Началоhttps://dzen.ru/a/Z1WYSH6G9nNOJ4_y
- Яретта, ты ходишь?! - закричал потрясенно и взволнованно Орельян, забыв, что играет напыщенного вельможу. - Как? Как это произошло?
- Ах, Орельян, - хлынули обильные слезы из глаз девушки. - Эмильетта исчезла! И Хардьен! Хардьен! Он..! - она упала Орельяну на грудь, плача, и он поддержал ее за талию, потому что девушку ноги держали еще плохо. Очевидно, все-таки, она поспешила ходить.
Эмильетте так хотелось обнять сестру! Прижать к себе, успокоить! Она сжала одну свою руку другой, сдерживаясь изо всех сил.
- Что с Хардьеном?! - встревоженно спросил Орельян у Яретты. - Где он?!
- Он погиб! - только и смогла выжать из себя Яретта и снова залилась плачем.
- Как это погиб? - спросил герцог немного растерянно. Очевидно, и для него эта новость была горькой и болезненной. Но он вдруг взглянул на Эмильетту, стоявшую рядом и мелко дрожавшую, оглянулся на своих подчиненных и вспомнил, кто он и кого сейчас должен представлять в форте: хитрого Проспера, выдающего себя за герцога и командора.
- Да! - голос Орельяна приобрел командирский тон. - Группа, приехавшая со мной, идет отдыхать, потому что мы много потратили сил и магической энергии на врагов! Но всех уничтожили! Барон Валенс, вы проверьте все стены и укрепления! На всякий случай! Это никогда не помешает! И уберите отсюда этих зевак! - Орельян указал на толпу, начавшую собираться у ворот. - Вижу, никто не занимается своими делами и все нашли время вытаращить глаза, открыть рты и развесить уши, слушая чушь адъюнкта Лорана! А вы, Лоран, пойдете сейчас в мои покои и все расскажете! Детально! Барышню Яретту - к целителю! Где он, черт побери?! Девушка начала ходить лишь недавно, еле ноги передвигает, у нее шок! А вы ее отпускаете разгуливать по форту! В целительскую немедленно! Пусть адаптируется! Дайте ей снотворного, чего там еще? Пусть поспит и успокоится! И где Хардьен? То есть, магомехан? Тоже пусть несут его в мои покои!
Орельян развил бурную деятельность, и все забегали, засуетились. Толпа мгновенно исчезла, никто не хотел попасть под горячую руку непредсказуемому и сердитому командору.
Тут же нашелся целитель Филистьен, начавший оправдываться, что барышня Яретта его совсем не слушается, а он же приказывал ей идти с ним! Она сидела все время и плакала над разбитым магомеханом! Он подхватил девушку под локти и повел в целительскую комнату. Она и не сопротивлялась уже, была очень истощена от двойного шока: гибели Хардьена и того, что может ходить.
Двух коренастых солдат отослали подобрать остатки магомехана. Командор приказал также тщательно следить за окрестностями, возможно, его жена вышла прогуляться, а Лоран напридумывал разных страхов! И когда адъюнкт начал возмущаться, что герцогиня не такая, что она не могла, то просто заткнул адъюнкту рот гневным возгласом:
- Молчать! - лицо командора побагровело, а все вокруг притихли. - Тут говорю и решаю все я! И лучше знаю, что могла сделать моя жена! Говорил же ей, нигде не шляться! Сидеть в покоях! Вот этого я и боялся! У нее уже бывало такое! Как зайдет куда-то - ищи ее потом! Не удивлюсь, если под вечер она окажется в своей комнате! Ох, эти женщины!
Орельян под сочувственные взгляды некоторых мужчин, которые, наверное, тоже в каких-то ситуациях страдали от непослушания женщин, быстрым шагом поспешил к себе в покои, раздраженно рявкнув в самом конце Эмильетте-групппиданке, словно вспомнив о ней в последний момент: “И ты за мной следуй! Мигом!”. Развернулся и исчез в дверях фортового замка.
Позже по замку поползли слухи, что командор привез из поездки в оазис себе любовницу из группиданок. Ведь его жена очень странная и ему трудно с ней жить, она как будто не от мира сего, и даже, наверное, и не любит его, не желает с ним спать, а он же мужчина здоровый, ему нужно же как-то расслабляться. Эти слухи сам Орельян и распространил уже давно, а сейчас они лишь подтвердились…
В покоях Орельян мельком проверил, не появились ли магические артефакты и заклинания для подслушивания в его комнате за время отсутствия. Приказал Эмильетте молча сидеть в углу на стуле, а сам остановился с непроницаемым лицом перед сложенными на полу железными частями магомехана. Руки и ноги майского жука были поломаны в нескольких местах. Цилиндр головы отлетел от тела и был помят от удара, очевидно, о каменную мостовую возле смотровой башни…
Лоран топтался рядом, злой, как тигр перед прыжком на врага, но подождал, пока выйдут охранники, принесшие магомехана. Он хотел выказать все, что думает о командоре, ему один на один. Возмущенно смотрел на группиданку в углу, хмурился и тяжело дышал…
- Лоран, - сразу же спросил уже спокойным голосом Орельян, когда за охранниками закрылась дверь, - есть ли у вас артефакт проверки подслушивания и слежки?
- Э-э-э... что? - удивился Лоран, потому что только что хотел уже начать ссориться с командором, а тут такой вопрос.
- То, что вы услышали! - раздраженно проговорил Орельян. - Есть у меня подозрение, что нас могут подслушивать.
Лоран молча порылся в кармане и вытащил из него маленькую монетку. Она была желтого цвета. Мужчина потер ее пальцами и она мгновенно приобрела красный цвет. А через секунду от монетки протянулся магический луч куда-то к окну. Адъюнкт удивленно поднял брови, взглянул на Орельяна.
- Обезвредьте! - приказал командор.
Лоран подошел к окну и возле одной из рам нашел небольшое грязное пятно, к которому тянулся луч от артефакта-монеты. Отковырял ее от рамы и сразу же испепелил. Монета стала снова желтой.
- Значит, это все, - кивнул Орельян. - Гм. Все-таки кто-то постоянно передает мне эти маленькие сюрпризы. Похоже на слуг. Спасибо, Лоран.
Командор вскинул руку и от его пальцев по комнате разлетелись небольшие искры: это было заклинание, не позволявшее услышать того, о чем сейчас будут говорить в этой комнате.
- А теперь поговорим без свидетелей. И откровенно. Эмильетта, - обратился он к группе. - Я должен открыться Лорану, потому что мы нуждаемся в поддержке в нашем деле. Одним нам будет тяжело. И хоть мне не нравится, как этот парень на тебя иногда смотрит... И да, я ревную! Безумно ревную к нему! - сжал руки в кулаки Орельян. - Но сейчас должен отбросить личное в сторону! Ты не против, любимая?
- Ты зря ревнуешь, Орельян, - я люблю только тебя! - отозвалась групппиданка.
- Эмильетта, это вы? Э-э-э... то есть, герцогиня, это вы? - растерянно спросил Лоран у группиданки. - Герцог, что происходит?
- Сейчас я вам все объясню, устало сказал Орельян. - Но прежде чем перейти к делу, мне нужна помощь. Мы с вами вместе должны осмотреть этого магомехана и решить, сможем ли мы спасти ему жизнь?
Лоран замер с открытым ртом. Все злые и бранные слова, которые хотели вылететь из него, застряли в горле. Сказать, что он был очень удивлен, это ничего не сказать. Всегда раздраженный командор, как оказалось, умел разговаривать с обычной и спокойной интонацией. Даже искренне.
- Вы хотите спасти этот кусок лома? - спросил Лоран недоверчиво. - Но ведь это просто магомехан. Он очень поломан, рассыпался на части. Сомневаюсь, что его можно восстановить. А если и так, то на это уйдет очень много времени. И денег. Я вижу поврежденные центры в нервно-магической структуре его организма. Соединить части механа возможно, но восстановить его подвижность - это вряд ли удастся. Даже самый лучший специалист по магомеханике не взялся бы за это, - Лоран покачал головой, рассматривая груду металла, лежавшую на полу. - Я знаю, о чем говорю! Дело в том, что у меня... э-э-э ... ненастоящая нога, - кивнул он себе на правую ногу. Я потерял ее во время одного опасного эксперимента. Думал, что все, останусь калекой на всю жизнь. И долго, очень долго работал над созданием своей новой ноги. Да, вы не ошиблись! - кивнул он на удивленный взгляд Орельяна. - Я сумел создать себе ногу сам! Из специального материала и железа, где-то отдаленно по схожей технологии, по которой делают и магомеханов. Но магически-нервная система в конечностях и их связь с головным мозгом - это отдельные исследования, которые заняли много времени и сил. И хоть я сумел создать себе такой невероятно похожий на настоящую ногу протез, он несовершенен. Я заменяю его раз в полгода. Потому что эти магически-нервные связи очень нестабильны! Их следует постоянно восстанавливать! У этого магомехана я не вижу их вовсе! Они исчезли, а это значит - восстановление невозможно! Я мог бы попробовать, то это напрасный труд! Кроме того, голова. В ней хранится средоточие жизни магомехана, зачатки разума, которые сложены магически. Она повреждена, а значит…
Слушая слова адъюнкта, Орельян все больше хмурился, а Эмильетта закрыла рот рукой, чтобы не выдать всхлипывания, вырвавшиеся на волю.
- Лоран, вы не поняли, - присел у остатков майского жука Орельян. Прикоснулся к цилиндру-голове, провел ладонью по зубчатым шестерням широкого рта, застывшим в вечном оскале. Затем протер пальцами треснувшее, но чудом уцелевшее стекло очков правого глаза магомехана. - Это не простой магомехан. Это Хардьен. Мой друг. Мой лучший друг. И мой враг одновременно. Я не могу допустить, чтобы он умер. Ведь это я, именно я привез его сюда, разрешил поехать за тридевять земель, чтобы он здесь встретил свою смерть! Если есть на свете какие-то боги, то почему они допустили его смерть? Этот человек и так настрадался. Боги, он не заслуживает такой смерти! Лучше бы умер я!
Орельян вскочил на ноги и отошел к окну. Наверное, прятал слезы, ведь его голос дрожал, когда он вспоминал своего друга.
- Вы говорите, что это - человек? - еще больше удивился Лоран. - Но ... но это лишь мечты! Все это на стадиях разработок! Лишь сильнейший маг смог бы вложить разум и душу человека в железного магомехана! Это высший уровень работы с метательной и физически-нервной магией! Не может быть!
- Да, Хардьен, то есть этот магомехан - человек! - кивнул Орельян, не поворачиваясь. Он начал вспоминать давно минувшие дни. - Мы когда-то были самыми отъявленными врагами. Два молодых идиота, которые (так случилось) когда-то давно соперничали за одну даму. В столице было двое крупнейших ловеласов и гуляк - это мы с Хардьеном. Каждый пытался переплюнуть другого, чтобы доказать, что он самый крутой в любом деле: пьянстве, охоте на женщин, в каких-то глупых и опасных выходках. Однажды, - грустно вспоминал Орельян, - мы зашли слишком далеко. Решили, что тот, кто сумеет быстрее пройти по карнизу балкона нашей дамы, тот останется с ней на ночь, а другой смирится и уйдет прочь.
- Какая глупость! - воскликнул Лоран.
- Согласен! - кивнул Орельян. - А тогда это двум юнцам навеселе казалось замечательным решением спора. Да и дама-то нас не очень интересовала. Нам было просто интересно вместе! Игра! Азарт! Кураж! Вот это щекотало нам нервы и амбиции! Мы тогда, наверное, и не врагами даже были, не соперниками, как все считали, а замечательными друзьями, которые не сумели подружиться! Ведь Хардьен мне нравился! Я хотел бы иметь такого брата, как он! Да и он, думаю, чувствовал то же самое. Между нами всегда происходили разговоры, полные шуток, сарказма и хитрых словесных маневров... Ох, да что уж сейчас говорить! Я пошел по тому карнизу первым и, конечно же, оступился, потому что был изрядно навеселе. И уже почти падал с огромной высоты, когда почувствовал, как меня кто-то хватает и тянет назад, на балкон... Хардьен схватил меня уже, считай, в полете. Сумел вцепиться в пояс и бросить на пол. Но сам сильно опирался о перила балкона. Они были хрупкие, ажурные... и не выдержали натиска его тела... Хардьен упал вместо меня... я мигом протрезвел и бросился его спасать... Короче говоря, я нашел мага, перенесшего сущность Хардьена в обычного магомехана. Потом заказал для друга (а теперь я считаю Хардьена своим другом, которому обязан жизнью!) лучший из механизмов, который только мог создать мастер. Он жил у меня, но ... хотел умереть, считал, что не заслуживает жизни... Но я не давал ему впасть в отчаяние, искал выход, думал, искал мага, который мог бы сотворить чудо и ... перенести Хардьена в живое тело... но теперь…
В комнате воцарилась тишина. Лишь было слышно всхлипывание Эмильетты-групппиданки, проникшейся тяжелой судьбой Хардьена. Она знала обо всем этом от Яретты, но не была знакома с такими подробностями, которые рассказал герцог.
- Теоретически, - прервал молчанку Лоран, - это, наверное, возможно. Но практически... Перенести сущность человека в магомехана трудно, но это иногда бывало. Очень редко. Ведь никто не хочет жить железным истуканом, - покосился адъюнкт на железные остатки под ногами. - А вот вселить разум и душу в другое тело - такого я не слышал. да и какое тело?
- Лоран, в жизни бывает разное. Люди умирают. Умирают, даже несмотря на временные жетоны. Внезапная смерть может продолжиться новой жизнью, - непонятно и медленно проговорил Орельян, повернувшись к адъюнкту. - Можно ли достать сущность Хардьена? Жива ли она? Можете ли вы увидеть это и попытаться сделать это?
Вместо ответа Лоран кивнул и склонился над цилиндром-головой. Поднял и переложил на стол. Нажал какие-то пружины на голове и широкий рот щелкнул и раскрылся очень широко, демонстрируя внутри головы магомехана какие-то трубки, иглы, кольца, узкие шланги и провода. Лоран засунул руку внутрь цилиндра и вытащил оттуда небольшой железный ящик. Тут же его открыл и присвистнул:
- Ого! У вашего друга Хардьена была насыщенная личная жизнь даже в образе магомехана!
Лоран достал из ящика увядший, изрядно подсохший венок, который сплела магомехану когда-то Яретта, положил на стол. Туда же легли какие-то ключи, катушка с красными нитками и воткнутой в нее иглой, большой перстень, разорванный на две части голубой антимагический браслет из прыгуна, несколько разных кристаллов, еще какие-то безделушки. В одном из кристаллов Эмильетта узнала розовый камень из отеля в Пропьяре. Орельян быстро подошел к столу и схватил перстень.
- Этот перстень Хардьен хранил по моей просьбе, - пробормотал он и спрятал его в карман. Эми встрепенулась в душе, но не подала виду. Ведь она узнала это украшение!
Последними Лоран положил на стол несколько писем, на которых крупным каллиграфическим Яреттиным почерком (Эми даже издали узнала эти знакомые буквы!) было написано "Любимому Хардьену от Яретты", и мелким незнакомым почерком - “Любимой Яретте от Хардьена”.
- Ох, боги! - проговорил отчаянно Орельян, прочитав надписи на письмах. - Он влюбился!
Эмильетта тоже подошла к столу, прижалась к мужу. Орельян обнял ее за плечи, и они молча и с болью смотрели на все эти вещи, которые Хардьен хранил в самой ценной части своего железного организма, в месте, где находилась его сущность, то есть, можно сказать, около сердца и около души. Ибо последней из шкатулки Лоран извлек небольшой шар, в котором вспыхивали магические молнии и искры.
- Сущность Хардьена жива, - проговорил Лоран, пристально разглядывая шар, средоточие жизни Хардьена. - Но ненадолго. Максимум два дня. И если она не будет перенесена в какое-то тело - он умрет уже окончательно...
- Два дня! Это невозможно! - вскрикнула отчаянно Эмильетта. - Надо что-то делать! Возможно, следует перенестись порталом в Пропьяр? Там есть больница. Недопустимо о таком говорить, но, возможно, там есть больные, которые умерли? И тогда можно попробовать перенесли в то тело Хардьена?! Ох, святые боги, что я говорю?! Так нельзя! - девушка уткнулась в плечо Орельяна и горько заплакала.
- Это жизнь, - сухо проговорил герцог, прижав к себе супругу. Она все еще была в своей личине, и широкая шляпка съехала набок, а ткань, ее покрывавшая, была вся мокрая от слез там, где девушка прижималась лицом к груди мужчины. - Но дело в том, что портал работает лишь в одну сторону. Только сюда можно прибыть, а обратно к Защитному Каналу следует ехать по пустыне. Раз в полгода при передислокации форт оставляет большой отряд солдат и магов, которым не страшна такая опасная дорога. А им на смену приходят порталом другие. Мы не сможем попасть в больницу Пропьяра, как бы нам ни хотелось, портал там закрыт на прием. Поэтому самозванец и хочет, чтобы я уничтожил портал, чтобы сюда не прибыла королевская подмога. Но ... я думаю над этим, Эмильетта, - мужчина погладил девушку по спине. - Я сделаю все, чтобы Хардьен жил. Лоран, - обратился он к адъюнкту. - Сохраните этот шар с сущностью Хардьена до послезавтрашнего дня. Я введу вас в курс дела, что должно тогда произойти. И мы вместе все обдумаем. Нам надо хорошо подготовиться, ведь и весь форт, и все королевство в опасности! И только от нас зависит, сможем ли мы жить дальше в свободной стране или станем рабами реттиеров…
Лоран кивнул, снова положил магический шар в хорошо защищенную железную шкатулку, специально предназначенную для хранения сущности и души Хардьена, и спросил:
- Я все сделаю, командор, но теперь нуждаюсь в объяснениях. Почему вы совсем не похожи на себя? Почему герцогиня Эмильетта в таком виде и, смешно сказать, маскируется под групппиданку и выдает себя за вашу любовницу? Где вы были все это время? Где были, собственно говоря, вы герцогиня? Ведь я собственными глазами видел, как незнакомые мужчина и женщина втащили вас в портал вот здесь, на этом месте, в этой комнате! А та странная женщина, которая появилась в форте из портала, ничего не помнит. Кажется, она была среди туристов в Пропьяре. Оказалось, ее хорошо знает ваш слуга Фабьян. в настоящее время он заботится о ней, потому что та дама находится в некотором эмоциональном и магическом шоке…
- А я как раз хотел спросить, где Фабьян, - кивнул герцог Орельян. - Он мне тоже нужен. Мы тайно должны создать отряд людей, которые могли бы защитить форт в свое время. Но об этом никто не должен знать. Сгруппировать возле себя я могу только тех, кому полностью доверяю! На данный момент - это вы, Лоран, моя жена Эмильетта и Фабьян, который поддерживал меня всегда. И я понимаю, вопросов очень много, - кивнул серьезно Орельян. - Я на все дам вам ответы. Но мне нужны еще люди, которым бы я доверял, как вам, Лоран. Поэтому те, в ком вы абсолютно уверены, могут присоединиться к моему отряду. Ограниченному кругу людей, готовящих отпор врагу. И пока я не забыл, хочу искренне поблагодарить за насекомое-голема, которое вы подарили моей жене! Ведь ваша белокрылка спасла мне жизнь!
- Да, Лоран, - вспомнила Эмильетта. - Моя Бенуэтта погибла, сломалась, спасая нам жизнь! Я вас прошу, умоляю, отремонтируйте ее, - девушка быстро принялась копаться в своих накидках, достала из кармана шароваров сломанное насекомое и протянула адъюнкту. - Я не хочу ни одной новой и лучшей, я хочу свою Бенуэтту!
- Я попробую, - взглянул на разбитого голема Лоран. - Вы так мило ее называете - Бенуэтта! Это значит, что вам она дорога. А я знаю, как трудно терять того, кто дорог твоей душе. А насчет доверия, - Лоран взглянул на Орельяна и искренне сказал. - Я рад, что вы оказались не таким, каким я воспринял вас при первом знакомстве. Вижу, в форте будет происходить что-то очень серьезное. Поэтому я с вами, командор. И могу поручиться только за барона Валенса и целителя Филистьена. Мы служим в форте с ними уже давно. И прибыли все вместе в свое время. Это искренние и благородные люди, которые служат на благо нашего королевства не за страх, а за совесть…
- Я абсолютно уверен только в моей Эмильетте и Фабьянове. Да еще в вас, Лоран, - кивнул герцог. - И в Хардьене, - добавил грустно, взглянув на шкатулку в руках адъюнкта.
- А я думаю, что Яретта также может присоединиться к нашей группе сопротивления, - проговорила Эмильетта. - Да и госпожа Кос-Мэя, когда узнает почему она здесь появилась и каким образом ее обманули коварные враги, будет не в восторге. А она женщина боевая. Помощь нужна любая…
- Итак, у нас есть круг людей, которым мы доверяем и которые поддержат в трудную минуту и нас, и наш форт, - удовлетворенно и гордо кивнул Орельян. - Это очень тайная операция, и я могу полагаться только на проверенных людей. Поэтому вам, Лоран, будет задача: каким-то образом собрать этих всех людей вечером в моих покоях. Мы должны обсудить план действий. И тогда вы получите ответы на все вопросы, которые сегодня мне озвучили. А пока просто будьте уверены и не сомневайтесь, что я делаю все на благо форта и королевства, ведь нахожусь здесь не только как командор, но и как тайный агент Его Величества короля Вастерьяна. В полночь буду ждать всех. Пока никому ни слова, просто пригласите всех этих людей ко мне…
Так они и договорились встретиться вечером у Орельяна и решить, каким образом действовать дальше. И был очень сложный и трудный разговор между всеми этими людьми, потому что каждый видел по-своему, как следует действовать против врагов. Ведь герцог Орельян рассказал всю правду о том положении вещей, которое сейчас сложилось в форте и в королевстве. И предложил свой план действий.
Все приглашенные в полночь к командору были шокированы, узнав, что предатели во главе с самозванцем Луньефом тайно доставили в форт магические обломки невероятной скрытой силы, планировали создать из них очень опасный артефакт и хотели отдать его врагам. Реттиеры должны были провести в форте Жарминьи ритуал, который уничтожит Защитный Канал, и они могли беспрепятственно захватить королевство и трон.
Неизвестно было, сколько должно было появиться реттиеров в форте, а также, каков уровень силы вражеских магов и сторонников самозванца. Непонятно было, кому доверять в самом Форте, не затаился ли рядом с ними шпион мятежников?
Целитель Филистьен и барон Валенс, выслушав рассказ Орельяна о заговорщиках против короны и их сговоре с реттиерами, сразу же прониклись планами герцога, изменили свое не очень приятное мнение о командоре на кардинально противоположное и очень его зауважали.
Фабьян же все время крутился возле госпожи Кос-Меи, и они оба получили одно задание, которое должны были воплотить в жизнь вместе. Герцог Орельян специально свел их в новом тайном плане, ведь видел, что его слуга неравнодушен к этой женщине.
При обсуждении подробностей плана с тревогой думала Эмильетта о небесных пиратах, которые могли проявить себя в любой момент, ведь где-то здесь, в Форте, также находился их шпион, о котором они намекали еще на прыгуне. Он мог тайно наблюдать за Эмильеттой, и сейчас, когда для всего форта она исчезла, пропала и не вернулась, этот злодей мог проявить себя. Это значило, что смертельная опасность грозит и Яретте, и Орельяну, как бы они ни были защищены магически. А рассказать хотя бы о пиратах и о тимонере Карталисе девушка, как бы ей ни хотелось, не могла, потому что имела в голове магический блок.
Зато о Дастине и дяде, герцоге Родасьене с его преданницей Гильянтой Эми сама не желала рассказывать своему мужу, потому что, после долгих колебаний, решила справиться с этой проблемой самостоятельно.
Слишком много проблем сейчас свалилось на голову любимому, чтобы загружать его еще и этим вопросом. Тем более, что артефакт против ментального покорения девушка уже имела, а под вечер того же дня получила от адъюнкта Лорана целую и рабочую механическую белокрылку. Она была вся скручена, склеена, слеплена, но полностью из тех деталей, из которых была сделана до сих пор. Лоран добавил, кроме того, отсутствующую лапку, заменил все-таки одно крыло и часть головки насекомого-голема. Вписал магическими рунами все те же приказы, которые насекомое имело раньше. И даже на том же самом, чуть подожженном с одного края, специальном листке. Да! Это была та же самая белокрылка Бенуэтта! И Эмильетта обрадовалась ей, словно родной!
Эми после обеда также встретилась в покоях Орельяна и с сестрой. Яретта света белого не видела за слезами. Но когда ей все рассказали: и о том, что на самом деле групппиданка - это и есть Эмильетта, и о Хардьене, который имеет шанс на жизнь, и о мятежниках, и о том, что послезавтра наступит решающая битва не на жизнь, а на смерть, она сразу же согласилась принять участие в этом плане. Пообещала помогать, чем сможет, даже немного приободрилась. Ей Эми отдала все те вещи, которые Лоран вытащил из шкатулки-сердца Хардьена, и сестра снова залилась слезами, держа в руках увядший венок и любовные письма.
- Мы недавно начали присылать эти письма друг другу, не говоря о любви вслух, - рассказала она. - Хардьен молчал, молчала и я, но все за нас говорили наши слова на бумаге! Я так его люблю, Эми, но... Это он спас меня от смерти, когда я, выпытав все-таки у целителя Филистьена о том, в чем заключается то его опасное лечение, решила броситься с высокой башни. Попросила Хардьена завести меня туда, как будто я хотела взглянуть на окрестности. И я же договорилась с врачом, что он создаст для меня магическую поддержку у самой земли, когда я буду падать. Я бы точно не разбилась! Но я не сказала этого Хардьену. Дура! Думала, он останется на башне, будет ждать там. А он ... он бросился вниз, не раздумывая. Магическая поддержка целителя была рассчитана на живое тело, а магомехан же железный. Он и разбился. Он даже включил свои магические летательные функции, чтобы не поломаться и не повредиться, но падение было слишком стремительным и быстрым! Хардьен успел схватить меня у самой мостовой - и я просто упала, чуть ударившись, а магомехан разлетелся на обломки! И я смогла сама встать на ноги, Эми! И не от страха от падения, а от страха и волнения за моего любимого Хардьена! Это он вылечил меня! Это ради него я хотела ходить! Но если он не будет жить - я даже не знаю, как буду существовать дальше!
Слова сестры тронули Эмильетту. Она заверила, что они с Орельяном что-то точно придумают для Хардьена.
Также Орельян решил на следующий день “вернуть " в форт свою жену, которая опрометчиво вышла прогуляться за ворота форта и заблудилась, а ночью вернулась обратно. О том, почему ее не заметили ни охранники у ворот, ни маги-наблюдатели на башнях, если кто-то из обитателей форта и подумал, то оставил свои вопросы при себе. Ведь все видели, что между командором и женой происходят неприятные разговоры и существуют натянутые отношения...
Итак, Эмильетта уже на следующее утро прогуливалась по форту, игнорируя, как всегда, приказ командора, сидеть в своей комнате. Всем рассказывала с негодованием, что поссорилась с мужем и заставила прогнать ту группиданку-любовницу, которую он вчера привез с собой. А также на ее руке сверкал чуть потрескавшийся браслет. Это до поры до времени затаилась на ее запястье отремонтированная белокрылка.
Весь форт был в каком-то напряжении и предвкушении. И хоть простые маги-защитники не знали, что завтра произойдет что-то важное и судьбоносное в Жарминье, но это чувствовалось на интуитивном уровне.
План, придуманный Орельяном, все участники защиты форта и королевства, после долгих обсуждений ночью все-таки утвердили. Теперь каждый из участников имел свою роль и свою задачу.
Привычная жизнь воцарилась в форте Жарминьи, даже определенное затишье. Но это было затишье перед грандиозной бурей…
Тем более, что произошла еще одна вещь, за которую Эмильетте было очень и очень стыдно, но по-другому она не могла поступить. Она тайно украла у своего мужа, герцога Орельяна, магическое кольцо Айона...
В ночь перед днем, когда должна была состояться решающая операция по обезвреживанию предателей короны, Эмильетта спала плохо. Они так же с Орельяном перед всеми обитателями форта играли роль неблагополучной четы, хотя, в принципе, нужды в этом уже не было. Ведь враги поняли и так, что они не в очень хороших отношениях.
А вот демонстрировать это перед заговорщиками тимонера Карталиса, шпион которых мог быть рядом, было даже плохо. Они могли заинтересоваться нежеланием Эмильетты втереться в доверие к мужу и каким-то образом начать на нее давить.
О Гильянте и Дастине девушка вообще старалась не думать. Вот, решится все завтра, а дальше будет видно. Возможно, она все-таки расскажет Орельяну об этих негодяях. А вообще, на завтра намечался такой сложный день, что можно было смело отложить все сомнения и противоречивые мысли на потом. Ведь завтра могло произойти все, что угодно. Возможно, она и не выживет в тех перипетиях и угрозах, которые нависли над фортом и над каждым из его обитателей.
Яретта не желала никого видеть, плакала в своей комнате и молила всех богов, которых знала, помочь Хардьену завтра выжить. Ведь план Орельяна учитывал и этот момент. Все понимали, что если в Форт войдут реттиеры, то вооруженная и магическая схватка будет неизбежной. И жертвы тоже. Орельян, отводя взгляд, объяснил при всех Яретте, что он намерен вместе с Лораном переместить сущность Хардьена в того человека, который будет убит во время магического боя. И это мог быть любой из присутствующих. Или тех простых магов-солдат, которые не знают об их плане. Да, это было цинично, жестоко, но правдиво...
Барон Валенс пообещал утром всех охранников форта максимально вооружить и подготовить к тяжелому противостоянию врагам. Он хотел сообщить это своим подчиненным перед самым появлением реттиеров, чтобы если и есть какие-то шпионы в форте, то они не успели бы сообщить об этом своим хозяевам.
Всех женщин и слуг-групппиданов планировали спрятать в специальном укрытии в подземных этажах тренировочных залов. А Лоран за эти два дня сделал очень много новых големов-белокрылок, которых скрывал до поры до времени, собираясь их выпустить перед полуднем, чтобы они максимально закрыли небо над фортом. Также он их еще и усовершенствовал, придал новые свойства, прописывая это магическими чернилами на специальной бумаге. И даже не рассказывал никому, какие именно это свойства были, чтобы секретная информация не вылетела за пределы их маленькой группы противостояния.
Эмильетта все время думала об Орельяне, с которым они за всеми этими событиями почти не виделись в последнее время. И, конечно, она думала о временном перстне Айона, который Орельян еще тогда, забрав у Лорана, спрятал себе в карман. Девушка по какому-то движению души тогда, обнимая мужчину, вытащила магический перстень из его кармана. Ей было и стыдно, и страшно, и противно за свой поступок, но почему-то тогда показалось, что она поступает правильно. Сейчас перстень был надежно спрятан на теле Эмильетты в специальном кармашке, который она пристроила на поясе. Там же, где лежал и артефакт против магического покорения.
Эмильетта снова (в который раз за ночь!) повернулась с боку на бок, к стене, тяжело вздохнула. Начала рассматривать трещины на грубой штукатурке. В узкие окна в комнату заглядывала полная луна и было не очень темно…
Вдруг до нее донесся какой-то странный шорох, как будто в комнате по полу рассыпалась крупа. Девушка резко повернулась и испуганно села на кровати.
Прямо посреди комнаты пространство располовинилось, трещина в воздухе замелькала черно-серебристой мглой и, мгновенно расширившись, впустила в покои Эмильетты черную, закутанную в плащ фигуру.
- Кто вы? Что здесь делаете? - вскрикнула девушка, хватая одеяло и прикрываясь им. Эми была только в легкой прозрачной ночной рубашке, потому что и в замке, и на улице даже ночью стояла жара.
- Ждала меня? - проскрежетало из-под капюшона, а потом ночной визитер отбросил его, и Эмильетту пронзил ужас: это был Дастин. - А я к тебе с цветами! - захохотал он. - Встречай кавалера!
Мужчина распахнул полу плаща и вытащил оттуда румалиану, с коротким стеблем, но большим широким цветком с желтой серединкой, обрамленной голубыми лепестками. Это был цветок с которой к Эмильетте должны были подходить шпионы Гильянты в форте, проверяя, не добыла ли она еще перстень времени. Итак, желтая серединка в цветке - это мини-портал к преданнице. Но почему же до сих пор никто не подходил к ней с этим знаком? Почему Дастин приперся с ней? Именно об этом сейчас подумала Эми, передергивая плечами от неприятного голоса мужчины. А полумагомехан, словно услышав ее немые вопросы, начал говорить, подходя ближе к кровати:
- Ты все время в своей комнате! Наш человек не смог приблизиться к тебе. Только решит подойти, а ты опять где-то потерялась! Поэтому на этот раз я вызывался навестить тебя, моя птичка! Я соскучился! - он навис над забившейся в угол на кровати Эмильеттой. - Но сначала дело, а потом приятности, - протянул он девушке цветок. - Ты получила кольцо? Клади сюда!
- Н-нет! Еще нет! - проговорила Эмильетта. - Но я стараюсь! Герцог Орельян не хочет меня видеть! Заставил сидеть в своей комнате и днем, и ночью! Я не знаю, что делать. Но я постараюсь все изменить! Я…
- Надо соблазнить его, дура! - рявкнул на нее Дастин и, порывисто выпрямившись, отбросил со злостью цветок в угол комнаты. - Такое впечатление, что ты до сих пор не знала мужчин, потому что ведешь себя, словно застенчивая старая дева! - мужчина заходил по комнате, выражая свое возмущение. - Почти месяц прошел, а от тебя ни слуху, ни духу! Моя госпожа Гильянта страдает! А ты тут бездельничаешь! Не делаешь ровным счетом ничего! Может, ты хочешь смерти своей сестре? Я могу устроить! - негодяй остановился у кровати снова. - Или..,- прищурил один глаз, а то, что было механическое, скрытое за стеклянным окуляром засияло красным. - Или и в самом деле.., - проговорил медленно, оценивающе рассматривая Эмильетту. - Или ты и впрямь не была с мужчиной. Ты что, целомудренная? - спросил он насмешливо, а не получив ответа, рассмеялся. - Столько времени в браке и целомудренная?! Орельян так не желает с тобой делить постель? Гм. Странно. Как будто все при тебе…
Мужчина вдруг дернул одеяло, в которое вцепилась Эмильетта и вырвал его из ее рук.
- Это все ты виновата! Нормальная женщина давно бы соблазнила мужчину! Но если ты целомудренная, то, наверное, и впрямь, не знаешь, как это делается! Что ж, я научу тебя! - он схватил Эми за руку и стянул с кровати, прижал к себе.
Девушка ощутила влияние покоряющей магии, которая не могла пробиться сквозь защиту артефакта, и исчезала. Обрадовалась, что и она сегодня тоже во всеоружии. А полумагомехан, уверенный в своей безнаказанности, ощупывая ее своими клешнями, сладострастно зашептал ей в лицо.
- Это будет интересно. И тебе, и мне... Целомудренных у меня еще не было. А еще это будет…
Как это будет, он не договорил. Потому что его живой глаз вдруг закатился, во втором, красном, погас огонек, а железный череп с правой стороны пошел сначала мелкими, а дальше все более широкими трещинами, а потом вообще начал осыпаться мелкими обломками. Изо рта посыпалась красная ржавчина, очевидно, язык превратился в прах. Вся железная половина мужчины мгновенно заржавела и упала на пол, рассыпалась красно-желтой кучей пороха. А живая (сейчас, наверное, уже тоже мертвая) половина не устояла на одной ноге и упала под ноги Эмильетте.
По ней озабоченно ползала белокрылка Бенуэтта, которая минуту назад слетела с руки Эмильетты и взялась за свое дело - обезвредила железного врага.
- Спасибо, Бенуэтта, - дрожащим голосом прошептала Эми.
Девушка с отвращением потянула за плащ и запихнула то, что осталось от Дастина, в дыру в пространстве, в портал, которым Дастин прибыл сюда и который начал постепенно затягиваться, а потом окончательно исчез. О том, что здесь только что стоял этот подонок, напоминала только кучка ржавчины на полу да цветок румалианы, лежавший в углу. Как отреагирует Гильянта на смерть своего прихвостня Дастина, Эми старалась не думать.
Вздохнув с облегчением, Эмильетта подобрала цветок и спрятала его, а потом легла спать, и на этот раз сон пришел к ней быстро...
Читать дальшеhttps://dzen.ru/a/aCOCO8SdLymkELt4