Найти в Дзене

Деньги приходят и уходят, а семью потерять можно только один раз

Мне казалось, я знала своего Сашу как облупленного. Пятнадцать лет вместе — не шутка. Каждую родинку, каждую привычку, каждый взгляд могла растолковать без ошибки. Когда он молчал за ужином, я понимала — устал на работе. Когда задумчиво крутил кольцо на пальце — значит, что-то обдумывает важное. А когда начинал суетиться по выходным с самого утра — точно затеял очередной "прожект века", как я это называла. Наша жизнь текла ровно. Не сказать чтобы бедно — на средний отпуск раз в год хватало, ипотеку за двушку платили без надрыва, детей в кружки водили. Но и не богато — о новой машине Саша мечтал уже третий год, а я все откладывала на ремонт кухни, где обои уже начали отклеиваться по углам. Всё переменилось в одночасье прошлой весной. Сашина айти-компания, куда он пришёл простым программистом ещё десять лет назад, вдруг взлетела. Какой-то иностранный инвестор, потом слияние, потом выход на международный рынок... Я, честно говоря, не особо вникала в детали. Знала только, что муж теперь с
Оглавление

Мне казалось, я знала своего Сашу как облупленного. Пятнадцать лет вместе — не шутка. Каждую родинку, каждую привычку, каждый взгляд могла растолковать без ошибки. Когда он молчал за ужином, я понимала — устал на работе. Когда задумчиво крутил кольцо на пальце — значит, что-то обдумывает важное. А когда начинал суетиться по выходным с самого утра — точно затеял очередной "прожект века", как я это называла.

Наша жизнь текла ровно. Не сказать чтобы бедно — на средний отпуск раз в год хватало, ипотеку за двушку платили без надрыва, детей в кружки водили. Но и не богато — о новой машине Саша мечтал уже третий год, а я все откладывала на ремонт кухни, где обои уже начали отклеиваться по углам.

Всё переменилось в одночасье прошлой весной.

Сашина айти-компания, куда он пришёл простым программистом ещё десять лет назад, вдруг взлетела. Какой-то иностранный инвестор, потом слияние, потом выход на международный рынок... Я, честно говоря, не особо вникала в детали. Знала только, что муж теперь совладелец, а его доля вдруг стала стоить каких-то космических денег.

— Ленка, ты понимаешь, это всё по-настоящему, — говорил он, нервно расхаживая по комнате в тот вечер, когда всё решилось. — Мы теперь можем всё. Абсолютно всё!

Я радовалась вместе с ним. Ещё бы! Столько его бессонных ночей, столько авралов и нервотрёпки наконец-то окупилось. Мой муж, мой надёжный Саша заслужил этот успех как никто другой.

Первые недели были как в тумане.

Саша сразу настоял, чтобы мы переехали из нашей двушки в районе Медведково в просторную квартиру в центре. На следующий же день после подписания всех бумаг мы поехали выбирать мне машину — я и водить-то толком не умела, но Саша сказал: "Пора учиться. Будешь возить Кирюшу на тренировки как белый человек, а не на метро трястись".

Сын был в восторге. Ещё бы — папа купил ему новый навороченный компьютер, о котором он мечтал, абонемент в крутой спортклуб и пообещал летом поездку в Диснейленд. А дочка Машка, хоть и маленькая совсем — шесть лет всего — но тоже быстро смекнула, что теперь можно просить любые игрушки и сладости.

Я не сразу заметила, как всё начало меняться. Да и сложно было заметить — в круговороте новых впечатлений, покупок, планов. Мы переехали, сделали ремонт, я впервые в жизни могла не смотреть на ценники в магазинах. Саша настоял, чтобы я уволилась с работы — "зачем тебе эта бухгалтерия за копейки, когда можно наконец-то заняться собой?"

И я занялась. Спа-салоны, фитнес с персональным тренером, новый гардероб... Дети пошли в престижную частную школу. Появилась домработница Галина Петровна — строгая женщина, которая теперь командовала на кухне.

Только вот Саша... Саша стал другим. Сначала я списывала всё на усталость и новую ответственность. Конечно, теперь у него столько забот! Но постепенно стала замечать вещи, которые меня тревожили всё сильнее.

Он стал задерживаться на работе ещё дольше, чем раньше. Приходил за полночь, пропускал ужины, а в выходные постоянно был на каких-то встречах. Телефон теперь не выпускал из рук и хмурился, когда я спрашивала, с кем он переписывается.

— Лен, это бизнес, — отмахивался он. — Ты в этом ничего не понимаешь.

А потом появились новые знакомые. Пара званых ужинов в нашей новой квартире — и я поняла, что мы теперь вращаемся в другом кругу. Мужчины в дорогих костюмах говорили о вещах, в которых я действительно ничего не понимала: инвестиционные портфели, хеджирование рисков, маржинальность. Их жёны — холёные, с идеальными укладками и маникюром — обсуждали последние коллекции, отдых на Мальдивах и частные школы в Швейцарии.

Я сидела среди них и чувствовала себя самозванкой. Да, на мне было платье за сумму, о которой раньше я и подумать не могла. Но внутри я оставалась той же Ленкой из Медведково, которая умела готовить борщ на неделю вперёд и знала, как растянуть зарплату до аванса.

— Саш, мне кажется, я не вписываюсь во всё это, — сказала я ему после одного из таких вечеров.

— Глупости, — отмахнулся он. — Просто тебе надо... подтянуться немного. Может, на курсы какие-нибудь записаться? Английский, этикет... Не знаю, что там ещё бывает.

Это больно кольнуло. Раньше я была для него идеальной — умница, красавица, хозяйка. А теперь вдруг стала недостаточно хороша.

Я записалась на курсы французского и светского этикета. Сменила причёску на более модную. Похудела на пять килограммов. Но всё равно замечала, как Саша иногда смотрит на меня с едва заметным раздражением, когда я что-то говорила при его новых друзьях.

А потом случилось то, чего я боялась больше всего.

В один из вечеров, когда Саша опять задерживался, мне позвонила моя подруга Светка:
— Лен, не хотела говорить, но... В общем, Сашу видели в ресторане. С какой-то молоденькой. И они были... ну, очень близки.

Мир пошатнулся. Я не поверила сначала. Мой Саша? Который пятнадцать лет назад клялся в вечной любви? Который держал меня за руку, когда рожала Кирюшу? Который говорил, что я — его тыл и опора?

Когда он пришёл домой, я прямо спросила. И он... не стал отрицать.

— Лена, ты не понимаешь, - смотря куда-то мимо меня. Моя жизнь изменилась. Какие возможности открылись. Я другой человек теперь.

— А я? А дети? — мой голос дрожал.

—Я никого не бросаю, просто у меня теперь другие потребности. Я столько лет вкалывал как проклятый, неужели я не заслужил немного... свободы?

Той ночью я не сомкнула глаз. Лежала и думала — где я ошиблась? Что сделала не так? Может, я мало уделяла внимания ему, всё больше детям? Или не увольняться с работы и быть самостоятельной, со своим доходом?

Следующие месяцы были похожи на хождение по тонкому льду. Я делала вид, что ничего не происходит. Саша приходил домой всё реже. Дети спрашивали, где папа, а я придумывала отговорки про важные деловые встречи.

Однажды утром, когда дети уже ушли в школу, а Саша в очередной раз не ночевал дома, я сидела на кухне с чашкой остывшего кофе и смотрела в окно на дорогие машины во дворе. И вдруг поняла — я несчастна. У меня есть всё, дом, деньги, машина, вот только нет семьи.

Я позвонила Саше.

— Нам надо поговорить, — сказала я. — Сегодня. Это важно.

Он пришёл вечером. Выглядел уставшим и каким-то чужим.

— Саш, так больше не могу, — начала я. — Либо мы семья, либо нет.

— Лена, что тебе не хватает? — устало сказал он.

— Муж нужен. Отец детям нужен. Нужна моя семья.

Он долго молчал, а потом сказал:

— Я изменился, Лен. Деньги меняют людей, это правда. И я не могу вернуться к тому, что было раньше.

— А я не могу так жить дальше, — твёрдо сказала я.

Мы разошлись через месяц. Саша оказался щедрым — оставил квартиру, назначил большие алименты. Дети остались со мной, но он регулярно забирал их на выходные. Правда, чаще всего перепоручал их своей молодой пассии или няне, а сам мчался по делам.

Первое время было очень тяжело. Ночами плакала в подушку, вспоминая нашу прежнюю жизнь. Дети скучали по папе, особенно Машка. Кирюша, уже подросток, злился на весь мир и огрызался на любые попытки поговорить.

Но время лечит. Я начала привыкать к новой жизни.Решила вернуться в профессию. Познакомилась с мамами в школе детей, - с ними можно было общаться без фальши.

Как-то вечером, Саша приехал забрать детей. Я заметила, что он осунулся.

— Как поживаешь? — спросил он неожиданно.

— Хорошо, — ответила я. — Жизнь продолжается.

— А я... — он замялся. — Знаешь, думаю, что я всё испортил. Деньги — они как наркотик. Сначала эйфория, а потом уже не можешь остановиться, всё время нужно больше и больше.

— Деньги тут ни при чём, — покачала я головой. — Дело в выборе. Ты выбрал то, что тебе важнее.

Он не ответил, только кивнул. А я поняла, что не чувствую той острой боли, как раньше. Только лёгкую грусть по тому, что могло бы быть, но не случилось.

Спустя два года.

Я поняла что счастлива по-своему. Нет у меня нет мужчины, и денег стало меньше- я работаю, и у меня зарплата бухгалтера.

Зато у меня есть, настоящие друзья, которые были со мной в трудную минуту. Дети, которые научились ценить не вещи, а отношения. И я сама, которая поняла, что деньги — это всего лишь инструмент. Они могут сделать жизнь удобнее, но не счастливее.

А Саша... его жизнь в постоянной гонке за успехом. В его глазах вижу тоску, по настоящему, по простоту и человечному. Но это уже не моя история. У меня теперь своя дорога.

Как говорит моя мама: "Деньги приходят и уходят, а семью потерять можно только один раз". Жаль, что мы с Сашей поняли это слишком поздно.

Еще читают:

Благодарю , что читаете мои рассказы❤️ Поделитесь в комментариях мнением об этой истории!