Бразилия, может быть. Или Таиланд.
— А как же правосудие? — Стрельцов сделал шаг ближе.
— Правосудие? — Игнатьев горько рассмеялся. — Ты всё ещё веришь в сказки, Саня? После всего, что с тобой сделали?
В этот момент вдалеке раздались сирены. Игнатьев напрягся.
— Пора прощаться, — он кивнул на машину, стоявшую в стороне. — Уходи, Саня. Пока не стало слишком поздно. Я задержу их.
— Зачем тебе это?
Игнатьев посмотрел на него долгим взглядом.
— Может, в качестве извинения? За то, что не остановил их пять лет назад. За то, что позволил им сломать тебе жизнь. Иногда даже такие, как я, чувствуют вину.
Стрельцов колебался. Сирены приближались.
— Иди, — повторил Игнатьев. — Живи, Саня. Ты это заслужил.
Два месяца спустя Стрельцов сидел на веранде загородного дома и листал газету. На третьей странице была статья Алёны Вершининой — громкое расследование о коррупции в правоохранительных органах. Имена, факты, документы — всё, что было на той флешке, плюс показания свидетелей, которых она нашла позже.
Результат превзошёл все ожидания. Рябинина не просто уволили — завели уголовное дело. Он сдал всех, пытаясь выторговать себе меньший срок. Левичев, как ни странно, сам инициировал внутреннюю проверку, предоставив дополнительные доказательства. Теперь он сотрудничал со следствием в обмен на смягчение наказания.
А вот Игнатьева так и не нашли. В ту ночь, когда приехала полиция, он исчез. Растворился, как умеют растворяться люди его склада. Впрочем, Стрельцов догадывался, что он уже где-нибудь на пляже в Южной Америке потягивает коктейль и щурится на закат.
Телефон завибрировал. СМС от Алёны: "Включи новости".
Стрельцов зашёл в приложение на телефоне. Экстренный выпуск: "В Таиланде обнаружено тело российского бизнесмена Игнатьева. По предварительным данным — самоубийство".
Стрельцов выключил телефон и откинулся на стуле. Он не верил в самоубийство. Игнатьев был не из тех, кто стреляет себе в голову. Скорее всего, его нашли — те, кто не хотел, чтобы он заговорил. Или Левичев подстраховался. Или Рябинин. Или кто-то ещё из той "Семёрки".
Правда так и осталась размытой, как и всегда бывает в реальной жизни. Не было чёрного и белого — только бесконечные оттенки серого.
Алёна уехала из города через неделю после публикации. Сказала, что ей предложили работу в федеральном издании. Но Стрельцов знал правду — ей угрожали. Слишком многих она задела своим расследованием. Они попрощались на вокзале — неловко, как люди, пережившие вместе что-то важное, но не ставшие по-настоящему близкими.
"Береги себя," — сказала она, целуя его в щёку. "Ты хороший человек, Саша."
Он не чувствовал себя хорошим человеком. Он чувствовал пустоту. Справедливость восторжествовала — отчасти. Виновные наказаны — некоторые. Но легче не стало.
Зазвонил телефон.
— Стрельцов, — ответил он машинально.
— Александр Викторович? — незнакомый мужской голос. — Полковник Громов, Следственный комитет. Нам рекомендовали вас как консультанта по особо сложным делам. Есть интересное предложение.
Стрельцов помолчал. Внештатный консультант. Не то, к чему он стремился всю жизнь. Но лучше, чем пить пиво перед телевизором и ненавидеть весь мир.
— Я слушаю, — сказал он.
***
Прошло полгода. Стрельцов, задумчиво потерев подбородок, стоял у окна — за стеклом тихо падал снег и медленно гасли огни города. Вот он – его новый кабинет в здании Следственного комитета. Всё по-настоящему, даже табличка на двери сверкает фамилией. И всё-таки... что за диковинная должность такая: внештатный консультант? Ни сотрудник, ни чужой. То ли свой, то ли гость. Сам себе загадка.
Ни погон, ни настоящей власти. Но уважение и свобода действий. И возможность делать то, что он умел лучше всего — распутывать сложные дела.
Он изменился за это время. Стал более сдержанным, более осторожным. Научился не доверять словам, только фактам. Но вместе с тем научился снова верить в людей — выборочно, осторожно, но верить.
Телефон на столе зазвонил.
— Стрельцов, у нас новое дело, — голос Громова звучал взволнованно. — Похоже на серийного убийцу. Три жертвы за месяц. И странная метка на телах — песочные часы.
Стрельцов замер. Песочные часы. Как на руке Кравцова.
— Высылайте материалы, — сказал он, чувствуя, как внутри снова просыпается азарт охотника. — Я выезжаю.
Повесив трубку, он посмотрел на фотографию в рамке на столе — он и Алёна на фоне редакции её нового издания. Она приезжала месяц назад, они говорили о прошлом, о настоящем, о том, что могло бы быть, но не случилось. Возможно, ещё случится — кто знает?
Стрельцов улыбнулся и накинул пиджак. Прошлое никогда не отпускает полностью. Старые долги всегда возвращаются — так или иначе. Но теперь он был готов. Готов встретить их лицом к лицу, с открытыми глазами и ясным умом.
В конце концов, справедливость — это не событие, а процесс. И он только начинался.
Предыдущие части:
Всех благодарю, дорогие читатели, за комментарии и лайки!🙏💖 Не забывайте подписываться на канал!✍
Заходите на другой канал. Там тоже много интересного, истории о семейных конфликтах, о любви, о смысле жизни. Кликайте👉 канал.