Вадим ехал к матери. Она позвонила ему днем и сказала, чтобы он к ней приехал.
– Тетка будет дома? – спросил он с неприязнью в голосе.
– Илария сегодня дома, – строго ответила Изольда Игоревна.
– Мама, почему вам родители дали такие дурацкие имена?
– Нормальные у нас имена, – сердито сказала она. – А ты, будь добр, сегодня не задерживайся на работе, мы с тобой в прошлый раз не договорили.
– Хорошо, мама, – согласился он и сбросил звонок.
Он кинул на стол телефон, тяжело вздохнул и вышел в столовку перекусить быстрой лапшой.
– Опять будет мозги выносить, – пробормотал он под нос.
Работа с новичком его жутко раздражала. Ему хотелось взять клавиатуру и больно настучать ему по голове за это дурацкое ржание, просмотры видюшек и тупизну.
– Не хочет учиться, так я и не буду его учить, – с хитрой ухмылкой подумал Вадим. - Пусть организация потом разгребает все.
Оставшееся рабочее время он молча выполнял свою работу. Как только стрелки показали шесть часов, так сразу выключил программу, компьютер, встал из-за стола и направился на выход. В коридоре он столкнулся с начальником.
– Ну как тебе подопечный? – спросил он его.
– Туп, как пробка, еще и видюшки смотрит на рабочем месте и ржет, как конь.
– Это сын моего приятеля, – поджал губы начальник.
– Сочувствую, – хмыкнул Вадим. – Много он вам наработает. Вы ему хоть объясните, что у нас не детский сад для детей с разными отклонениями и нянчиться с ним никто не будет, и сопли вытирать тоже.
– Иди уже, куда шел, – зло ответил начальник.
– Уже иду, хорошего вам вечера, – усмехнулся Вадим и направился к своему автомобилю.
Он уселся за руль и завел машину, с грустью посмотрел на датчик уровня топлива. Его стрелка уже стремилась к нулю.
– У кого бы денег перехватить? – подумал он. – Может, мама пожертвует мне тыщенку?
Быстро добрался до теткиного дома. Дверь ему открыла мама.
– Проходи, – сказала она после того, как они поприветствовали друг друга. – Есть хочешь?
– Очень, – ответил он.
В этот раз он решил ни от чего не отказываться и молча выслушивать всё, что ему скажут, лишь бы нормально поесть. В коридор вышла тетка Илария и Яся.
– Ой, дочь, ты здесь? – удивился Вадим. – Здрасьте, – поздоровался он с теткой.
– Ага, – она брезгливо его оглядела.
– Ты плохой человек! – выпалила Яся. – Ты побил маму, я тебя больше не люблю.
– Ну ты понял, – посмотрела на него Илария, взяла Ясю за ручку, и они ушли в большую комнату.
Вадим так и остался стоять с раскрытым ртом в коридоре.
– Вот только не начинай мне говорить о том, что Ульяна настроила ребенка против тебя. Она у нее на руках была, когда ты Улю ударил. Напугал девчонку, она аж описалась, - сердито сказала Изольда.
– Я-я, я не хотел, я ду-рак, – проговорил он тихим голосом. – Мама, скажи ей, что я не хотел.
– Когда ты уже повзрослеешь? Сам набедокурил, сам и решай, как вину загладить.
– Да у меня даже денег нет сейчас, чтобы что-то купить Ясе.
– Здесь подарками не обойдешься, – покачала она головой.
Он с растерянностью посмотрел на мать.
— Иди поешь сначала, – мать потянула его за рукав в сторону кухни. – А то у тебя вид, будто ты сейчас или заплачешь, или стены крушить начнешь.
На кухне пахло борщом и тушеной капустой. Вадим машинально сел за стол, уставившись на тарелку, которую мать поставила перед ним.
— Спасибо, – пробормотал он и взял ложку. Первый кусок словно застрял в горле.
— Так что с работой? – Изольда Игоревна села напротив, сложив руки на столе.
— Да нормально, – он откусил кусок хлеба. – Только этого де-била новенького мне подкинули. Сын какого-то начальственного кореша.
— А ты не груби, – предупредила мать. – Вдруг пригодится.
— Пригодится? – Вадим фыркнул. – Он даже Excel открыть не может.
Из-за двери донесся смех Яси. Вадим вздрогнул.
— Мам... – он положил ложку на стол. – Как мне ее... Я не знаю, как с ней теперь.
— Начинай с малого, – мать вздохнула. – Подойди. Просто поговори.
— Она же меня боится!
— А ты перестань орать и бить женщин, – резко сказала Изольда Игоревна. – Тогда и бояться перестанут.
– Я не специально, это всё алкоголь проклятый виноват, - он опустил глаза и стал рассматривать содержимое тарелки.
– А ты бросай пить.
– Я решил, что больше не буду, но боюсь, что вдруг на меня что-нибудь найдет, и я опять сорвусь.
– Закодируйся, - предложила Изольда.
– У меня нет денег, - ответил Вадим и отвел глаза в сторону, - Совсем нет.
– Я приеду к тебе завтра в обед на работу, и мы сходим вместе с тобой в клинику. Я все оплачу.
– Вот так просто? – удивился Вадим, - Никаких анализов сдавать не надо, врачей проходить?
– На твой страх и риск, - пожала плечами мама.
– А если, если мне станет плохо после укола?
– Я переночую у тебя, - ответила она
Вадим медленно ел борщ, чувствуя, как горячая жидкость разливается по желудку. Мысли путались: кодировка, работа, Яся, Ульяна, следователь.
— Мам, а если не поможет? — вдруг вырвалось у него.
Изольда Игоревна посмотрела на него внимательно:
— Тогда будем пробовать другие методы. Но сначала — этот.
– Да, хорошо, — он не стал спорить с матерью.
– Со следователем встречался?
– Да, — кивнул он и быстро запихал ложку с борщом себе в рот.
– И что?
– И ничего, сказал, что ничего не помню, что был пьян, — Вадим нахмурился.
– Вот что, мой дорогой, ты меня послушай и подумай над моими словами. Я тебе помогу, но ты, во-первых, должен закодироваться, затем попробовать наладить отношения с Ульяной и Ясей. У тебя один ребенок и, может, больше никогда не будет с твоими пьянками. Я найму тебе адвоката, и ты потом поедешь отрабатывать этого адвоката в ПНИ в одном глухом месте в качестве сиделки к самым запущенным и тяжелым больным, - она окинула его внимательным взглядом.
– Что? – Вадим даже перестал есть. — Мама, ты что? У меня два высших образования, какая сиделка? Да и не умею я ничего такого делать.
– Тебя там всему научат, не переживай.
– Но как мне, специалисту с моим уровнем, работать на такой работе?
– Ну, значит, толку нет от всех этих дипломов, человеком они тебя не сделали, как и я.
– Неужели ты так поступишь со своим единственным сыном? Ты же сказала, что отпишешь Ульяне квартиру. Я думал, таким образом мы от нее откупимся.
– Индюк тоже думал, а потом в суп попал. Это ее компенсация, а твое наказание никуда не денется. Или ты хочешь за решетку попасть?
– Не хочу я никуда попадать и работать сиделкой тоже не хочу, — нахмурился он.
– Не хочешь, как хочешь, — пожала она плечами. — Я тогда все твои вещички закрою в одной из комнат, а квартиру сдам. Все равно она тебе не понадобится на какое-то время. Будешь в казенной халупе жить, за счет денег налогоплательщиков. А может, и продам, куплю тебе однушку или комнату в общаге.
– Мама!
– А что мама-то? Я сколько лет мама? Не до самой же старой жо-пы мне с тобой нянчиться. У тебя уже вон седина в голове, а ты до сих пор жить нормально не научился, - сердито прикрикнула на него Изольда Игоревна.
– Мне надо подумать, — тихо сказал Вадим.
– Думай, но только недолго. Такие дела в полиции не залеживаются. Его быстро в суд передадут, а там, может, и поздно уже будет.
– А сколько мне дадут?
– Ты взрослый мальчик, Интернетом пользоваться умеешь, возьми и поищи, — ответила мама.
Он доел борщ, больше ничего в него не лезло, даже от чая отказался. Вадим поблагодарил мать за ужин, встал из-за стола и осторожно заглянул в гостиную. Яся сидела на ковре, окруженная какими-то игрушками. Илария вязала в углу, устроившись в уютном кресле.
— Можно я... — он кашлянул. — Можно я посижу с ней?
Тетка молча кивнула. Вадим опустился на пол в метре от дочери. Девочка настороженно посмотрела на него.
– Уходи, мама из-за тебя в больнице лежит, — нахмурившись, сказала она. – Мы тебя больше не любим.
– Но я вас, тебя люблю.
– Не любишь, — помотала головой Яся. – Любишь — это когда хочется всем самым лучшим поделиться, обнимать и целовать. Дерутся только ду-раки.
– Ну прости меня, дочка, — стал умолять Вадим.
Девочка отвернулась от него и села спиной. Илария только хмыкнула, посмотрев на него. Он немного посидел рядом с Ясей.
– Пойду я, завтра рано на работу вставать, — вздохнул он. – Прости меня, Ясенька, я правда не хотел, всё как-то само получилось.
– Детский сад, ей-богу, — закатила глаза тетка.
– А вы не вмешивайтесь, — сердито зыркнул на нее Вадим.
– Если бы ты был моим зятем, я бы тебя в асфальт за такое закатала, — сказала она тихим голосом.
– Всего вам доброго, — встал он с пола.
– Иди-иди, про-сирай свою жизнь дальше, — хмыкнула тетка.
Он вышел из гостиной.
– Мама, я пойду, — сказал он, пройдя в коридор.
– Вот возьми, — протянула она пакет с банкой борща и половинкой хлеба. — Мы много приготовили, не съедим.
– Спасибо. А Яся у вас ночевать остается? Ничего, теща возникать не будет?
– Нет, не будет. Мы с ней договорились, и она даже была рада, — ответила Изольда.
– И завтра Яся тут будет?
– Скорее всего.
– Мама, может, ты мне дашь немного денег в долг? Я потом всё тебе отдам, - попросил Вадим с несчастным выражением лица.
– Нет, сын, и не проси. Ты взрослый, и ты в эту яму сам залез.
– Ладно, я понял, сам что-нибудь придумаю, — нахмурился он.
– Вот и молодец. Всё, сынок, иди, а то поздно уже, - Изольда чуть подтолкнула его к двери.
– Угу, — кивнул он. — Спокойной ночи.
Он вышел из подъезда, посмотрел на пакет с супом.
– Ну хоть завтра у меня есть обед и, может, даже ужин, — подумал Вадим. — А вот на работу придется идти пешком.
Автор Потапова Евгения
