Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
Вечером все живущие в отеле «Intercontinental» журналисты, сидя в ресторане, обсуждали прошедшую пресс-конференцию. Андрей, сидя за дальним столиком на веранде, покончив с ужином, курил и не торопясь потягивал кофе. Моника и Хана подошли к столику.
— Пол, вы позволите к вам присоединиться?
— Присаживайтесь… Правда, я уже поужинал…
Подошедший официант принял у женщин заказ и удалился, спустя пару минут поставив на стол пару бокалов с белым ромом.
— Пол, вы ездили в «Camino Real» на пресс-конференцию?
— Заглянул, послушал выступление команданте и сеньора Солорсано…
— Вам не показалось, что это постановка? — Хана глотнула из бокала.
— Нет… Было достаточно посмотреть на недовольное выражение лица мистера Пеццулло. Мне показалось, что посла расстроил тот факт, что Солорсано жив…
— Вы намекаете, что американцы знали о готовящемся заговоре? — Марта с интересом смотрела на Андрея.
— Как можно! — усмехнулся Андрей. — Думаю, посол Пеццулло из простого любопытства заехал на пресс-конференцию, так сказать, держит руку на пульсе происходящего в стране.
— Мы общались с мистером Пеццулло в Вашингтоне, сразу после его назначения послом в Никарагуа в семьдесят девятом, — произнесла Марта. — В то время он считал сандинистов неопытными во многих политических вопросах, которых при правильном руководстве с его стороны легко можно повернуть в нужную США сторону. Собственно, для этого его и направили в Никарагуа. Ведь именно ему удалось уговорить Сомосу оставить пост президента…
— Вы меня повеселили… — усмехнулся Андрей. — Неужели вы верите в то, что бегство Сомосы — это заслуга Пеццулло?
— Все американские газеты об этом писали… — уверенно произнесла Ханна.
— Вчера они тоже написали о жестоком убийстве сеньора Солорсано, а он жив, здоров и в меру упитан… — засмеялся Андрей. — Сомоса покинул Никарагуа за двое суток до входа сандинистов в столицу. Если бы он этого не сделал, то попал бы в руки революционеров, и нет гарантии, что остался бы жив. И заметьте: американцы, обещавшие ему политическое убежище, спустя два месяца после его прибытия в Майами, потребовали покинуть страну. Он живет в Парагвае и неплохо себя чувствует, хотя, конечно, сожалеет о потере своей страны. Ведь тут он был властелином, а не просто президентом…
— Пол, а вы встречались с Сомосой, когда он еще обладал властью? — Марта пригубила из бокала.
— Мне доводилось брать интервью у диктатора. Он умен, образован, и все его действия носили осознанный характер. Он прекрасно владел информацией о происходящем в стране. Но его власть держалась на штыках национальной гвардии, и поэтому он потакал как офицерам, так и солдатам в их бесчинствах. Прикрываясь борьбой с коммунистами, можно творить любые бесчинства, и тебя не осудит мировая политическая общественность. То же самое в настоящий момент происходит в Сальвадоре и Гватемале. Там тоже кричат о красной угрозе в Центральной Америке и, прикрываясь этим, уничтожают собственные народы. А лицемеры из Вашингтона с превеликим удовольствием финансируют это, прикрываясь красивыми фразами о борьбе за права человека в латиноамериканских странах. Хотя что я вам рассказываю — ведь вы были в Сальвадоре и все видели собственными глазами.
Подошедший официант поставил на стол тарелки с заказом. Андрей поднялся, бросив несколько купюр на стол.
— Прошу прощения, вынужден вас покинуть…
— Пол, вы расскажете о встрече с Сомосой? Нам как профессионалам интересно составить портрет диктатора.
— Поверьте, ничего интересного он не рассказывал… А по поводу портрета, — Андрей улыбнулся, — подарю вам фотографии, сделанные в Парагвае.
— Вы встречались с Сомосой после его бегства? — на лице Марты отразился интерес.
— Гостил у него на вилле трое суток, — кивнул Андрей. — Простите, немного устал, пойду отдыхать.
*****
Последующие несколько дней в столице проходили митинги; народ выражал свою поддержку правительству национального возрождения. Параллельно вся страна готовилась к празднованию первой годовщины победы революции. Над многими домами взвились красно-черные флаги, на стенах появились портреты Аугусто Сесара Сандино в неизменной шляпе и Карлоса Фонсеки. Транспаранты с лозунгами, написанными на красных полотнах, разместились над дорогами.
В столицу начали прибывать официальные делегации дружественных и не совсем стран. Туристы тоже не хотели пропустить столь масштабное народное гулянье, и уже за неделю до торжественной даты в отелях столицы не было свободных номеров.
Вечерами отель «Intercontinental» был похож на улей: журналисты со всех концов света перемещались между номерами, пресс-центром и рестораном. За сутки до торжественной даты стало известно, что генерал Торрихос не сможет присутствовать на торжествах в честь победы никарагуанского народа.
Законченные произведения (Журналист в процессе, но с опережением) вы можете читать на площадках Boosty (100 рублей в месяц) и Author Today.
Желающие угостить автора кофе могут воспользоваться кнопкой «Поддержать», размещённой внизу каждой статьи справа.