Общество с ограниченной ответственностью обратилось в Конституционный Суд РФ с жалобой об оспаривании конституционности ст. 195 «Понятие исковой давности» и 196 «Общий срок исковой давности», п. 1 ст. 197 «Специальные сроки исковой давности», п. 1 и абз. 2 п. 2 ст. 200 «Начало течения срока исковой давности» ГК РФ.
В обоснование своих требований заявитель указал, что он является собственником приватизированного в 1994 г. здания медико-санитарной части.
В 2023 г. Первый заместитель прокурора Саратовской области, действуя в интересах РФ и Саратовской области, а также Правительство Саратовской области, обратились с иском об истребовании спорного здания и соответствующего земельного участка из незаконного владения Общества, указывая, что ответчиком нарушены обязательные условия и порядок приватизации объекта здравоохранения, который после приватизации не использовался для осуществления медицинской деятельности.
Суды иск удовлетворили и отклонили довод ответчиков о пропуске истцами срока исковой давности, придя к мнению о необходимости исчисления этого срока с момента завершения прокуратурой проверки, выявившей допущенные нарушения. В качестве дополнительного аргумента была отмечена недопустимость применения института исковой давности в качестве способа легализации имущества, незаконно приобретенного в ущерб интересам публичного собственника и помимо его воли.
В конституционной жалобе заявитель просил признать законоположения ГК РФ, регулирующие исчисление срока исковой давности, не соответствующими Конституции РФ, поскольку установленные ими правила не применяются в отношении исков прокуроров, направленных на изъятие имущества из частной собственности в интересах публично-правовых субъектов.
Конституционный Суд РФ обратил внимание, что положения статьи 200 ГК РФ наделяют суд для эффективного осуществления правосудия необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности, исходя из фактических обстоятельств дела.
Принятое судами решение об удовлетворении иска было обусловлено, прежде всего, фактом неисполнения обязанности по сохранению профиля соответствующих объектов после их включения в состав приватизируемого имущества.
Условие же о сохранении социально значимого профиля приватизируемого объекта является существенным и по своему смыслу направлено на исполнение социальных обязательств России как государства, политика которого должна была быть направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (статья 7 (часть 1), статья 751 Конституции РФ).
Момент, когда публично-правовому образованию стало или должно было стать известно о нарушении своих прав, равно как и момент, когда состоялось нарушение условия использования такого объекта в период действия этого условия, определяется судом с учетом всей совокупности фактических обстоятельств, поэтому таковым не обязательно является дата перехода соответствующего объекта из публичной собственности в частную в ходе приватизации. Именно эти критерии начала течения срока исковой давности применимы и в случаях, когда иск в защиту интересов публично-правового образования был заявлен прокурором (п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»)
Конституционный Суд РФ отказал в принятии к рассмотрению жалобы.
Определение Конституционного Суда РФ № 914-О/2025 от 14 апреля 2025 г.