Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Солнце только поднялось над городом, но уже немилосердно припекало. Город полнился праздничным оживлением: люди выходили из домов, присоединялись к идущим по уже раскалённому, проминающемуся под ногами асфальту.
Подойдя к окну, Андрей смотрел на людскую реку, текущую к Дворцу Революции. Одевшись, спустился на третий этаж и вошёл в ресторан. Несмотря на ранний час, почти все столики были заняты; желающих сидеть на веранде под палящими лучами солнца оказалось не так много. В зале висел гул голосов тихо беседующих посетителей. Пройдя через зал к дальнему угловому столику, на котором стояла табличка «Reservar» (резерв), присел. Официант мгновенно поставил перед молодым человеком чашку с кофе и положил стопку утренних газет.
— Сеньор, завтрак будет через пять минут…
— Благодарю! — кивнул Андрей.
Отодвинув газеты в сторону, закурил и глотнул кофе из чашки, рассматривая сидящих за столиками. Посетители — в большинстве своём журналисты — быстро поглощали завтрак и покидали ресторан. Им тоже надо было торопиться на площадь перед Дворцом Революции, чтобы занять лучшие места в отведённых для прессы зонах.
Официант поставил на стол тарелку с яичницей, сдобренной ветчиной и овощами. Спустя пять минут, покончив с завтраком, Андрей откинулся на спинку кресла, глотнул уже остывший кофе и вновь закурил.
В зал вошла Росарио, одетая в новенькую форму. Сняв кепи, убрала его под левый погон и подошла к столику, за которым сидел Андрей.
— Доброе утро, Пол! Вы готовы?
— Мне необходимо забрать оборудование из номера.
— Жду вас в машине… — Развернувшись на пятках, девушка направилась к выходу.
Замяв сигарету в пепельнице, Андрей поднялся, бросил купюры на столик и покинул ресторан.
Спустя несколько минут «УАЗ» выехал со стоянки отеля и влился в людскую реку. Двигаясь по шоссе, люди пели, выкрикивали лозунги, размахивали флагами. Андрей достал фотоаппарат, поставил кофр за сиденье и, встав в полный рост, ловил в объектив счастливые лица людей, мальчишек, сидящих на крышах домов…
Автомобиль проехал на территорию бывшего комплекса Национального дворца и застыл на стоянке среди множества автомобилей официальных делегаций. Подхватив кофр, Андрей выпрыгнул на асфальт.
— Пол, идем, проведу вас через кордоны безопасности. Вы можете работать перед правительственной трибуной, вместе с вами будут снимать еще несколько журналистов из «Barricada» и «El Nuevo Diario». Митинг начнется приблизительно через час…
Площадь перед Дворцом Революции не вмещала всех желающих. Пришедшие на митинг, посвященный первой годовщине победы Сандинистской революции, перекрыли Панамериканское шоссе и примыкающие улицы. На правительственной трибуне, накрытой брезентовым навесом, заканчиваются приготовления, проверяют работу микрофонов. Журналисты толпятся в отведенных зонах.
Минут за пятнадцать до начала торжественного мероприятия на трибуну начали выходить официально приглашенные представители различных государств, среди которых Андрей заметил и посла Соединенных Штатов Пеццулло. Когда на трибуне появился Фидель Кастро в сопровождении братьев Ортега и Мориса Бишопа, толпа на площади взорвалась радостными криками и аплодисментами. Фидель, улыбаясь, приветствовал людей на площади, помахав рукой. Андрей, перемещаясь, снимал стоящих на трибуне.
Фиделю как почетному гостю первому предоставили слово.
— Братья! — разнесся голос Кастро над площадью. — Ровно год назад благодаря героическим усилиям никарагуанского народа была свергнута кровавая диктатура клана Сомосы… В тот день пришел конец старому миру и родился новый, свободный. Но это не значит, что вы должны расслабляться. Победить в схватке — это только половина победы, необходимо удержать достояние революции…
Все находящиеся на площади замерли, ловя каждое слово, сказанное Команданте Революции. Со стороны могло показаться, что люди даже перестали дышать… Речь Фиделя длилась около сорока минут. Как только он закончил, площадь взорвалась овациями и радостными криками.
К микрофону вышел Даниэль Ортега. Люди приветствовали лидера СФНО. Подняв руку, призывая к тишине, команданте обвел взглядом собравшихся на площади.
— Сандино вчера, Сандино сегодня, Сандино всегда!!! — прокричал в микрофон Ортега. Все находящиеся на площади повторили. — Свободная родина или смерть! — Команданте поднял руки и сжал ладони в кулаки. — После победы борьба продолжается. Сегодня мы воздаем дань памяти сандинистским бойцам, которые погибли за благо народа и революции. От их имени мы клянемся не щадить своих сил для продолжения начатого ими дела и добиться еще больших побед. Да здравствует Сандинистская народная революция! Свободная родина или смерть!
Над площадью разнеслись овации и крики людей. Ортега поднял руку, призывая к тишине, и продолжил:
— Мы проводим глубокие преобразования в экономической, политической и общественной жизни. Земля, фабрики, собственность, конфискованная у Сомосы и его прихвостней, перешли под контроль различных органов революционного государства…
Люди слушали своего лидера, но речь затянулась. Даниэль Ортега рассказывал об экономических преобразованиях и о предстоящих изменениях во всех сферах жизни людей. Но он не Фидель Кастро и не умеет так держать внимание слушателей. Над площадью послышался ропот, люди задвигались, некоторые начали пробираться к дороге…
Законченные произведения (Журналист в процессе, но с опережением) вы можете читать на площадках Boosty (100 рублей в месяц) и Author Today.
Желающие угостить автора кофе могут воспользоваться кнопкой «Поддержать», размещённой внизу каждой статьи справа.