– Это кто был? – повернула свое разбитое лицо в сторону Ульяны Ирина. – Мужик какой видный, хоть и хромой, и таблетки тебе притаранил, и передачку какую хорошую. Полюбовник, да? А мой-то козел хоть бы сигарет принес да кружку с ложкой, а то тут приходится из казенной посуды есть и пить.
– Нет, не любовник, – нахмурилась Ульяна. – Мы вместе учились в универе.
– Ага, и он к тебе через столько лет прискакал и не забыл? – усмехнулась Ирина. – Тебе же где-то 27-28? Закончила в 21, и семь лет мужик про тебя не забывал и помнил. Тоже мне сказочница, – фыркнула она.
– Что прилипла к ней, мало ли какие у них отношения, может, дружат семьями, – сердито сказала Татьяна.
– Ага, семьями они дружат. Я тоже как-то с одним мужичком дружила семьями, а потом у меня средний Ванька родился, додружилась, – громко заржала Ирина.
Ульяна легла на кровать и отвернулась к стенке, не желая больше разговаривать с соседками.
– А этот твой одноглазник хоть не женат? – продолжила свой допрос Ирина. – А то прилетит его жена, ведьма на метле, и добавит тебе увечий на весь организм.
– Да что ты за ха-мка какая! – одернула ее Татьяна. – Эти же вопросы можно по-людски задавать, а не как трамвайное ха-мло.
– Какая, ептиль, ентиллихенция, вы посмотрите на них, а рожи так же разукрашены под хохлому, как у меня, у трамвайного ха-мла.
В коридоре послышался стук каблучков.
– Это что вы тут шумите? – сердито спросила медсестра, заглядывая в палату. – Здесь, между прочим, больные лежат, а здоровые вон за забором ходят. Будете нарушать порядок, выпишут вас принудительно, и помрете от своих травм.
– Всё, милая, лежим тихо, как мышки, – ответила Ирина.
– Милая, – хмыкнула медсестра, развернулась на каблуках и потопала обратно на свой пост.
Когда шаги медсестры затихли в коридоре, Ирина не выдержала и прошипела:
— Ну и стерва! Сама ходит тут как королева, а нас за людей не считает.
— Замолчи уже, – устало пробормотала Ульяна, не поворачиваясь. – Надоело.
— Ой, да ты что, обиделась? – Ирина фыркнула. – А может, твой одноногий кавалер тебе мозги уже промыл? Гляди, и правда жена где-то есть, вот ты и злая.
Татьяна резко приподнялась на койке:
— Да заткнись ты наконец! Не видишь, человеку плохо?
— Мне-то лучше? – Ирина показала на свое разбитое лицо. – Но я хотя бы не кисну, как некоторые. Да и что так трудно рассказать, что это за кавалер? Может, я тоже на что-нибудь сгожусь, если он не женат, да и если женат, то жена не стенка – подвинется.
– Ну-ну, – хмыкнула Татьяна. – Королева на больничном судне.
– А-то, – с гордостью подняла голову Ирина, не поняв сарказма соседки.
От последней фразы Ульяна прыснула.
– Да не женат он и женат не был, – ответила она.
– Квартира, машина? – с жадностью в глазах спросила Ирина.
– Живет с родителями, машины нет.
– Почему? Дефективный такой, им-потент?
– Об этой стороне его жизни я не знаю, – снова скривилась Ульяна. – Девушки у него были, а вот до женитьбы как-то не дошло.
– Ну еще бы дошло, он же ни-щеброд! Да еще маменькин сынок, – фыркнула Ирина. – А работает где?
– Дома, – улыбнулась Ульяна краешком губ. – В смысле, надомник? Ручки собирает?
– Ага, – шире улыбнулась Ульяна.
– И чего ты лыбишься? Такое сокровище и даром не надо. Тоже нашла кем гордиться, – фыркнула Ирина, легла на кровать и отвернулась.
Через пятнадцать минут у Ульяны зазвонил телефон. Она глянула на экран – звонила соседка баба Паша.
– Алло, – ответила Ульяна.
– Улечка, детка, ты куда пропала? Ты совсем съехала или что-то случилось?
– Я в больнице, баба Паша.
– Как в больнице?! – ахнула старушка. – Ой, ладно, потом расскажешь. Я чего тебе звоню, тут какой-то парень хромоногий к твоему дому на такси прикатил и в калитку зашел. Мне полицию вызывать?
– Нет, не нужно, это мой друг, он приехал за моими вещами.
– Агась, ну хорошо, а то я же перепугалась, думаю, залезть кто хочет. Да еще такие грабители наглые прямо на такси разъезжают по адресам. Значит, отбой. А чего в больнице лежишь?
– Упала, – уклончиво ответила Ульяна.
– Ногу, руку сломала али чего еще? - поинтересовалась соседка.
– Головой ударилась.
– Вот же горе какое. Но ты мне скажи адрес больницы да номер палаты, я, может, буду в той стороне да заскочу к тебе.
– Да неудобно как-то, – смутилась Ульяна.
– Ить он уже из калитки вышел, закрыл за собой на ключ, сел в такси и вон ехать собирается. Взял у тебя какую-то коробку плоскую, – передала информацию с наблюдательного пункта баба Паша.
– Хорошо, спасибо, что позвонили.
– Так енто, ты в какой больнице-то лежишь? Ты мне напиши, а то вдруг в город соберусь и к тебе заскочу, проведаю.
– Да не надо.
– Да не переживай ты так, я же не специально в город поеду к тебе, а по разным делам, да и то не факт, что поеду, - ответила соседка.
– Ладно, – согласилась с ней Ульяна.
– Ты тама долго-то лежать будешь? Что врачи говорят?
– Не меньше трех недель.
– Ох ты, долго как. Ну ладно, хорошая моя, отдыхай и скорей выздоравливай, дай бог еще свидимся, - вздохнула баба Паша.
– Я на это надеюсь, – улыбнулась Ульяна.
Как только она закончила разговор с соседкой, так у нее сразу пиликнул телефон – пришло сообщение от Федора: «Ноутбук забрал, еду домой. Где что лежит?» Ульяна написала название папки, где находился проект.
– Ага, всё нашел. Скорейшего выздоровления и выпей бульон, мама специально его для тебя делала. Завтра заберу термос.
– Хорошо, - вздохнула Ульяна.
– Если возникнут какие-то вопросы, то напишу.
– Обязательно.
Она отложила в сторону телефон и с облегчением вздохнула.
– Хромоножка твоя всё тебе написывает? – с неприязнью спросила Ирина. – Вот ведь повезло бабе, и муж есть, и любовник.
— Нет у меня ни мужа, ни любовника. Он просто помогает с работой. У меня дедлайн, - с раздражением ответила Ульяна.
— Ага, «дедлайн», — закатила глаза Ирина. — У нас в палате все с «дедлайнами». Вот Танька — у неё муж «дедлайн» устроил, мне мой мужик «дедлайн» показал, — она опять стала крутить руками с синяками.
Татьяна резко села на кровати:
— Хочешь, я тебе второй глаз подправлю, чтобы ровно было?
Тишину нарушил скрип двери. В палату вошла медсестра с градусниками.
— Опять шумите? — строго спросила она, раздавая термометры. — Температуру померить не дадите нормально?
— Да мы не шумим, — сладко улыбнулась Ирина. — Просто делимся жизненным опытом.
Медсестра фыркнула, сунула Ульяне термометр и вышла, громко хлопнув дверью.
— Ну и характер! — проворчала Ирина, суя градусник под мышку. — Интересно, у неё муж есть? Наверное, бедолага где-нибудь в психушке уже или сбежал туда, где мозг не выносят.
Ульяна закрыла глаза, стараясь абстрагироваться. В голове крутились мысли о проекте, которым сейчас будет заниматься Федя.
— Эх, бабоньки, какие вы скучные да обидчивые! — обиженно надула губы Ирина. — Лежим тут, как овощи, развлечений никаких, еще и разговаривать не желаете. А могли бы подружиться.
– Я сюда лечиться легла и от дома отдыхать, а не дружбу со всякими заводить, - огрызнулась Татьяна.
– Ну-ну, - смерила ее взглядом Ирина.
Ульяне надоело все это слушать, и она решила подкрепиться куриным бульоном. Под крышкой термоса обнаружилась записка: «Чтобы поправлялась быстрее. Ф.».
Первый глоток тёплого бульона вернул её в детство — точно такой же вкус она помнила с тех времён, когда ездила в деревню к бабушке. Она с удовольствием выпила всё, а яйцо с кусочком курицы решила оставить на вечер.
– Да уж, повезло мне с соседками, жрут в одно лицо и с другими не делятся, - громко сказала Ирина, - Могла бы и угостить. К тебе вон сколько народа ходит и сколько еды носит. Это же тебя разнесет за эти три недели в разные стороны, будешь такой же, как и я.
– До тебя ей есть и есть. Ты не три недели сало на бока наедала, и тебе не мешало бы немного схуднуть, - встряла Татьяна. – И вообще, чего ты к девчонке прилепилась, то одно тебе не так, то другое.
– Да благодаря своему жиру я до сих пор жива, - с гордостью ответила Ирина, - Меня однажды в грудь пырнули ножом, до сердца так и не достали.
– Все претензии к родным, - ответила Ульяна, убирая термос в сторону, - Вечером чай с пирожками попьем. Их мне действительно много принесли, а всем остальным я делиться не собираюсь.
– И правильно, - кивнула Татьяна, - Меня хоть муж и побил, но передачи носит регулярно, да и мать с сестрой не забывают, да подружка пару раз забегала. А у тебя, Ира, что, кроме мужика, больше никого и нет? Ни подруг, ни родителей, ни других родных?
– Пошли вы на хутор обе, - огрызнулась Ира и отвернулась к стене, - Жадины-говядины.
Вечером от Фёдора пришло сообщение: «Всё нормально, разобрался, делаю. Через пару дней проект будет готов».
Автор Потапова Евгения