Тот городок на побережье казался нам с мужем воплощением мечты, когда мы переехали туда сразу после свадьбы. Узкие улочки, спускающиеся к воде, как струйки растаявшего мороженого, запах соли на ветру, крики чаек, похожие на скрип несмазанных качелей — все это стало нашей новой жизнью. Я преподавала литературу в местной школе, а после уроков, скинув строгий преподавательский наряд, превращалась в обычную девчонку — шлепанцы, выгоревшие на солнце шорты, футболка с выцветшим дельфином.
В тот вечер мы как обычно выгуливали нашего пса Барта — рыжего непоседу, вечно тянувшего поводок в сторону особенно аппетитных запахов. Солнце, огромное и апельсиновое, медленно сползало в море, окрашивая витрины в теплые тона. Именно тогда я заметила маленький магазинчик "Шерстяные облака".
— Смотри! — дернула я мужа за рукав. — Какие свитера!
За стеклом небрежной грудой лежали вязаные чудеса — с норвежскими узорами, с оленями, с косами. Один, цвета морской волны, сразу представился мне на моих плечах — как раз к предстоящей зиме, когда ветер с залива будет колоть щеки холодными иглами.
— Без бумажника, — развел руками муж, похлопывая по карманам шорт. — Но ты зайди, выбери, попроси отложить. Я с Бартом прогуляюсь, вернусь — оплатим.
Он взял поводок, и пес радостно рванул вперед, увлекая его вдоль набережной. Я еще раз окинула взглядом витрину — нет, не показалось, свитера действительно были прекрасны — и толкнула дверь.
Звонок над входом прозвенел, как школьный колокольчик. Внутри пахло овечьей шерстью и чем-то сладковатым — возможно, хозяйка ела конфеты за прилавком.
— Добрый вечер, — автоматически улыбнулась я.
Продавщица — женщина лет пятидесяти с густо накрашенными глазами и ярко-рыжими волосами — лишь кивнула, оценивающе скользнув взглядом по моим пляжным шлепанцам. Я увлеклась выбором, забыв о времени. Руки сами тянулись к мягким свитерам — вот этот с жемчужными пуговицами, вон тот с высоким воротником...
— Можно померить? — спросила я, направляясь к примерочной.
— Там цены видите? — резко отозвалась женщина, указывая маникюренным пальцем на ценники.
Я промолчала, решив, что ослышалась. Выбрав три свитера — морской, бежевый с косами и бордовый с оленями — направилась к кассе.
— Я бы хотела...
Не успела я договорить, как продавщица выхватила у меня свитера, сложенные аккуратной стопочкой.
— А ну руки убрала! Они дорогие! — ее голос взвизгнул, как чайка, схватившая чужую добычу.
Я замерла, ощущая, как жар разливается по щекам.
— Я... я просто...
— Рядом есть другие магазины, — перебила она, швыряя свитера обратно на полку. — Идите туда!
Дверь за моей спиной захлопнулась с таким звоном, будто выгоняла не покупателя, а непрошеную кошку. На улице я глубоко вдохнула соленый воздух, пытаясь унять дрожь в руках.
Муж с Бартом появились через пять минут — я сидела на парапете, глядя, как волны лижут бетонные сваи.
— Ну что, выбрала? — весело спросил он, доставая бумажник.
Когда я рассказала, что произошло, его лицо потемнело, как вода перед штормом.
— Да как она посмела?! — он сделал шаг к магазину, и Барт заскулил, почуяв напряжение. — Мы сейчас зайдем и скупим все до последней нитки!
Я схватила его за руку.
— Стой. — Мой голос звучал тише шелеста волн, но твердо. — Мне этот магазин больше не интересен.
Он хотел возражать, но я уже встала, отряхивая шорты от песка.
— Знаешь что? Давай съездим в тот город на скалах, помнишь? Где пекарня с коричными булками? Купим там свитера. А потом поужинаем у воды.
Барт ткнулся мокрым носом мне в ладонь, как бы поддерживая идею. Муж еще раз глянул на ненавистный магазин, потом на меня — и лицо его разгладилось.
— С коричными булками, значит? — он обнял меня за плечи. — Тогда поехали.
Мы шли вдоль набережной, и я знала — завтра расскажу эту историю своим ученикам. Не как урок ненависти, а как притчу о том, что иногда лучше уйти, оставив за спиной чью-то злобу, и найти свое счастье там, где тебя ждут с распахнутыми дверями.
А море тем временем шептало что-то о берегах, где свитера мягки, а сердца — теплы.
P.S.
Через месяц в городке появился новый магазинчик — "Морские узоры". Хозяйка, молодая женщина с добрыми глазами, всегда угощала покупателей чаем с мятой. А в витрине, рядом с вязаными чудесами, стояла табличка: "Примерять можно все. Даже если вы в шлепанцах".
Но это уже совсем другая история.
