Начало:
-Так что, поедите этот свой ДНК делать?
В голове миллион мыслей и ни одной более менее устойчивой.
-Пока не знаем.
-Ну и ладно. А с Аленкой решайте сами. Можете объяснить ей, что да как, а можете послать ее далеко, на долго и без корочки хлеба.
Старик посмотрел в окно.
-А теперь чешите отсюдова - глазом моргнуть не успеете, как совсем стемнеет. Идти вам через лес, а там звуки всякие разные, шорохи...
Если во дворе дома Степаныча было еще нормально, то на лесной тропинке чувствовалось приближение сумерек.
Аня схватила меня за руку.
-Давай так пойдем?!
Качаю головой.
-Тропа слишком узкая для этого. Иди первая, чтобы не страшно было.
Она еще сильнее сжала мою руку.
-А должно быть страшно.
-Не знаю. По крайней мере ты будешь знать, что я прикрываю твою спину.
-От чего или от кого?
-Кошки, например, ложатся спиной к человеку только в том случае, если доверяют ему. Ты мне доверяешь?
-Больше, чем себе!
-В таком случае просто иди первая и не разглагольствуй!
Вместо этого Аня наоборот остановилась.
-Ты что-то чувствуешь или слышишь?
Ответить я не успела. Справа от нас хрустнула ветка.
Что это было или кто это был я не успела ни понять, ни увидеть. Аня стартанула с места с такой скоростью, что я едва поспевала за ней, крича:
-Стой! Куда ты?
Мне удалось нагнать подругу (или все-таки сестру?) только метров через двести, если не больше. Я дернула ее за руку, Аня попыталась вырваться, но моя хватка была мощной.
-Успокойся, это я!
Анна упала мне на грудь и задрожала всем телом.
-Что это было?
-Понятия не имею! Ты же рванула с такой скоростью, что я думала только о том, как бы нагнать тебя. Мне некогда было разглядывать. Возможно, собака или чья-то корова.
-Коровы в такое время должны быть дома.
-Иногда они не приходят вовремя. Ты разве не знала?
Аня сделала глубокий вдох-выдох.
-Знала. А где мы?
-Понятия не имею! Ты же, как стояла в пол оборота ко мне так и рванула.
Анна со страхом смотрит на меня.
-Мы заблудились?
-Не думаю. Если ты помолчишь пару минут, то я скажу, куда нам идти.
Подруга (все таки я пока не готова называть ее сестрой) зажала себе рот руками.
Пытаться понять, в какой стороне от тропы мы находимся нет смысла - Аня бежала петляя и постоянно куда-то сворачивая.
Я прислушалась и вскоре поняла откуда доносится лай собак.
-Нам туда!
-Почему ты так решила?
-Потому что там слышен лай собак, следовательно, там село.
-Какая же ты у меня умная и холодная! - восхищенно произносит попутчица.
-Почему холодная-то?
-Я хотела сказать хладнокровная. Не паникуешь, все видишь и слышишь, делаешь выводы.
-Что тебе мешает быть такой же?
Аня задумалась.
-Наверное, я просто не приучена к этому с детства.
Чтобы отвлечь спутницу, пока идем к селу, я попросила:
-Аня, расскажи каким было твое детство?
Минуты три она шла молча.
-А у меня не было детства.
-Так не бывает. Хорошее или плохое, но детство есть у всех.
-По рассказам бабушки, мне было два года, когда мать исчезла. Просто не вернулась с работы. Когда бабушка начала узнавать, выяснилось, что мама в тот день отпросилась с работы, сославшись на плохое самочувствие. Бабушке с дедушкой пришлось взять заботу обо мне на себя.
Пытаясь хоть немного расслабить рассказчицу, я сказала:
-Меня все детство перекидывали о одних бабушек с дедушками к другим.
-Я и этого не видела. Мама вернулась через три недели, словно ничего не произошло, а спустя пару месяцев вновь исчезла, чтобы снова появиться через месяц. Так продолжалось около года. Потом ничего не сказав родителям, мать уволилась с работы, выписалась из квартиры, взяла документы и уехала, забыв взять меня с собой.
Аня ускорила шаг.
-Село уже видно.
-Я знаю.
-Она появилась, когда я училась в третьем классе. Оказалось, что за это время мать вышла замуж и одного за другим родила двоих детей и теперь ей нужна была нянька. Бабушка с дедушкой с радостью отдали меня ей. Их всегда раздражало, что меня нужно кормить-поить, обувать-одевать, следить за тем, чтобы я хорошо училась. Мать-то поздним ребенком была у стариков. Она родилась, когда бабушке сорок шесть лет было.
Мы уже вышли на сельскую улицу, а Аня все продолжала.
-Материному мужу не нравилось, что я живу с ними, но ему нравилось, что меня можно эксплуатировать по полной. Я должна была не только следить за младшими, но и убираться, мыть посуду, стирать детские вещи. С двенадцати лет на меня еще и готовку взвалили.
Она посмотрела на меня.
-Ты же понимаешь, что в таких условиях мне было не до учебы. Съехала на тройки. Двоек не было и то хорошо.
Анна вздохнула.
-Потом в одночасье закончилось и это. Отчим ввязался во что-то и сел. Свекровь обвинила во всем мать и выставила нас за двери. Мы, все четверо, вернулись в Кузьминку. Дед сразу сказал: "Аньку мы заберем себе, а ты со своими детьми иди куда хочешь!"
-Как так можно?! - возмутилась я.
Аня вздохнула.
-Можно. Потому что у бабушки с дедушкой был дом на сорок квадратов вместе с кухней. Им давно покоя хотелось, а тут двое дошколят, которые вечно носятся и не слушаются. Меня-то подпрягали сидеть с ними, но голос повышать не смей, то не смей, это не смей. Дети были любимчиками своего отца и им можно было все. Мама тоже не стремилась приструнить их.
-И куда они пошли?
Подруга пожала плечами.
-Не знаю. Уехали куда-то. Я не видела мать до шестнадцати лет. Тогда умерла бабушка, а через два дня за ней последовал и дедушка. Мать приехала на похороны вместе с детьми и осталась тут. Я оглянуться не успела, как замуж выскочила, чтобы обрести свободу. Дальше ты знаешь.
Мы остановились у ее дома.
-Знаю. Спокойной ночи!
-Дана, постой!
-Да?
-Ты веришь в то, что сказал Степаныч? Мы с тобой действительно сестры?
-Скорее всего. Сейчас уже поздно, а завтра позвоню папе и попытаюсь поговорить с ним наедине, чтобы мамы рядом не было. Впрочем...
Аня подалась вперед.
-Что?
-Я сейчас только вспомнила, что когда рассказала о покупке дома в Кузьминке, мне показалось, что папа застонал. Тогда я сослалась на то, что у него болят ноги и, возможно, это был стон боли. Теперь я понимаю, что ошибалась. Он боялся, что раскроется его тайна.
-И она раскрылась.
-Да.
Продолжение:
Мой Телеграм: