Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
С виду невысокая возвышенность, но подниматься на нее оказалось совсем не просто, когда идешь по тропе. Оказавшись на вершине, тяжело дыша, Андрей радостно осматривал открывшуюся панораму острова.
— Эта вершина называется Приятной, а тропинка, по которой поднимались — тропой Верности, — Сайда, улыбаясь, смотрела на Андрея. — По местному обычаю каждый молодой человек, который решил жениться, должен на руках с берега океана до самого верха холма донести свою избранницу и отсюда громко крикнуть: «Люблю тебя, моя жена!» И если он это скажет, не переводя духа, она будет верна ему до гроба. Затем невеста берет жениха за руку и ведет его за собой по тропе Верности к океану. Они ополаскиваются в водах Атлантики и идут в дом юноши…
— Сюда сам-то еле поднимаешься, а если еще и нести пятьдесят килограмм счастья… — Андрей, смеясь, потер бороду. — Хоть кто-то из местных выдержал это испытание?
— До настоящего момента — никто, — засмеялась Сайда. — Поэтому никто и не обижается на свою жену, если она свернет с тропы Верности.
— Замечательный обычай, — усмехнулся Андрей.
— Не расстраивайся, — Сайда коснулась плеча молодого человека. — С верностью у женщин острова все в норме… Ты лучше посмотри, как изменчив океан.
Андрей всмотрелся вдаль: за полчаса, проведенные на холме, вода у побережья меняла свой цвет — от ярко-синего, с десятком разных оттенков, до темно-зеленого.
— Пора переходить на цветную пленку, — вздохнул Андрей. — Рассказать о такой красоте — так ведь никто не поверит, что так бывает…
— Не расстраивайся, тут всегда так. Прилетим в следующий раз — и снимешь всё в цвете.
За несколько часов прошли остров вдоль и поперёк. Андрей не переставал восхищаться природой и людьми, особенно красотой женщин. Стройные, высокие, с неповторимой грацией, с матовыми лицами и синими глазами. Голоса их, как колокольчики, оглашали остров и тонули в шуме прибоя. Постоянно останавливаясь и спрашивая разрешения сфотографировать. Местные красавицы, смеясь, соглашались…
За час до вылета разместились за столиком ресторана, с удовольствием поедая лангустов, выловленных всего несколько минут назад.
— Как же разительно тут отличается жизнь от материка, — качнул головой Андрей, потягивая крепчайший, горьковатый кофе.
— Как ты сам видел, на острове живут индейцы, негры и совсем мало приехавших из континентальной части Никарагуа. До революции тут всё принадлежало одному хозяину — американцу. Он был рачительным хозяином и заботился о людях. Тут есть школа, детский сад и больница. Люди никогда не голодали. Местные ловили рыбу, работали на хозяина, который завозил сюда богатых туристов. На острове несколько гостиниц. Американец уехал сразу после того, как бежал Сомоса. Местные не знали, что делать, — они не привыкли жить самостоятельно. Когда сюда прибыл представитель СФНО, то быстро объяснил, как поступить. Отели и рестораны перешли в собственность народа. Управляет островом старейшина — замечательный человек. Прилетим в следующий раз — познакомлю. Сегодня его нет, улетел в Манагуа.
— У островитян есть свой самолёт? — Андрей удивлённо смотрел на Сайду.
— Было два. На одном улетел американец. Правда, на остров не всегда можно прилететь. Ты сам видел, что полоса расположена прямо у моря: когда оно неспокойно, садиться нельзя.
— Это райский остров… Тут надо развивать туризм — и он станет ещё краше.
— Пол, старейшина этим и занимается. У него в планах строительство небольшого аэропорта, он даже с народом уже всё согласовал.
— А СФНО тут представлено?
— Конечно. Но прибывший поступил мудро: не стал ломать устоявшиеся веками порядки, а аккуратно встраивает новое, согласовывая свои действия со старейшиной. Вместе они организовали силы самообороны, в которых состоят около тридцати бойцов — все местные. Преступности тут нет совсем, все друг друга знают.
— Что-то подобное я видел на Гренаде… Там люди тоже живут в любви и согласии, так же как тут…
На обратном пути Андрей снова восхищался открывающимися с высоты видами. Самолёт летел на запад, туда, где заходящее солнце разлилось багровыми бликами по пронзительной океанской голубизне.
*****
Отложив ручку, Андрей потянулся и, поднявшись, прошел к окну. Улицы пустынны, стоит невыносимая жара. В дверь тихонько постучали. Открыв, Андрей улыбнулся.
— Росарио, доброго дня!
— Пол, как вы смотрите на то, чтобы посетить редакцию газеты Barricada? С вами хочет познакомиться Карлос Чаморро…
— Карлос — сын Педро Хоакина, погибшего в семьдесят восьмом?
— Верно… Его дядя, Ксавье Чаморро, возглавляет редакцию газеты El Nuevo Diario, а мать, Виолетта Барриос, вышедшая из состава правительства, и старший брат — Педро Хоакин-младший — La Prensa.
— Вот это клубок, — качнул головой Андрей. — Семья по разные стороны баррикад…
— Пол, так бывает… — вздохнула Росарио.
— Поехали, — Андрей закрыл блокнот, лежавший на столе, сунул его в кофр.
Законченные произведения (Журналист в процессе, но с опережением) вы можете читать на площадках Boosty (100 рублей в месяц) и Author Today.
Желающие угостить автора кофе могут воспользоваться кнопкой «Поддержать», размещённой внизу каждой статьи справа.