Он сказал, что это неправильно — наблюдать за людьми. А потом муж убрал камеру без моего ведома. После этого пропала серебряная ложка. Потом — моё спокойствие.
Я не спорила с мужем. Я поставила вторую камеру. В мягкой игрушке. Иногда, чтобы сохранить отношения, нужно сначала увидеть, что они из себя представляют.
Алла смотрела на экран телефона, сжимая его в руке. На записи Мишель спала в своей кроватке, а няня Вера тихо напевала колыбельную, протирая полки шкафа. Всё казалось нормальным. На поверхности. Но что-то не давало покоя.
Три месяца назад жизнь кардинально изменилась с рождением дочери. Алла — старший специалист в компании биотехнологий — впервые оказалась в ситуации, когда не могла всё держать под наблюдением. Стажировка в Москве, разработка инновационных препаратов, российские конференции — всё отошло на второй план. Сейчас в приоритете была крошечная девочка с густыми темными ресницами и цепкими пальчиками.
Игорь настоял на няне.
— Ты перестанешь себя узнавать, если будешь сидеть дома круглосуточно, — сказал он в тот вечер, когда Мишель исполнилось два месяца. — Я нашел агентство с хорошей репутацией. Проверенные люди, рекомендации, всё как полагается.
Алла согласилась не сразу. Родительский чат пестрил историями о нянях, которые обманывали, забирали вещи, повышали голос на детей, когда никто не видел. Тогда-то и появилась первая камера.
— Что это? — Игорь остановился в дверном проеме кухни, держа в руках чашку кофе. Его голос звучал спокойно, но Алла заметила напряжение в его плечах.
— Просто мера предосторожности, — она поправила камеру на полке с посудой. — Так я буду спокойнее.
Игорь долго смотрел на нее, затем поставил чашку на стол.
— Это неправильно — наблюдать за людьми.
— Просто дай мне убедиться, что всё в порядке, — Алла подошла и обняла его. — Это пройдет.
Но не прошло. Наоборот, с каждым днем беспокойство росло. Вера казалась идеальной няней: вовремя кормила Мишель, меняла подгузники, пела колыбельные.
Никогда не повышала голос. Однако что-то в ее поведении заставляло Аллу чувствовать тревогу.
Через два дня камера исчезла.
— Ты ее убрал? — спросила Алла, обнаружив пустое место на полке.
Игорь поднял взгляд от ноутбука:
— Да. Я же говорил, что это неправильно. К тому же, Вера может почувствовать себя неуютно.
— Ты должен был обсудить это со мной.
— А ты должна была обсудить со мной установку камеры, — он закрыл ноутбук. — Алла, это излишняя подозрительность. Вера — хороший человек. С рекомендациями и опытом работы.
***
Серебряная ложка исчезла через неделю после найма Веры. Свадебный подарок от тети Алены — целый набор старинного серебра, но пропала только одна ложка.
— Ты уверена, что она была? — спросил Игорь, когда Алла перевернула весь ящик с приборами. — Мы могли использовать ее и положить в другое место.
— Я точно помню, что их было шесть. Пересчитала, когда мыла после приезда гостей.
Игорь пожал плечами:
— У нас столько всего... сложно уследить за каждой мелочью.
— Но серебряная ложка...
— Может, Мишель забросила ее куда-то, когда играла. Не знаю. Но я не хочу жить в доме с камерами слежения.
В ту ночь Алла не могла заснуть. Она лежала, прислушиваясь к дыханию мужа, и думала о том, насколько они отдалились друг от друга за последние месяцы. Раньше они могли говорить обо всем: о работе, о мечтах, о маленьких повседневных радостях. Теперь их разговоры сводились к графику кормления и смене подгузников.
Утром, когда Игорь ушел на работу, а Вера взяла Мишель на прогулку, Алла достала из коробки со старыми вещами плюшевого медведя — подарок от коллеги на рождение дочери.
Аккуратно распоров шов на спине, она вложила внутрь миниатюрную камеру и поставила игрушку на полку в детской, так, чтобы объектив был направлен на комнату.
***
— Ты какая-то напряженная в последнее время, — Игорь подошел к Алле и положил руки ей на плечи. — Что-то случилось?
Алла покачала головой. Она не могла сказать ему, что уже неделю наблюдает за камерой в медведе. Не могла рассказать о том, что видела вчера. Как Вера открывала ящики комода в их спальне, как перебирала украшения в шкатулке.
— Просто устала, — она повернула голову и попыталась улыбнуться. — Малышка плохо спит по ночам.
Игорь мягко коснулся ее плеча:
— Может, сходим куда-нибудь вечером? Попросим Веру побыть с Мишель подольше. Нам нужно время для себя.
Это было последнее, чего Алла хотела сейчас — оставить дочь с Верой на весь вечер. Но отказываться без причины означало вызвать еще больше подозрений.
— Давай на следующих выходных, — она нашла компромисс. — Мишель сейчас плохо спит, не хочу оставлять её надолго.
Игорь нахмурился:
— Ты всегда находишь отговорки. Я начинаю думать, что дело не в ребенке.
— В чем тогда?
— Не знаю, — он отошел и сел напротив. — Может, ты мне расскажешь? Что происходит, Алла?
В этот момент из детской донесся плач Мишель. Разговор прервался, и Алла поспешила к дочери, чувствуя одновременно облегчение и тревогу.
***
На следующий день Алла вернулась из магазина раньше обычного. Не предупредив никого, она тихо открыла дверь квартиры и замерла, услышав голоса на кухне.
— Ты точно проверил все места? — голос Веры звучал напряженно.
— Она ничего не нашла, иначе давно бы уже спросила, — Игорь говорил тихо, но Алла отчетливо слышала каждое слово.
— А ребенок?
— Не беспокойся о ней. Всё будет в порядке.
Сердце Аллы забилось так сильно, что казалось, они могут услышать его стук.
Что они затевают? О какой "ней" говорил Игорь? О дочери или обо мне?
На кухне что-то упало, и раздался негромкий смех. Мужа. И няни. Такой доверительный, словно они были давно знакомы.
Алла прислонилась к стене, чувствуя слабость в ногах. Она должна была догадаться раньше. Странные взгляды, которыми иногда обменивались Игорь и Вера. То, как он всегда защищал няню. Пропавшая серебряная ложка — просто отвлекающий маневр? Или первый шаг к чему-то большему?
Она вернулась к входной двери и громко захлопнула ее, давая понять, что пришла. Разговор на кухне мгновенно стих.
— Алла? — через несколько секунд Игорь вышел в коридор. — Ты сегодня рано.
— Да, решила пораньше вернуться к дочери, — она старалась держать голос ровным. — Как она?
— Спит, — он улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз. — Вера только что покормила ее.
По спине пробежал холодок.
— А где Вера?
— На кухне, мы обсуждали меню для Мишель на следующую неделю.
Алла кивнула и прошла мимо мужа в детскую. Мишель действительно крепко спала, свернувшись калачиком. Алла провела пальцем по ее щеке и взяла на руки плюшевого медведя с камерой.
— Мне нужно переодеться, — сказала она, выходя из комнаты. — Потом поговорим о планах на ужин.
В спальне Алла быстро подключила камеру к телефону и перемотала запись на несколько часов назад. То, что она увидела, заставило ее замереть.
Вера аккуратно кормила Мишель с ложечки. Затем уложила ее спать и вышла из комнаты. Камера показывала пустую детскую около получаса. Потом дверь открылась, и вошел Игорь. Он тихо подошел к кроватке, постоял, глядя на дочь. Затем взял с полки какую-то книгу и начал перелистывать страницы, словно что-то искал.
Что он ищет?
Внезапно Игорь поднял голову и посмотрел прямо в камеру — точнее, на полку, где стоял медведь. Его лицо изменилось. Он медленно подошел, взял игрушку в руки и внимательно осмотрел. Алла затаила дыхание, наблюдая, как муж ощупывает медведя, находит шов на спине... и возвращает игрушку на место, не обнаружив камеру. Через минуту в комнату вошла Вера. Они переговаривались шепотом, но камера записала каждое слово.
— Нашел что-нибудь? — спросила няня.
— Нет, — Игорь покачал головой. — Но я уверен, она что-то подозревает.
— Согласен.
***
Два дня Алла жила в странном оцепенении. Она занималась домашними делами, целовала дочь, разговаривала с мужем и няней как ни в чем не бывало. Но внутри нее нарастала паника. Что они планируют? Измена? Что-то забрать? Что-то хуже?
Следующим утром, пока Игорь был на пробежке, а Мишель еще спала, Алла начала поиски. Она проверила все шкафы, комоды, антресоли — и нашла то, что искала. В глубине кладовки, за зимними вещами, стояли чемоданы. Не один и не два — четыре больших чемодана, словно кто-то собирался в долгое путешествие.
Догадка пронзила ее, как электрический разряд. Всё встало на свои места: странные разговоры, исчезнувшая ложка (проверка ее реакции?), поиски в детской (документы на ребенка?).
В тот же день, когда Игорь отправился в магазин за продуктами, а Вера была с Мишель в детской, Алла продолжила свое расследование. Она отыскала один из чемоданов и осторожно открыла его.
Внутри лежали аккуратно сложенные мужские вещи — рубашки Игоря, брюки, несколько свитеров. На дне чемодана — папка с документами. Алла открыла ее и увидела копии паспорта мужа, свидетельство о рождении Мишель, какие-то выписки из банка.
Они действительно собираются уехать. И собираются забрать Мишель.
Потом Алла закрыла чемодан и спрятала его обратно. Вечером, когда Вера ушла, а Игорь переключал каналы в гостиной, Алла сидела в спальне, не находя себе места.
Что она должна делать? Прямо спросить? А если он всё отрицает? Или хуже того — решит действовать быстрее?
В десять вечера Игорь зашел в спальню, поцеловал ее в щеку и вышел. Алла прислушалась к его шагам — он пошел не в гостиную, а в сторону кладовки.
Через несколько минут она услышала, как он тихо разговаривает по телефону. Отдельные фразы долетали до нее: "...всё готово... чемоданы собраны... да, завтра в одиннадцать..."
Алла стиснула кулаки. Значит, завтра. Они заберут Мишель завтра, пока она будет на приеме у терапевта. Она подкралась к двери, приоткрыла ее и увидела, как Игорь убирает телефон в карман и идет к кладовке. Она тихо вернулась на кровать и сделала вид, что читает, когда он вошел в спальню.
— Алла, ты не видела мою синюю папку с документами?
— Нет, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — А что?
— Да так, ничего важного, — он слегка улыбнулся. — Просто не могу найти.
Когда он снова вышел, Алла прижала руки к лицу. Они делают это. Они на самом деле собираются забрать ее дочь.
На следующее утро Алла проснулась с головной болью. Вера должна была прийти в девять. В восемь тридцать Алла позвонила педиатру и отменила прием. Затем оделась и стала ждать.
Няня пришла ровно в девять, как всегда пунктуальная.
— Доброе утро, — улыбнулась Вера. — Как Мишель?
— Спит, — коротко ответила Алла. — Я сегодня никуда не пойду. Отменила визит к врачу.
Она заметила, как на мгновение дрогнуло лицо няни.
— Что-то случилось? — спросила Вера.
— Нет, просто решила побыть дома, — Алла старалась выглядеть спокойной. — Мы с Мишель никуда не пойдем сегодня.
Ровно в одиннадцать в дверном проеме детской появилась Вера с Мишель на руках.
— Алла, — Игорь поставил сумку и шагнул к ней. — Мы хотели поговорить с тобой.
— О чем? О том, что ты уходишь? Или о том, что забираешь мою дочь?
— Нашу дочь.
Алла почувствовала, как к горлу подступает тошнота.
— Так вы вместе? Ты и... няня моего ребенка?
— Это не то, что ты думаешь, — Игорь покачал головой. — Вера — моя двоюродная сестра.
Алла моргнула, пытаясь осмыслить услышанное.
— Что? — она перевела взгляд с Игоря на няню. — Но у тебя нет двоюродной сестры. Ты никогда о ней не говорил.
— Потому что мы не общались много лет. Семейная ссора, — он вздохнул. — Но когда родилась Мишель, я решил, что пора наладить отношения. Вера работала в детском саду, и когда нам понадобилась няня...
— Ты хочешь сказать, что нанял свою сестру в качестве няни и не посчитал нужным сообщить мне об этом? — Алла почувствовала, как внутри нарастает возмущение. — И эти чемоданы? Вы что, думали просто уехать и оставить записку?
— Мы не собирались уезжать втроем, — Вера впервые подала голос. — Твоя дочь остается с тобой.
— Тогда что всё это значит?
Игорь провел рукой по волосам:
— Я переезжаю, Алла. К родителям, пока не найду квартиру. Нам нужно время врозь.
— Из-за нее? — Алла кивнула в сторону Веры.
— Нет! — в голосе Игоря прозвучало искреннее удивление. — Вера — моя сестра!
— Тогда почему?
— Потому что ты превратилась в подозрительную личность! — он повысил голос, затем глубоко вздохнул и продолжил тише: — Камеры слежения. Ты проверяешь мой телефон, я знаю. Следишь за каждым шагом, за каждым словом. Это не жизнь.
— Я пытаюсь защитить нашу дочь, — Алла перевела взгляд на Мишель. Девочка спокойно сидела на руках у Веры, засунув палец в рот.
— От чего? От кого? От меня? От Веры? — Игорь покачал головой. — Ты не можешь контролировать всё на свете, Алла. Иногда нужно просто доверять людям.
— Как я могу доверять, когда ты лжешь мне?
— Я не лгал, просто... не говорил всего.
Алла горько рассмеялась:
— И это, по-твоему, не ложь? А таинственные разговоры с Верой? "Она что-то подозревает"?
— Мы говорили о моем переезде, — тихо сказал Игорь. — Я знал, что ты расстроишься, и хотел подготовить всё так, чтобы для тебя это был не такой удар.
— Очень заботливо, — Алла скрестила руки на груди. — И серебряная ложка? Тоже часть твоего плана по "смягчению удара"?
Игорь и Вера переглянулись.
— Какая ложка? — искренне удивился он.
— Свадебная. Из набора тети Алены. Пропала через неделю после того, как Вера начала у нас работать.
— Я ее не брала, — Вера покачала головой. — Зачем мне ваша ложка?
Алла посмотрела на них, пытаясь понять, лгут они или нет. Неожиданно в памяти всплыл момент: Мишель на высоком стульчике, тянется к столу, хватает блестящий предмет... А потом стук металла о пол.
— Мишель, — тихо сказала Алла. — Она уронила ложку за холодильник.
Наступила тишина. Игорь медленно обошел Аллу и опустился на колени у холодильника. Через минуту он выпрямился, держа в руке пыльную серебряную ложку.
— Вот и разгадка, — он положил ложку на стол.
Вера шагнула вперед:
— Алла, я понимаю твои подозрения. Я чужой человек, который заботится о твоем ребенке.
— Почему ты рылась в моих вещах? — Алла не отводила взгляда от няни. — Я видела, как ты открывала ящики в спальне.
— Потому что я искала ее, — Вера вздохнула. — Когда ты упомянула о пропавшей ложке, я испугалась, что ты думаешь на меня. Я хотела найти ее, прежде чем обвинения станут серьезнее.
— И ты решила обыскать мой комод?
— Она искала в самых неожиданных местах, — вмешался Игорь.
Алла вспомнила. Месяц назад она обыскала всю квартиру в поисках любимых сережек, подарка Игоря на годовщину. Они нашлись в земле, в горшке с фикусом — очередная проделка маленьких шаловливых ручек.
— Я не знала, что Вера — твоя сестра, — тихо сказала Алла. — Ты должен был сказать.
— Ты бы согласилась, если бы я сказал?
Алла задумалась. Доверила бы она свою новорожденную дочь родственнице мужа, о существовании которой не знала до этого момента?
— Нет, — честно ответила она. — Наверное, нет.
— Вот поэтому я и не сказал, — Игорь вздохнул. — Хотел, чтобы ты сначала увидела, какая она хорошая няня.
Мишель начала хныкать на руках у Веры. Няня тихо запела колыбельную, покачивая девочку. Алла наблюдала за ними, чувствуя, как что-то сжимается внутри. Как много она упустила, пытаясь всё контролировать?
— Ты правда уходишь? — спросила она Игоря.
— Да, — он кивнул. — Нам нужно время. Подумать.
Алла кивнула. Вера тихо прошла мимо нее и положила Мишель в детскую кроватку.
— Я, пожалуй, пойду, — сказала няня. — Вам нужно поговорить наедине.
Игорь кивнул:
— Спасибо, Вера.
Когда дверь за няней закрылась Игорь сел на диван:
— Знаешь, когда ты поставила первую камеру, я был очень расстроен. Думал: "Как она может так не доверять мне?" А потом понял: дело не во мне. Ты не доверяешь никому.
— Я боялась, — просто сказала Алла. — Раньше, если что-то шло не так, страдала только я. Теперь есть она. Такая маленькая, беззащитная...
— Я понимаю, — он вздохнул. — Но камеры, слежка, подозрения... это не решение.
— А что решение?
— Доверие. Или хотя бы попытка доверять.
Алла посмотрела на мужа, затем на дочь, мирно засыпающую в кроватке. Мишель никогда не видела мира без камер наблюдения.
— Я удалю приложение, — внезапно решила Алла. — Прямо сейчас.
Она достала телефон и показала Игорю, как удаляет программу для слежения.
— И где медведь с камерой?
— В детской, на полке.
— Пойдем.
Они молча прошли в детскую. Алла сняла с полки плюшевого медведя и протянула Игорю. Тот взял игрушку, аккуратно распорол шов на спине и вытащил крошечную камеру. Положил ее на ладонь, демонстрируя Алле, затем с силой сжал пальцы.
— Всё, — он раскрыл ладонь, показывая смятые детали. — Конец эпохи тотального наблюдения.
— Но ты всё равно уезжаешь?
Игорь медленно кивнул:
— Мне нужно время. И тебе тоже.
Алла кивнула, чувствуя, как к глазам подступают слезы.
— Я буду приходить к Мишель каждый день, — продолжил он. — Играть с ней, купать, укладывать спать. Мы все равно будем семьей, просто... по-другому.
— Я не хотела, чтобы так вышло, — произнесла Алла тихо.
— Знаю, — Игорь осторожно взял ее за руку. — Я тоже. Но у нас есть шанс всё исправить. Просто нужно время.
Мишель тихо заплакала. Они переглянулись и одновременно двинулись к двери.
— Я возьму ее, — сказал Игорь.
— А я сделаю чай, — отозвалась Алла. — И может, закажем пиццу?
Он улыбнулся в ответ, и в этой улыбке Алла впервые за много месяцев увидела проблеск надежды. Возможно, им действительно нужно было время врозь, чтобы найти путь друг к другу.
Возможно, настоящее доверие начинается с готовности отпустить контроль.
Она вошла на кухню и взглянула на пустую полку, где когда-то стояла камера. Серебряная ложка поблескивала на столе, напоминая о том, как легко принять совпадение за злой умысел. Алла взяла ее и положила в ящик к остальным пяти. Набор снова был полным.
Теперь оставалось собрать воедино их семью. Без камер. Без подозрений.
Если любите нестандартные сюжеты — вам сюда👇🏻
Спасибо за доверие и подписку на канал "Радость и слёзы". Надеюсь, мои истории будут вам близки!