Сергей Лазарев продолжил на досуге рассказ о срочной службе в ГСВГ: «В продолжение рассказа о последнем приказе маршала Гречко - еще немного про срочную службу в ГСВГ…
(часть 1 - https://dzen.ru/a/Z8gb6fAalBXtpMJR)
После того, как в 1970 году (после окончания 8-го класса средней школы) я отказался от весьма лестного предложения, полученного в городском военкомате - поступить в Ленинградское Нахимовское военное училище (на наш маленький северный город Печора пришла разнарядка на двух человек, и по какой-то причине одним из них оказался я), после серьезного семейного конклава был достигнут консенсус - 10 классов и дальше в геологический институт.
И почти все сложилось в кучку - даже поступил на 1-й курс геологического факультета, но закончить его не сумел - зачет по самому ненавистному тогда (не только мне) предмету - Инженерная геодезия - я не сдал, и с треском вылетел с незаконченным первым курсом, после чего, отработав почти год шкипером и плотником в речном порту, 6 мая 1974 года был призван в ряды славной Советской Армии, и не куда-нибудь - в третий лагерь мира - ЛАГЕРЬ ЕЛАНСКИЙ! - В/Ч 30103, учебный батальон связи под командованием Заслуженного радиста СССР подполковника Окунева.
Более сильного матерщинника за все время срочной службы я больше не встречал! Про Елань написано уже немало - и "долина смерти" около реки Исеть, и эпидемия дезинтерии осенью 74 года, поэтому задерживаться на этом не буду.
После незабываемого перелета на десантном АН-24 по маршруту аэропорт Кольцово - Москва - Темплин и дальнейшего переезда в свою часть мы вдвоем с земляком Витькой оказались в городе Гримма, 454 отдельный батальон связи, где я попал во 2-й отдельный взвод 1-й роты связи, начальником радиостанции - КШМ (командно - штабной машины) Р-125 МТ2, а он - в 1-ю роту, на командирский ГАЗ-69Б с обычными Р-105. Вот тут-то мне повезло - я узнал, что такое СВТ!
Если вы думаете, что это Самозарядная Винтовка Токарева или Сигнал Воздушной Тревоги, или Средства Вычислительной Техники, то вы глубоко заблуждаетесь!
После целого дня, проведенного на узле связи (УС) дивизии за заполнением многостраничной анкеты - автобиографии с включением в нее предков до 14 -го колена и всех их родственников под мудрым руководством начальника УС капитана по фамилии Махиборода, недельного ожидания от вышестоящих инстанций и подписания индивидуального докУмента о том, что я (находясь в данный момент за границей СССР) добровольно лишаюсь права выезда за эту самую границу в течении последующих 10 лет после возвращения из-за оной, получил допуск Ф-2 к СВТ - Страшной Военной Тайне! - а именно, к шифровальным таблицам для аппаратуры ЗАС - засекреченной аппаратуры связи, установленной в моей КШМ-ке.
Капитан Махиборода и специалист по ремонту аппаратуры ЗАС - прапорщик Засядько (по прозвищу ЗАС) - фамилии реальные! - показали нам, молодым сержантам, правила обращения с потрохами этих совершенно секретных (по тем временам) шкатулок. Больших плюсов такого допуска было немало - во-первых, ЗАС-овцев не сажали на губу - объявить могли, а посадить - нет! Почему - все очень просто.
Если радиосеть поднимали по тревоге, то шкатулку на УС мог получить только допущенный к ней человек! Во-вторых - каждый понедельник в 9 утра мы приходили на УС и меняли ключи, и после этого до обеда были относительно свободны. Почему раз в неделю - объяснил нам тот самый прапорщик ЗАС.
В одном из своих рассказов я уже писал, что с 1970 года у меня в комнате висел портрет ЕВЫ, напечатанный на ЦПУ ЭВМ типа ЕС-1010, то есть ЭВМ (английские) у нас уже были. И современная (по тем временам) ЭВМ расшифровывала нашу информацию в течении недели, поэтому аппаратура имела индекс - АВС, или аппаратура временной стойкости.
Поскольку ГСВГ стояла на первом рубеже с НАТО, и время ее существования по оперативным планам Генштаба было около 5 часов - то этой секретности вполне хватало, чтобы не дать противнику расшифровать переговоры комдива с начальником тыла о том, на каком полигоне или стрельбище вечером будет баня с банкетом.
И в третьих - у службы радиоконтроля СА такой аппаратуры не было, поэтому мы на учениях в радиосетях обменивались в режиме "Б" магнитофонными записями новых модных групп - на заранее оговоренной частоте в УКВ диапазоне - качество было шикарное!
Я думаю, что не разгласил никаких великих государственных тайн, тем более, что "С тех пор прошло ужасно много лет" - Александр Розенбаум - "На улице Марата"...
Ну и в четвертых - нас на весь батальон связи было три начальника таких радиостанций, и были они востребованы на "чужих" учениях, поэтому катались мы по всей Германии (после присяги молодых до начала полугодовой проверки) с "посредниками" - офицерами - контролерами из вышестоящих штабов, которые никогда не имели к нам претензий.
Процедура смены ключей была довольно скучной - главное - не ошибиться в цифрах. По окончанию замены и проверки аппаратуры шифровальные таблицы торжественно подвергались аутодафе - сожжению в хрустальной пепельнице капитана Махибороды с помощью его зажигалки, поскольку у нас в таких случаях спичек никогда не было.
Точно не помню - за давностью лет многие события и даты смешались, но примерно в конце 75-го или начале 76-го года были чуть-ли не Групповые разведучения "Авангард - 75 (или 76)". Мою радиостанцию с экипажем откомандировали в славный город Майнинген, практически на границу с ФРГ для перевозки штабного посредника - майора.
Старшим машины назначили прапора из нашего взвода по прозвищу Барабан - не от того, что он "стучал", а от фамилии. В субботу (помню точно!), по прибытию на территорию в/ч - то ли танкового полка, то ли мотострелкового, наш прапор куда-то испарился и обнаружился только в конце учений аж на Магдебургском полигоне.
Поскольку сухпай нам выдали на три дня, от предложения разместиться в казарме мы отказались - на кой черт нам чужой отбой и подъем? Нам и в станции хорошо. Воскресенье мы в полный кайф просачковали, а в понедельник объявился посредник - майор, по большому секрету открыл нам еще одну СВТ - выезд на учения будет завтра, во вторник, в такое-то время, и сказал, что мы поставлены на довольствие к такой-то полевой кухне местного разведбата, совместно с которым мы и будем "воевать" в течении ближайших двух-трех недель.
А поскольку был понедельник - пришла пора менять ключи, чем мы и занялись. НО: уничтожить этот докУмент в мирное время я, по правилам, мог только на родном УС под мудрым руководством капитана Махибороды, поэтому таблица осталась цела. Все шло по накатанной - подошло время обеда, и, разогрев на отопителе 4 банки консервов, мы приступили к трапезе.
И тут началось - в задний отсек машины зашел незнакомый лейтенант! Был он слегка растерян и выглядел каким-то пришибленным. На его черных петлицах красовались те самые "вошки", обозначавшие его принадлежность к породе Маркони - "Связь - мордой в грязь - Королевские войска!"
Увидев, что мы обедаем, он пожелал нам приятного аппетита и сказал, что зайдет попозже, с чем и удалился. Минут через 20 снова появился, представился - командир взвода связи лейтенант такой-то, можно просто Игорь! (имя - точно не помню) и вежливо попросил моих радистов и водителя пойти покурить, даже сигаретами их угостил!
Когда отсек опустел, он перешел к делу. Спросив, как меня зовут, он сказал: - Слушай, Серега! Я сейчас не лейтенант, а твой коллега, попавший в беду! Мои долбодятлы в прошлый понедельник случайно сожгли не одну, а две таблицы - на прошлую и теперешнюю неделю!
И я за выезд на учения по этой причине могу в 24 часа вылететь не только на Родину, но еще и загреметь туда, где Макар телят не пас! (понятно, что 75% его речи состояли из других слов, но такие идиомы в уважаемом Дзене недопустимы...). Я знаю, что только ты меня можешь выручить - ближайшая такая станция в Веймаре, а наш выезд завтра! Подумай, и выручи меня!
Я через полчасика зайду со своей шкатулкой!
После чего удалился, а в КУНГ ввалились мои сослуживцы. Мне от них скрывать было нечего - по большому счету, это была госизмена, и отвечать за нее придется только мне... Отправив своих парней в передний отсек - послушать "Радио Люксембург", по которому передавали суперскую западную музыку, я задумался.
С одной стороны, отказаться - получится по уставу, да еще и доложить наверх я был должен, а с другой - беда у человека, надо выручать. И третья сторона - а вдруг это "засланный казачок"? Мое душевное состояние можно было сравнить с ожиданием первого визита к проктологу на предмет наличия геморроя.
В конце концов, поскольку родился я и вырос как раз в тех краях, где Макар телят не пас, решил - была не была! Надо выручить! Лейтенант появился со своей шкатулкой и набрал по моей таблице ключи, после чего спросил - чем я обязан? Ответ прозвучал стандартно - Ничем!
Не хватало мне еще отягчающих причин - за бочку варенья и ящик печенья! Правда, где-то ко времени отбоя в будке приоткрылась дверь и чья-то рука в рукаве офицерского кителя засунула картонную коробку с тушенкой и парой булок свежего хлеба...
Учения закончились благополучно, правда, при подведении итогов на общем построении женский коллектив медсанбата, участвовавший в этом мероприятии, по команде: - Вспышка с фронта! - ломанулся в сторону нашей радиостанции и чуть не снес ее, а потом эту банду теток в форме образца 194-лохматого года пару часов их собирали по всем лесам Магдебургского полигона.
И наш Барабан, опухший от безделья в кругу своих корешей, с которыми бухал пару недель, решил, что нам надо отстать (мы ехали в замыкании колонны) и направиться напрямую в Гримму, не заезжая в Майнинген. В итоге мы свернули на какой-то развилке и угодили в болото, где наша шишига села на оба моста.
Из болота нас через пару часов вытащили разведчики то ли на БМП, то ли на БРДМ. Штурманом Барабан был классным - сначала мы выскочили на автостраду, по которым ездить было категорически запрещено и нарвались на ВАИ-шников - выручил открытый лист. После этого заехали в центр города Йена (если любопытно, посмотрите на карте, где она и где Гримма) - и заблудились в центре города, попав на кольцевое движение.
После того, как в окне я третий раз увидел один и тот же Зоомагазин, нас остановил полицейский, и, с трудом поняв, куда нам надо, остановил все движение и разрешил из третьего ряда перебраться в первый, указав правильное направление. Вишенкой на торте была ситуация на заборчике, отделявшем наши казарму и штаб от штаба дивизии и расположенным за ним УС.
Загнав машину в бокс, опечатав ее и ворота личными печатями, я отправился на УС сдавать шкатулку, и в самой этой калитке заборчика столкнулся с капитаном-особистом нашей дивизии. Ледяной взгляд его голубых глаз, которым он меня "одарил", до сих пор иногда мне снится...
А первые слова: -Товарищ сержант! Ко мне! - сразу же напомнили пришедшего пушистого северного зверька белого цвета и реальный визит к проктологу... Сегодня (я так предполагаю), таким взглядом наш Президент смотрит на чиновников, не выполнивших его указания! За четверть секунды застегнув верхнюю пуговицу и сдернув на спине ремень вниз, чтобы бляха поднялась на уровень пупка, я подошел и представился.
Вторая фраза особиста ввела меня в полный ступор: - Почему без охраны? - А-а-а, бе-бе-бе, ве-ве-ве и так далее, я проблеял, абсолютно не зная, что отвечать! Продолжая сверлить меня своими лазерными излучениями, капитан доходчиво объяснил мне, что согласно инструкции за № такой-то я должен передвигаться по территории части в сопровождении ВООРУЖЕННОГО АВТОМАТЧИКА!
Мой автоматчик - водитель в это время уже готовился в казарме к отбою, а два магазина к штатному АКМ, которые выдавались на учения, мирно лежали у меня в подсумке - их надо было сдать начальнику УС.
Услышав в моей заикающейся речи, что мы "отвоевали" 18 дней на учениях "Авангард" и в итоге получили устную благодарность от начальства, капитан, с некоторой долей сожаления, после лекции о правилах обращения с СС-аппаратурой, отпустил меня восвояси - видать, дома его ждали ужин и жена...
К вящей моей радости, вся эта история до сих пор никак не проявилась - а сегодня, за давностью лет, ничего не грозит. Этому взводному-лейтенанту должно быть где-то лет за 70, и может, он уже генерал в отставке? И помнит ли он эту историю? Любопытно было бы... Но - к сожалению, история не терпит сослагательного наклонения...»
