Размещаю для изучения свои размышления о экипаже «Расейняйского» КВ более чем одиннадцатилетней давности, которые, к сожалению, не утратили актуальности и поныне.
Напоминаю, что речь идет о тяжелом танке КВ из 2-й танковой дивизии 3-го мехкорпуса Северо-Западного фронта, который 24 июня 1941 года под городком Расейняй бывшей Литовской ССР остановился на основной дороге снабжения одной из боевых групп 6-й немецкой танковой дивизии Группы армий "Север" и на целые сутки парализовал её волю к победе.
Уже в наше время этот героический танк был опознан на немецких фотографиях любителями военной истории на форуме РККА и ныне учтен на профильной странице сайта под номером 52. На этом же форуме, в основном, проводились обсуждения по установлению личностей танкистов из экипажа этого КВ и их судьбе.
Примерно в то же время на на Ebay продавали очередной снимок "расейняйского" КВ. Среди прочей немчуры на танке замечен командир 4-й танковой группы ГА "Север" генерал-полковник Гёпнер. Немцы ползают по танку, позируют фотографу, заглядывают внутрь, не испытывая при этом, видимо, совершенно никакого дискомфорта от сопутствующих запахов.
На этом фоне тогда вспомнилась версия о "танке Карлявина" и, так как она раскидана по нескольким форумам, захотелось сложить её в кучку. Ниже приведу доказательства в её поддержку.
Сначала немного предистории. Итак, согласно версии событий, изложенной в русском издании книги Эрхарда Рауса в перепеве Стивена Ньютона, экипаж танка из 2-й танковой дивизии 3-го механизированного корпуса Северо-Западного фронта 25 июня 1941 года до последнего момента находился в танке и погиб. Вот как это было: "Внезапно дуло пушки снова начало двигаться, и наши солдаты в изумлении рассыпались. Саперы тотчас схватили гранаты и вбросили в пробоины от выстрелов в нижней части башни. Прозвучал глухой взрыв, и крышка люка распахнулась. Внутри танка лежали тела отважных танкистов, которые, видимо, прежде только упали в обморок. Глубоко тронутые их героизмом, мы похоронили мертвых со всеми почестями".
На снимке с Гёпнером хорошо видна единственная пробоина "в нижней части башни". Можно ли было через неё "вбросить гранаты" не берусь судить.
Как уже было известно к тому времени из статей А. Жардинкаса и В.Коломийца, в 1965 году при проведении мелиоративных работ захоронение экипажа танка было обнаружено и перенесено в Расейняй. В могиле находились останки шести человек, что, видимо, и послужило основой для версии о КВ-2 как о марке легендарного танка.
В январе 2011 года по итогам многочисленных обсуждений на ВИФе, РККА, МВФ и на базе всех имеющихся фотоснимков было высказано предположение, что тем самым "расейняйским" танком является КВ-1 с Ф-32, который уже был известен на немецких снимках и учтен под номером 52. В ходе поездки в августе 2012 года Максима Коломийца, Арвидаса Жардинкаса и других товарищей на место боя данная версия была полностью подтверждена.
В качестве некоторого итога поездки вышеуказанных товарищей на места боев на одном из литовский ресурсах общедоступной сети Интернет была выложена статья Виктора Коломийца под названием "Один против дивизии: история боя танка КВ с немецкими частями в июне 1941 года", которая, к сожалению, сейчас уже не доступна. В этой статье также говорится о гибели экипажа танка. В статье также приведена информация о личных вещах погибших танкистов: "В 1965 году, при перезахоронении останков танкистов, были найдены личные вещи членов экипажа: ручки, два офицерских ремня, ложки, две из которых были с надписями. Одна ложка была с инициалами «Ш.Н.А.», другая – с надписью «Смирнов» с одной стороны и «СВА» на другой. Таким образом удалось установить фамилию одного бойца. Но самой ценной находкой стал портсигар с комсомольским билетом, надпись на котором, к сожалению, не читаема, и справкой из военкомата на имя Ершова Павла Егоровича".
Кроме того, автором статьи автором статьи был сделан вывод, что "расейняйский" КВ-1 был из состава батальона тяжелых танков 4-го танкового полка 2-й ТД. В качестве обоснования приведена информация о том, что 4-й танковый полк в марте 1941 года был менее укомплектован, чем 3-й танковый полк.
Исходя из этого, что машина принадлежала 4-му танковому полку автором был определен список возможных командиров данного танка: "...экипаж «расейняйского КВ» считается пропавшим без вести, поэтому нам нужны УПК на командиров 4-го танкового полка, пропавших без вести. Таких при проверке оказалось 6 человек: Зиновьев В.А., Вашекидзе С.Г., Ранцев В.П., Дубаков И.А., Макеев А.А., Крылатков А.Е. Таким образом, очерчен круг возможных командиров «расейняйского КВ»".
Казалось бы, всё практически ясно. Экипаж погиб. Осталось установить фамилии и наградить.
Однако существует некоторая вероятность, что экипаж "расейняйского" танка в том бою уцелел. Ниже рассмотрим эту вероятность.
Сначала еще немного предистории. В 1988 году в Военно-историческом журнале была опубликована статья генерал-майора в отставке Д.И. Осадчего "С марша в бой". В июне 1941 года Осадчий командовал ротой танков КВ-1 в 1-м
танковом батальоне 3-го танкового полка 2-й танковой дивизии. В статье он приводит эпизод с "пропажей" после боя 24 июня и последующей "находкой" утром 25 июня танка КВ командира 1-го танкового батальона капитана Карлявина: "Из последней в тот день атаки не вернулась машина капитана Карлявина. Командир полка приказал мне найти комбата...
...Уже светало, когда мы приблизились к своему исходному району. Одновременно заметил выходивший из рощи танк КВ нашего комбата, со вчерашнего вечера безуспешно разыскиваемый. Еще издали через открытый люк капитан Карлявин радостно помахал рукой..."
Что интересно, в рукописи своих воспоминаний, которые Д.И. Осадчий написал для расейняйского музея в 1987 году, фамилия комбата не упомянута.
Просто "командир 1 танкового батальона", так что, возможно, фамилию комбата
Осадчий запамятовал, но эпизод с его "пропажей" в памяти отложился.
Причем же тут 1-й батальон 3-го танкового полка? Ведь, вроде, установлено, что танк из 4-го танкового полка. Однако с "привязкой" КВ-1 из Расейняя ув. Коломиец, с моей Кочки зрения, немного поторопился. Сделано это было на базе некоторых допущений.
Первое из них. В статье Коломийца приведена копия боевого приказа командира 2-й танковой дивизии датированного 22-м июня 1941 года на проведение марша в район Расейняя. Выдвижение осуществлялось в двух колоннах. Правую колонну составлял 4-й танковый полк. 3-й танковый полк двигался в левой колонне. Вероятно, был сделано допущение, что в таком же порядке дивизия вводилась и в бой (смотрим схему из статьи Коломийца, которую я для экономии времени здесь привожу).
Однако из воспоминаний Осадчего мы знаем, что на марше части 2-й танковой дивизии встретили некоторые трудности: "Навстречу по шоссе из Каунаса сплошным потоком текли беженцы: ехали на автомашинах, повозках, везли узлы на тачках, шли пешком, неся за спиной немудреный скарб. Оказавшийся впереди 4-й танковый полк был остановлен их встречным движением. Наш полк получил распоряжение изменить маршрут: перейти мост через реку Нярис, а затем следовать в направлении Ионава — Расейняй — государственная граница. Двигались извилистыми проселочными дорогами". Так что каким образом вводились в бой танки 2-й танковой дивизии пока совсем не очевидно.
Второе допущение это "привязка" танка выпуска 1941 года к 4-му танковому полку по его низкой укомплектованности в марте 1941 года. В отчете о неисправностях танков 3-го танкового полка 2-й ТД, фрагмент из которого выложил у себя в Живом Журнале ув. litl_bro, присутствуют номера из всех трех отправок 1940 года из Ленинграда в эту дивизию. Это может означать, что: 1) на март месяц все без исключения КВ 2-й танковой дивизии находились в 1-м танковом батальоне 3-го танкового полка и их перераспределение в соответствии с новым штатом совпало с появлением в дивизии 7-ми машин с пушками Ф-32; 2) в дивизии при получении очередной оправки с завода ее дробили между двумя полками. Следовательно по этой логике могли поступить и с отправкой машин с пушкой Ф-32.
Заводские номера танков конкретно 4-го танкового полка пока неизвестны.
Таким образом утверждать, что "расейняйский КВ" был из 4-го танкового полка не представляется возможным со всеми вытекающими последствиями для определения личного состава. Приказ на выдвижение также не поможет.
Каким же образом танк КВ мог оказаться в районе деревни Дайняй? Вероятно, речь идет о потере ориентировки командиром машины. По свидетельству Осадчего карты района у танкистов не было, но даже если бы она и была, то из-за особенностей конструкции танка воспользоваться картой и сориентироваться на местности на поле боя командиру танка было очень затруднительно.
Логично предположить, что, возглавляющий атаку, танк командира батальона вырвался вперед, а затем в ходе боя уклонился в сторону. Примеров подобного развития события в 1941 году при попытках массированного применения танков можно привести довольно много. То что экипаж танка в ходе боя действовал достаточно хладнокровно свидетельствует о его опытности. И о опытности его командира. Таким образом, танк командира 1-го танкового батальона 3-го танкового полка капитана Карлявина вполне может подходить на роль того самого "расейняйского КВ".
Согласно немецкой версии ходе боя во второй половине дня 24 июня экипажу танка удалось подбить немецкое 88-е зенитное орудие и несколько грузовиков со снабжением для боевой группы Раус. Далее в ночь на 25 июня отбить попытку подрыва танка.
И только к середине дня 25 июня 1941 года немцы, подтянув несколько 88 мм зениток, сумели уничтожить "расейняйский КВ". В ходе обсуждений немецких боевых документов выявилась нестыковка в количестве попаданий в танк из этих самых зениток.
В журнале боевых действий мотопехотного полка 6-й танковой дивизии приведена информация о том, что зенитки произвели 13 выстрелов. Эти 13 выстрелов в журнале боевых действий пехотной бригады 6-й танковой дивизии превратились в 13 попаданий в танк. В реальности на танке имеется след только одного такого попадания.
Теперь снова почитаем Рауса. В описании попытки немцев подорвать танк в ночь с 24 на 25 июня есть интересная подробность: "Внезапно, треск и щелканье послышались в лесу с противоположной стороны дороги. Призрачные фигуры, перешептываясь, двинулись к танку. Последовал легкий стук по башне, люк приоткрылся, и что-то быстро передали внутрь. Судя по мягкости удара при опускании, должно быть, это были свертки с едой".
Далее следует предположение немцев о гражданских лицах, которые подкармливали экипаж танка. Однако известно ведь, что местное население в Литве относилось к Красной Армии достаточно прохладно. А с началом войны, как утверждают некоторые товарищи, в Литве случилось чуть ли не всенародное восстание. Как-то не вяжется подкармливание экипажа со всенародным восстанием. Либо речь идет о контакте экипажа с какой-то пехотной группой Красной Армии, либо немцы услышали звуки покидания танка экипажем.
Эти и другие нестыковки в описании Рауса ставят под сомнение немецкое описание сражения в аранжировке американского журналиста с одиноким КВ у деревни Дайняй.
Это некоим образом не бросает тень на экипаж танка. После остановки танка
по причине неисправности или отсутствия ГСМ экипаж оставался в танке и
препятствовал снабжению боевой группы Рауса на северном плацдарме. На
многочисленных снимках танка отсутствуют снаряды, что как бы указывает
на их отсутствие в танке.
Теперь насчет захоронения экипажа танка немцами. Как утверждает очевидец, тела погибших танкистов были извлечены из танка пригнанными из Расейняя евреями и захоронены неподалеку.
Далее согласно ранее приведенной информации в могиле находилось 6 тел погибших бойцов Красной Армии. Личные вещи погибших, к сожалению, не дают информации о роде войск их обладателей.
Но, как известно, экипаж танка танка КВ-1 состоял из пяти человек. В могиле было 6 тел погибших. Это указывает на сборный характер захоронения. Танк КВ-1 участвовал в атаке, так что наличие лишнего человека в танке трудно
объяснить.
Процесс вытаскивания тел погибших танкистов из танков иногда попадается на немецких фотоснимках. Не буду их здесь приводить. Могилы танкистов неподалеку от танков также встречаются на снимках. Подобных снимков с могилой около «Расейняйского» танка КВ я не припомню, но эта могила оказалась запечатлена на кадрах немецкой любительской кинохроники, которую уже девять лет назад обнаружил ув. niemirow_41.
Однако танковый шлемофон на могильном кресте не доказывает, что все похороненные в ней были танкистами по вышеуказанной причине. Мало того, командир танка просто обязан был отправить кого то из танкистов за помощью. По крайней мере во всех без исключения случаях остановки либо застревания танка КВ на поле боя при первой возможности немедленно кто то из танкистов отправлялся к своим позициям для вызова помощи, так как радиосвязь в тому времени уже могла не действовать. А командир танкового батальона мог сам пойти с одним или двумя танкистами, так как в танке оставался собственно командир этого танка для обороны.
Собственно все. Исправления и дополнения приветствуются. Если
данная информация была интересна, то прошу не стеснятся ставить
палец вверх для продвижения канала. Кто еще не подписался на
канал, то обязательно подпишитесь. Подписывайтесь также и на мой
Телеграм-канал: t.me/kniga_pro_kv
Оригинал текста опубликован в моем Живом Журнале (https://iam-krasnoyarsk.livejournal.com/7788.html).
Список источников:
1. Сайт Тяжелые танки КВ (kv1ehkranami.narod.ru);
2. Форум РККА (vif2ne.org/rkka);
3. Коломиец В.М. "Один против дивизии: история боя танка КВ с немецкими частями в июне 1941 года" (rytufrontas.net, ныне не доступна);
4. Живой журнал ув. diedas (diedas.livejournal.com);
5. Осадчий Д.И. С марша - в бой. // Военно-исторический журнал. - 1988. - №6;
6. Живой журнал ув. litl-bro (litl-bro.livejournal.com);
7. Живой журнал ув. niemirow_41 (niemirow_41.livejournal.com);
7. Аукционы eBay.
Другие записи о танках и танкистах из 2-й танковой дивизии:
Про "Расейняйский" КВ с пушкой Ф-32, а также скобки и прицелы
Танки 2-й танковой дивизии. Сколько их было.