Маша проснулась от звука ключей в замке. Пять утра. Игорь возвращался с ночной смены, как обычно усталый, с помятым лицом и запахом табака на куртке.
— Привет, — буркнул он, даже не глянув в её сторону.
— Привет, — ответила она тихо, наблюдая, как он стягивает ботинки и швыряет их к порогу.
Игорь прошёл на кухню, плеснул себе воды из крана прямо в ладони, умылся. Потом достал из холодильника остатки борща и поставил разогреваться.
Маша села на краешек кровати, натянула халат.
— Как дела на работе? — спросила осторожно.
— Нормально, — он говорил, не оборачиваясь. — Опять эти идиоты не справились с заказом. Пришлось до утра разгребать.
Она кивнула, хотя он этого не видел. За восемнадцать лет брака таких диалогов было тысячи. Он приходил, ел, спал, уходил снова. Словно жили два соседа в коммуналке, а не муж с женой.
Микроволновка пискнула. Игорь достал тарелку, сел за стол, начал есть молча.
— Может, днём прогуляемся? — предложила Маша. — Погода хорошая обещают.
— Спать буду, — буркнул он. — Устал.
Конечно. Всегда уставший. Маша вздохнула, встала, пошла готовить ему свежий чай. За окном уже светало, где-то чирикали воробьи. Такое утро бывает только весной — свежее, полное обещаний. Хотелось выйти на улицу, вдохнуть этот воздух, посидеть на скамейке в парке. Но не с ним.
— Чай готов, — сказала она, ставя кружку рядом с его тарелкой.
— Спасибо.
Он доел, встал, пошёл в ванную. Слышно было, как льётся вода, как он чистит зубы. Потом вернулся, разделся, лёг на свою половину кровати.
— Разбуди меня к трём, — буркнул, отвернувшись к стене.
Через пять минут он уже храпел.
Маша стояла у окна, держа в руках тёплую кружку с остывающим чаем. За стеклом мир просыпался: кто-то выгуливал собаку, женщина в спортивном костюме бежала трусцой, пенсионер поливал клумбу возле подъезда. Жизнь. А её словно и не было в этой жизни. Она существовала где-то между его сменами, между стиркой и готовкой, между his сном и его уходом на работу.
Часы показывали половину седьмого. Маша тихо оделась и вышла из квартиры. Хотелось дойти до булочной, купить свежего хлеба, может быть, пирожное к чаю. Простые радости, которые раньше казались само собой разумеющимися.
В булочной было тепло и пахло сдобой. Продавщица, пожилая тётенька с добрым лицом, улыбнулась ей.
— Доброе утро, дорогая. Что будем брать?
— Буханку чёрного, пожалуйста. И вот это пирожное, — Маша показала на эклер в витрине.
— Себе балуете? — подмигнула продавщица. — Правильно. Жизнь коротка, надо радоваться мелочам.
Маша улыбнулась в ответ. Этих пятнадцати минут общения с незнакомым человеком ей хватило, чтобы почувствовать себя человеком, а не призраком в собственном доме.
Дома Игорь всё ещё спал. Маша села за кухонный стол, заварила себе свежий чай, отрезала кусочек хлеба, намазала его маслом. Эклер оставила на потом. Тишина была какой-то звенящей.
Телефон зазвонил около десяти. На экране высветился номер соседки Анны Петровны.
— Маша, дорогая, — тревожным голосом заговорила соседка. — Ты не знаешь, что там у вас за шум был вчера вечером? Я слышала голоса, музыку...
— Музыку? — переспросила Маша, нахмурившись. — Какую музыку? Игорь вчера на работе был до утра.
— Ну, не знаю... — замялась Анна Петровна. — Может, телевизор громко работал. Или радио. Просто необычно было слышать.
— Хорошо, я разберусь, — пообещала Маша, хотя понимала: разбираться не с чем. Игорь ушёл на работу вчера в семь вечера, а она всю ночь смотрела сериал на низкой громкости и в одиннадцать легла спать.
После разговора с соседкой стало как-то неспокойно. Маша бродила по квартире, пытаясь найти что-то необычное. Всё было на своих местах. На кухне — порядок, в гостиной тоже. Она зашла в спальню, где спал Игорь. Он лежал, раскинувшись на всю кровать, дышал ровно.
Вдруг заметила на полу у его тумбочки небольшую серёжку. Серебряную, с красным камешком. Не её точно. Маша подняла серёжку, покрутила в пальцах. Где он мог её подцепить? На работе? Но там же одни мужики работают...
— Игорь, — тихо позвала она. — Игорь, проснись.
Он заворчал что-то, повернулся на другой бок.
— Игорь! — громче.
— Что? — он приоткрыл глаза, недовольно посмотрел на неё. — Какого чёрта будишь? Я же сказал — к трём.
— Откуда эта серёжка? — Маша протянула ему находку.
Игорь сел на кровати, протёр глаза. Взял серёжку, рассмотрел.
— Не знаю, — сказал равнодушно. — Откуда ей тут взяться?
— Именно это я и спрашиваю.
— Ну, может, твоя. Потеряла когда-то.
— Моя? — Маша хмыкнула. — У меня никогда не было таких серёжек. И потом, соседка говорит, что вчера вечером слышала у нас музыку.
Что-то в его лице дрогнуло. Совсем чуть-чуть, но Маша это заметила.
— Соседка старая, ей везде мерещится, — буркнул он. — Давай спать дай. Голова болит.
Он лёг обратно, натянул одеяло на голову.
Маша стояла с серёжкой в руке и понимала: что-то не так. За восемнадцать лет брака она научилась читать его лицо. Игорь врал.
Она вышла из спальни, закрыла дверь. В голове крутились мысли. Серёжка, музыка, его странная реакция... Что, если кто-то был в квартире? Но кто? И главное — зачем?
Маша достала телефон, набрала номер подруги Лиды.
— Привет, — отозвалась Лида. — Как дела?
— Лид, можно к тебе зайти? Поговорить надо.
— Конечно. Приезжай. Я дома.
Маша написала записку мужу, что ушла к подруге, и выехала. Лида жила в соседнем районе, добираться минут сорок.
Подруга встретила её в дверях, обняла.
— Что случилось? У тебя такое лицо...
За чаем Маша рассказала о серёжке, о словах соседки, о странном поведении Игоря.
— Знаешь, что я думаю? — сказала Лида, внимательно выслушав. — Скорее всего, он кого-то привёл. Пока ты спала.
— Но я же не спала! Я сериал смотрела до одиннадцати!
— Ну а потом? После одиннадцати?
Маша задумалась. Действительно, заснула она крепко. Могла и не услышать.
— Только кого он мог привести? — размышляла она вслух. — У него друзей особо нет. Коллеги все семейные.
— А бывшие? — деликатно спросила Лида.
— Бывшие? — Маша вздрогнула. — У него была одна серьёзная до меня. Алёна. Но они сто лет не общались.
— А ты откуда знаешь?
— Ну... он говорил.
Лида покачала головой.
— Машенька, мужчины многого не говорят. Особенно про бывших.
Домой Маша вернулась к вечеру. Игорь уже проснулся, сидел в трусах на кухне, пил пиво и смотрел новости.
— Где была? — спросил равнодушно.
— У Лиды. — Маша повесила куртку, прошла к холодильнику. — Игорь, скажи честно. Кто был вчера в квартире?
Он даже не повернул голову.
— Не было никого.
— Не ври.
— Я не вру.
— А серёжка откуда?
— Да откуда мне знать! — он раздражённо махнул рукой. — Может, блохой прилетела.
Маша села напротив него.
— Игорь, мы женаты восемнадцать лет. Я же вижу, когда ты врёшь.
Он наконец посмотрел на неё. В глазах мелькнуло что-то — вина? страх? — но тут же исчезло.
— Чего ты ко мне пристала? — злобно сказал он. — Устал я. На работе проблемы, дома проблемы. Дай спокойно пиво попить.
Маша встала, не сказав больше ни слова. Она поняла: выбивать правду бесполезно. Игорь будет отпираться до конца.
Но серёжка лежала у неё в кармане. И эта серёжка была уликой.
На следующий день Маша пошла на работу как обычно. Работала она в небольшой фирме бухгалтером, коллектив дружный, атмосфера спокойная. Но сосредоточиться не получалось. Мысли всё время возвращались к серёжке и странному поведению мужа.
В обеденный перерыв позвонила Анна Петровна.
— Маша, дорогая, — заговорила соседка взволнованно. — Я тут вспомнила про вчерашний шум. Голоса какие-то женские слышала. Смех. И музыка негромко играла.
— Женские голоса? — переспросила Маша, чувствуя, как внутри всё сжимается.
— Да, точно. Думала, может, у вас подруги в гостях. А потом вспомнила — ты же рано ложишься обычно.
— Анна Петровна, а во сколько это было?
— Часов в одиннадцать начиналось. До двенадцати, наверное, продолжалось.
Маша повесила трубку дрожащими руками. Значит, сразу после того, как она заснула. Игорь привёл кого-то. Женщину. И эта женщина потеряла серёжку.
Кто это мог быть? Мысли метались. Коллега? Случайная знакомая? Или...
Вечером дома была гробовая тишина. Игорь молча ужинал, она молча мыла посуду. Каждый был занят своими мыслями.
— Игорь, — наконец решилась Маша. — Соседка говорит, что слышала женский смех.
Он замер с ложкой на полпути ко рту.
— И что?
— А то, что ты врёшь. Кто-то был здесь. Женщина была здесь.
Игорь поставил ложку, откинулся на спинку стула.
— Ну допустим, была. Что дальше?
— Кто?
— Не важно.
— Игорь! — Маша чуть ли не закричала. — Какая, к чёрту, не важно? В нашей квартире, в нашей спальне была посторонняя женщина! Пока я спала рядом!
— Не в спальне, — поправил он тихо.
— А где?
— В гостиной.
— И что вы делали в гостиной?
— Разговаривали.
— До полуночи? С музыкой? И она потеряла серёжку?
Игорь встал, прошёлся по кухне.
— Это Алёна была, — сказал наконец. — Помнишь Алёну?
Маша почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Алёна? Твоя бывшая Алёна?
— Да.
— И что она делала в нашем доме?
— Приехала поговорить.
— О чём?
— О разном. О прошлом. О том, как жизнь сложилась.
Маша села на стул, чувствуя слабость в ногах.
— Игорь, объясни мне. Зачем твоя бывшая девушка приехала к нам домой в половине одиннадцатого вечера? Почему ты меня не разбудил? Почему скрывал?
— Потому что знал — ты устроишь скандал.
— А теперь что? Скандала нет?
— Теперь есть.
Он снова сел, взял её за руки. Руки его были холодными.
— Маш, это ничего не значит. Просто поговорили. Она такси вызвала и уехала.
— В какси её? И как она попала в дом?
— Дошла до первого этажа, я вышел, открыл. Мы на улице стояли, разговаривали. Потом дождь начался, я предложил подняться.
— И что дальше?
— Дальше ничего. Посидели, поговорили. Выпили чаю.
— С музыкой?
— Ну, включил фоном. Тихо.
— И смеялись?
— Вспоминали институт. Смешные случаи.
Маша молчала, переваривая услышанное. В голове был хаос.
— Игорь, а зачем она приехала? Какая у неё цель?
— Да никакой особой. Сказала, рядом была, увидела свет в окнах, решила заглянуть.
— В половине двенадцатого ночи?
— Ну, она импульсивная, ты же знаешь.
— Я её не знаю! — взорвалась Маша. — Я её последний раз видела на чужой свадьбе пять лет назад! И то мельком!
— Не кричи.
— Я буду кричать! Потому что всё это странно! Твоя бывшая, ночью, в нашем доме, пока я сплю в соседней комнате!
Игорь встал, прошёл к окну.
— Маш, это глупость. Ничего между нами нет и быть не может.
— Тогда зачем прятал? Зачем врал?
— Потому что ты бы всё равно подумала не то.
— А сейчас я думаю правильно?
Он не ответил. Стоял спиной к ней, смотрел в окно.
— Игорь, у меня простой вопрос, — сказала Маша медленно. — Ты мне изменяешь?
— Нет.
— С Алёной?
— Нет.
— Но она тебе звонит?
Пауза.
— Иногда.
— Часто?
— Периодически.
— И о чём говорите?
— О работе. О жизни. О детях.
— А почему я об этом не знаю?
— Потому что не важно.
— Для кого не важно? Для тебя или для неё?
Игорь повернулся. Выглядел усталым, почти больным.
— Маш, не делай из этого проблему. У всех есть прошлое.
— Прошлое — это одно. А когда прошлое приходит в настоящее ночью и теряет серёжки — это другое.
— Серёжка могла быть где угодно.
— Она лежала у твоей тумбочки!
— Случайно упала.
— Игорь, хватит! — Маша встала. — Ты врёшь от начала до конца! Она не случайно упала, вы не случайно разговаривали до полуночи, и она не случайно приехала!
— Ну и что ты собираешься делать?
— Я хочу с ней поговорить.
— С Алёной? Зачем?
— Хочу услышать её версию.
— Это глупо.
— Мне решать, что глупо, а что нет.
Игорь подошёл к ней, обнял за плечи.
— Маш, давай не будем усложнять. Это ничего не значило. Просто встреча старых друзей.
— Друзей? — она высвободилась из его объятий. — Ты же сказал — бывшая девушка.
— Ну, бывшая, но мы остались друзьями.
— И регулярно общаетесь?
— Не регулярно.
— А как?
— Ну... время от времени.
Маша посмотрела на него внимательно.
— Дай мне её номер.
— Зачем?
— Дай номер!
— У меня его нет.
— Как нет? Ты же с ней общаешься!
— Она сама звонит.
— Тогда покажи звонки в телефоне.
— За что?
— Игорь, покажи телефон!
— Не покажу. Это моя личная собственность.
— Личная собственность мужа от жены? Серьёзно?
— Серьёзно.
Маша развернулась и вышла из кухни. В спальне она достала свой телефон, набрала номер Лиды.
— Лид, можешь узнать номер телефона? Алёна Мартынова. Живёт в нашем городе.
— Могу попробовать. А зачем?
— Потом расскажу.
Лида оказалась на высоте. Через час она перезвонила.
— Нашла. Записывай.
Маша записала номер, долго смотрела на него. Надо ли звонить? Что скажет? И что ответит Алёна?
Но выбор был сделан. Она набрала номер.
— Алё? — ответил незнакомый женский голос. Приятный, низковатый.
— Алёна?
— Да. А это кто?
— Меня зовут Маша. Я жена Игоря.
Длительная пауза.
— А, понятно. Слушаю.
— Мне нужно с вами поговорить.
— О чём?
— Вы были у нас вчера вечером.
— Была.
— Я хочу понять, что происходит.
Ещё одна пауза.
— Хотите встретиться? — спросила Алёна.
— Да.
— Хорошо. Завтра, в шесть вечера, кафе "Встреча" на Ленинской. Знаете?
— Знаю.
— До свидания.
Алёна отключилась. Маша сидела с телефоном в руках, понимая, что завтра её жизнь может кардинально измениться.
Игорь вошёл в спальню, когда она уже лежала под одеялом.
— Маш, ты спишь?
— Нет.
— Давай без ссор. Я устал.
— Я встречаюсь завтра с Алёной.
Он замер у шкафа.
— Зачем?
— Хочу поговорить.
— О чём?
— О том, что происходит между вами.
— Между нами ничего не происходит!
— Тогда тебе не о чем волноваться.
Игорь лёг в кровать, долго ворочался. Потом тихо сказал:
— Не суди поспешно.
— О чём ты?
— Ни о чём. Спокойной ночи.
Но спокойной ночь не была ни у кого из них.
Следующий день прошёл в тумане. Маша ходила на работу, выполняла свои обязанности, но мысли были совсем о другом. Что скажет Алёна? Какая она? Красивая небось. Игорь в молодости встречался только с красивыми.
В половине шестого Маша была в кафе. Заказала кофе, села за столик у окна. Волновалась так, что руки дрожали.
Алёна появилась ровно в шесть. Высокая, стройная, с длинными тёмными волосами. Действительно красивая. Года ей шли — в сорок она выглядела даже лучше, чем в двадцать пять.
— Маша? — подошла она к столику.
— Да. Садитесь, пожалуйста.
Алёна села, сняла пальто. Была одета элегантно — дорогой костюм, украшения. Видно, что живёт небедно.
— Будете кофе? — предложила Маша.
— Да, спасибо.
Они заказали, сидели молча, изучая друг друга.
— Ну что ж, — наконец сказала Алёна. — Вы хотели поговорить.
— Да. Мне нужно понять, что происходит между вами и моим мужем.
— А что, по-вашему, происходит?
— Не знаю. Поэтому и спрашиваю.
Алёна улыбнулась. Улыбка была грустная.
— Игорь вам сказал, что я приходила?
— Да. После того, как я нашла вашу серёжку.
— Серёжку? — Алёна рефлекторно потрогала уши. — Действительно, потеряла. Думала, в такси оставила.
— Она лежала у его тумбочки.
— Понятно.
Алёна отпила кофе, задумчиво посмотрела в окно.
— Вы любите Игоря? — спросила вдруг.
Маша растерялась от неожиданности вопроса.
— Конечно.
— А он вас?
— А вы как думаете?
— Не знаю. Поэтому и спрашиваю.
Они снова замолчали.
— Алёна, скажите честно. У вас роман?
— Нет. — Ответ прозвучал быстро и уверенно.
— Но вы общаетесь?
— Да.
— Часто?
— Раз в неделю, примерно. Он звонит.
— Он? — Маша почувствовала укол в груди. — Он вам звонит?
— Да.
— И о чём говорите?
Алёна помолчала, потом вздохнула.
— О жизни. О том, что не сложилось. О том, что могло бы быть.
— То есть о чувствах?
— В каком-то смысле да.
Маша отставила чашку. Руки дрожали.
— Алёна, а зачем вы пришли к нам домой?
— Он попросил.
— Попросил?
— Да. Сказал, что соскучился. Что хочет просто поговорить, посидеть рядом.
— И что дальше?
— А дальше ничего. Мы сидели на диване, разговаривали. Вспоминали институт, общих знакомых. Он поставил нашу старую пластинку.
— Вашу?
— Ну, которая была у нас любимая. Машина времени.
Сердце Маши сжалось. Она помнила этот диск. Игорь иногда ставил его дома, говорил, что нравятся песни. Оказывается, они напоминали ему о бывшей.
— Алёна, а вы замужем?
— Разведена. Уже три года.
— Дети есть?
— Сын. Взрослый, живёт отдельно.
— И вы... свободны?
— Формально да.
— А он это знает?
— Игорь? Конечно.
Маша попыталась собраться с мыслями.
— Алёна, я не понимаю. Если между вами ничего нет, зачем эти встречи? Эти разговоры?
Алёна долго молчала, потом посмотрела ей в глаза.
— А вы не замечали, что он несчастлив?
— Что?
— Игорь несчастлив. Уже много лет.
— Откуда вы знаете?
— Он сам говорит. Рассказывает, как ему тяжело. Как всё не так, как мечтал.
— И что он предлагает?
— Пока ничего. Просто говорит.
Маша почувствовала, как внутри всё кипит от злости.
— То есть он жалуется вам на меня?
— На жизнь в целом.
— Но я часть этой жизни!
— Да.
— И вы его жалеете?
— Наверное.
— И поэтому приехали среди ночи?
— Он очень просил.
Маша встала.
— Знаете что, Алёна? Как хорошо, что мы поговорили. Теперь многое стало ясно.
— Маша, подождите...
— Нет. Мне нужно идти.
— Попрошу только об одном.
— О чём?
— Не говорите Игорю, что мы встречались. Не говорите, что я вам всё рассказала.
— Почему?
— Потому что он может перестать звонить. А мне... — Алёна запнулась. — Мне это нужно.
— Что нужно? Разрушать чужую семью?
— Нет, не разрушать. Просто... я его любила. Очень. И часть меня до сих пор его любит.
Маша смотрела на неё и не знала, что чувствовать — жалость, злость или презрение.
— А он вас любит?
— Не знаю. Думаю, что да.
— Тогда зачем он со мной живёт?
— Потому что вы мать его детей. Потому что привык. Потому что боится перемен.
Маша взяла сумку, надела пальто.
— До свидания, Алёна. Больше мы не увидимся.
— Маша...
Но Маша уже шла к выходу.
Домой она приехала к восьми. Игорь сидел в гостиной, смотрел телевизор. Дети делали уроки в своих комнатах.
— Как дела? — спросил он, не поворачивая головы.
— Нормально.
— Где была?
— У подруги.
Он кивнул, продолжил смотреть новости. А Маша стояла в дверях и думала: как же она его не знает. Восемнадцать лет рядом, а он для неё загадка. Кем он был эти годы? Мужем или актёром, играющим роль мужа?
Вечером, когда дети легли спать, Маша села напротив него.
— Игорь, мне нужно тебе кое-что сказать.
— Что?
— Я встречалась с Алёной.
Он побледнел, выключил телевизор.
— Зачем?
— Хотела понять, что происходит.
— И что поняла?
— Что ты мне врал. Что вы общаетесь постоянно. Что ты ей звонишь, жалуешься на жизнь, встречаешься с ней.
— Маш...
— Не перебивай. Она сказала, что ты несчастлив. Что тебе тяжело с нами.
— Я не это имел в виду...
— А что ты имел в виду? Когда жаловался ей на свою жену? На свою семью?
Игорь встал, начал ходить по комнате.
— Маш, это сложно объяснить.
— Попробуй.
— С ней мне легко. Мы понимаем друг друга. У нас общие воспоминания.
— А что у нас? Общие дети, общий дом, общая жизнь — это не считается?
— Считается, но...
— Но что?
— Но это другое.
— Игорь, ты её любишь?
Он остановился у окна, долго молчал.
— Не знаю, — сказал наконец. — Может быть.
— А меня?
— Тебя тоже.
— Двоих сразу?
— Это разные чувства.
Маша засмеялась горько.
— Удобно. Жена дома, дети, быт, стабильность. А бывшая — для души, для романтики.
— Не упрощай.
— А как мне не упрощать? Ты мне восемнадцать лет врал!
— Я не врал. Я просто не говорил.
— Это одно и то же!
Игорь сел в кресло, опустил голову в руки.
— Маш, я запутался. Я не знаю, что делать.
— А я знаю.
— Что?
— Вали к своей Алёне. Раз с ней так хорошо.
— Не говори глупости.
— Почему глупости? Ты же её любишь. Она тебя любит. Она свободна. Чего ждёте?
— У нас дети...
— Дети вырастут. Им лучше видеть разведённых, но счастливых родителей, чем несчастных, но вместе.
Игорь поднял голову, посмотрел на неё.
— Ты правда этого хочешь?
— Я хочу честности. Если ты не можешь жить без неё — не живи. Но хватит врать и мне, и себе.
Он встал, подошёл к ней, попытался обнять.
— Маш, я не хочу терять тебя. И детей.
— Ты уже нас потерял. В тот момент, когда впустил её обратно в свою жизнь.
— Можно всё исправить.
— Как?
— Я перестану с ней общаться.
— Сможешь?
— Попробую.
— Игорь, я не хочу, чтобы ты пытался. Я хочу, чтобы ты решил. Раз и навсегда.
— Дай мне время.
— Времени у тебя было восемнадцать лет.
Он не нашёл что ответить. Вышел из комнаты. Через несколько минут Маша услышала, как хлопнула входная дверь.
Он вернулся только утром. Пьяный, помятый, с красными глазами.
— Где был? — спросила Маша.
— У неё.
— Понятно.
— Маш, я...
— Не надо. Просто пакуй вещи.
— Что?
— Уезжай. К ней или куда хочешь. Но из этого дома.
— А дети?
— Дети будут со мной. Ты можешь их видеть, когда захочешь.
— Маш, давай ещё раз попробуем...
— Игорь, хватит. Решение принято.
Он стоял посреди кухни, качался слегка. Потом кивнул.
— Хорошо. Соберу вещи.
Через час он вышел с двумя сумками. Обернулся на пороге.
— Маш, прости.
— За что?
— За всё.
— Не за что. Ты выбрал то, что хотел.
Дверь закрылась. Маша села на пол прямо в коридоре и заплакала. Не от жалости к себе. От облегчения.
Дети восприняли новость спокойно. Старшую дочь это даже обрадовало — она давно замечала, что родители не ладят. Сын расстроился больше, но быстро адаптировался.
Развод прошёл цивилизованно. Игорь забрал свои вещи, оформил половину квартиры на Машу, исправно платил алименты. Видеться с детьми приезжал каждые выходные.
С Алёной они прожили вместе три месяца.
Потом Игорь позвонил Маше.
— Маш, можно к тебе зайти? Поговорить?
— О чём?
— О нас.
— О каких нас?
— Я расстался с Алёной.
— И что?
— Понял, что совершил ошибку.
— Какую из двух? Когда ушёл к ней или когда бросил меня?
— Маш, я хочу вернуться.
— Поздно.
— Почему?
— Потому что я не вещь. Нельзя отложить в сторону, поиграть с другой игрушкой, а потом взять обратно.
— Но я люблю тебя.
— Игорь, ты не знаешь, что такое любовь. Ты путаешь любовь с привычкой, с удобством, с жалостью к себе.
— Дай мне шанс доказать...
— Нет.
Она повесила трубку.
Он звонил ещё несколько раз. Потом прекратил.
Через полгода Маша узнала, что он встречается с коллегой. Через год они поженились.
А ещё через год Маша встретила Димитрия. Врача, вдовца с дочкой. Доброго, надёжного человека, который не делил своё сердце между прошлым и настоящим.
Они расписались тихо, без шума. Только дети и несколько близких друзей. Игорь узнал об этом от детей и прислал поздравительную открытку. Написал, что желает счастья.
Маша выбросила открытку, не читая до конца.
В тот день она готовила праздничный ужин для новой семьи. Димитрий помогал накрывать на стол, дети смеялись, рассказывая анекдоты.
Зазвонил телефон. Неизвестный номер.
— Алло? — ответила Маша.
— Маша? Это Алёна.
Маша чуть не уронила трубку.
— Что вам нужно?
— Поговорить. Можно?
— Не думаю, что нам есть о чём говорить.
— Вы встретили счастье. А я хотела сказать... спасибо.
— За что?
— За то, что тогда не стали молчать. За то, что поставили всё на места.
— Не понимаю.
— Игорь вернулся ко мне не из любви. Он бежал от ответственности, от необходимости что-то менять в себе. Понял это только когда мы стали жить вместе.
— И что?
— А то, что люди не меняются. Он жаловался уже на меня. Звонил другим женщинам. Искал опять кого-то, кто поймёт его лучше.
Маша молчала.
— Вы были правы тогда. Он не умеет любить. Он умеет только искать идеал, которого не существует.
— Алёна, зачем вы мне это говорите?
— Хочу, чтобы вы знали: вы поступили правильно. Не все женщины находят в себе силы отпустить.
— Я нашла.
— И стали счастливы.
— Да. Стала.
— Тогда всё правильно. До свидания, Маша.
— До свидания.
Маша положила трубку и посмотрела вокруг. Димитрий рассказывал детям про свою работу в больнице. Его дочка помогала младшему сыну с домашним заданием. За окном шёл снег.
Всё было именно так, как должно быть.
А где-то в другой части города Игорь вызывал такси для своей новой жены, которая собиралась к подруге. И думал о том, что снова что-то не так. Что опять не то чувствует, не того человека рядом видит.
Но это уже была не Машина проблема.
Никогда больше не будет её проблемой.
Рекомендую к прочтению: