В моей практике есть случаи, когда психоэмоциональные проблемы уходят корнями в детство и семейную среду

В моей практике есть случаи, когда психоэмоциональные проблемы уходят корнями в детство и семейную среду. Сегодня я хочу поделиться историями двух пациенток из Сибири и Урала, чьи случаи иллюстрируют, как авторитарное воспитание может привести к серьезным психическим расстройствам.

📌История первая

Пациентка, 27 лет, обратилась с жалобами на расстройство пищевого поведения, тревогу, низкую самооценку и чувство безысходности. Она выросла в семье с авторитарными родителями: отец был строгим и контролирующим, мать — эмоционально отстраненной. Родители в разводе, что усилило чувство нестабильности. С подросткового возраста пациентка боролась с недовольством своим телом, что привело к циклам диет, перееданий и жестких ограничений. Вес колебался от 72 кг до 48 кг при росте 167 см, появились симптомы нервной анорексии: выпадение волос, дерматит, нарушения менструального цикла.

Пациентка наказывала себя за переедания — била себя по лицу и ногам, наносила царапины, делала татуировки и пирсинг как форму селфхарма. Юридическое образование было навязано семьей (мать — судья в отставке, сестра — адвокат), но работа по специальности вызывает у нее отвращение. При этом она имеет красный диплом музыкальной школы по классу гитары и мечтает о творческой реализации, но считает себя «недостаточно талантливой». Сон нарушен, эмоциональное состояние нестабильно, есть опыт приема флуоксетина и фенибута.

📌История вторая

Вторая пациентка, 21 год, студентка 3-го курса лингвистического факультета, находится под моим наблюдением более полугода. Она обратилась с жалобами на депрессивное состояние, сенсорные перегрузки, селфхарм и суицидальные мысли. Выросла в семье с холодными, требовательными родителями, акцентировавшими академические достижения. С детства была отличницей, занималась танцами с 4 лет, но с началом работы преподавателем английского в сентябре 2024 года столкнулась с сильным стрессом. Пациентка описывает чувство «автопилота», утрату контроля над жизнью и ощущение никчемности.

Симптомы включают нарушения аппетита (тошнота от еды), гиперсомнию, трудности с пробуждением и сенсорные перегрузки от света и звуков. Она чувствовала себя «мешающей» из-за постоянной критики семьи за мелкие проступки. Терапевт ранее предположил посттравматическое стрессовое расстройство, связанное с эмоциональной токсичностью в семье. В процессе терапии пациентка пришла к выводу, что учеба на лингвиста не соответствует ее интересам. После чего она приняла решение отчислиться и «искать себя» в других направлениях, что стало важным шагом в осознании своих потребностей.

✏️Анализ и выводы

Обе пациентки выросли в семьях с жестким контролем и отсутствием эмоциональной поддержки. Холодность родителей, лишенных тактильности и сопереживания, сформировала у девушек низкую самооценку, тревожность и трудности с регуляцией эмоций. В таких условиях дети могут «психопатизироваться», теряя связь со своими чувствами, что приводит к РПП, селфхарму, депрессии или ПТСР.

Обе девушки, будучи отличницами в школе, столкнулись с кризисом мотивации в вузе. Первая пациентка мечтает о творчестве, но боится разочаровать семью. Вторая, осознав навязанность своей специальности, решилась на кардинальные изменения. Это показывает, как авторитарное воспитание подавляет индивидуальность, заставляя следовать чужим целям. Отсутствие эмоциональной связи с родителями помешало им заметить творческий потенциал детей и их потребность в поддержке, что привело к тревоге, депрессии и деструктивному поведению.

👉Лечение

Это длительный процесс, сочетающий когнитивно-поведенческую терапию (КПТ) для коррекции паттернов, диалектическую поведенческую терапию (ДПТ) для регуляции эмоций и психодинамическую терапию для проработки семейных травм. Медикаменты (антидепрессанты, нормотимики, анксиолитики) применяются по показаниям. Комплексный подход помогает восстановить связь с собой и найти жизненный путь.