Неожиданная находка
Анна выворачивала дорожную сумку мужа над балконной решёткой. Пыль с песком сыпались вниз, оседая на герань в горшках. В последний момент из глубины сумки выскользнул и шлёпнулся на плиту розовый силиконовый кружочек: детская со.ска с потёртым краем.
Она замерла, подцепив находку кончиками пальцев, будто это была не со.ска, а что-то заразное.
- Макс? - голос сорвался на странной ноте, между вопросом и обвинением.
Из ванной донёсся звук бритвы. Затем шаги по кафелю. Дверь распахнулась, выпустив облако пара, в котором возник Макс с полотенцем на одном плече и полосой пены на щеке.
- Что?
Анна молча подняла руку, демонстрируя розовую улику.
Он посмотрел. И в этот момент Анна увидела то, чего не замечала за десять лет брака: зрачки мужа резко расширились, белки глаз стали неестественно большими, а на скулах выступили красные пятна - точь-в-точь как у их сына, когда тот в детстве врал про разбитую вазу.
- Это... не моё, - он кашлянул, нервно потирая шею. - Наверное, в вахтовом поселке кто-то обронил.
В спальне тикали часы. Где-то за стеной смеялись их дети - семилетняя Соня и девятилетний Артём, которые не пользовались со.ск.ами уже лет пять.
Анна разжала пальцы и со.ска упала на пол, покатившись по балкону.
Дорога к правде
Макс работал вахтовым методом уже два года: месяц там, месяц дома. Неплохие деньги, стабильный график. Дети скучали, конечно. Соня даже рисовала календари в тетрадке, зачёркивая дни до папиного возвращения.
Анна тосковала тихо. По вечерам, разбирая бельё, вдыхала запах его подушки - тот ещё держался первые две недели. Но она верила. Верила, когда он привозил ей духи и говорил: «Пахнет, как твои волосы после дождя». Верила, когда он дарил детям магнитики с надписью «Самому лучшему сыну» и «Моей принцессе».
До той минуты, пока из его сумки не выпала со.ска. Розовая. С едва заметными следами зубов. И тогда в Анне что-то переломилось.
Чужой город
Билет она купила заранее, на три дня позже его отлёта, подгадав под выходной. Детей отвезла к бабушке. Выбрала место у иллюминатора. Когда самолёт оторвался от земли, Анна сжала подлокотники, на самолете она летела в первый раз.
Вахтовый посёлок встретил её серыми бараками. Ветер гнал по улице пустую банку из-под пива - она цокала, словно отсчитывала секунды до разоблачения.
- Вы к кому? - охранник в будке поднял бровь.
- К Максиму Соколову. Я его жена.
Мужчины в оранжевых жилетах за столом переглянулись. Один даже поперхнулся чаем.
- Он... э-э... в городе живёт, - пробормотал самый молодой, избегая её взгляда. - Для удобства.
Адрес дали после паузы, неохотно, словно выдавали государственную тайну.
Такси везло её через кварталы. Анна вдруг заметила, что грызёт ноготь, старая привычка, которая появлялась, когда она нервничала.
Дверь открыл сам Макс в мятых домашних шортах и футболке с пятном детской каши на животе. За его спиной молодая, моложе Анны, женщина качала на руках ребёнка.
Тишина.
- Вахта, говоришь? – у Анны закружилась голова.
Ребёнок на руках женщины захныкал.
Двойное дно
Тишину разорвал детский плач. Лена, женщина из квартиры, поправляя выбившуюся прядь волос, прижала малыша к груди. Анна стояла в дверях, сжимая в руках свою сумку.
Макс сделал шаг вперед, пытаясь закрыть дверь:
- Анна, давай поговорим на улице...
Она резко оттолкнула его плечом и ворвалась внутрь.
В прихожей висел его кожаный ремень - ее подарок на пятилетие свадьбы. На вешалке - ветровка, в которой он «улетал на вахту». В дверном проеме спальни маячила знакомая синяя спортивная сумка, его неизменный спутник в «командировках».
- Кто она тебе? - одновременно спросили Анна и Лена.
- Я... - Макс оглянулся на Лену, затем на Анну и не мог быстро сообразить, что сказать.
- А знаешь, что я думаю? - голос Анны дрожал. - Что ты хорошо устроился, завел вторую семью. Дома приголубят, тут приголубят.
Лена молча подошла к комоду и взяла фотографию: Макс с коляской.
- Он говорил, что не женат, - прошептала Лена. - А расписываться все никак время не находилось. Он же на вахте работает, пока приедет, уже назад на работу ехать нужно.
- Это он сюда! на вахту приезжал, а не уезжал, - пояснила Анна с нажимом в голосе.
Макс вдруг вскрикнул:
- Я хотел сказать! Несколько раз собирался! Но как? - он резко сел на стул. - Все получилось неожиданно. Я и тебя люблю, он повернулся к Анне , и тебя люблю, повернулся к Лене. И как мне разорваться было. Я не хотел никого бросать, Вы мне дороги больше всего на свете!
Обе женщины посмотрели на него с такой злостью, что Макс воскликнул:
- Хорошо! Я виноват! Очень виноват, но подумайте - я же не бросал ни вас, ни наших детей! И обеспечивал обе семьи!
- Так обеспечивал, что я пальто новое купить не могу до сих пор, старому уже пять лет,- сказала Анна.
- И я ничего лишнего не могу себе позволить. Но я все понимала, маленькая зарплата.
- Теперь понятно почему она маленькая, хоть и вахтой работает- это уже Анна добавила, - две семьи, трое детей. А ну ка признавайся, может у тебя и третья семья есть, а?
- Да за кого вы меня обе принимаете?, - Макс был в возмущении. Я вас обеих люблю, жить не могу, детей обожаю!
Жестокий расчет
Первой мыслью Анны было развод с разделом всего. Она уже набирала номер юриста, когда взгляд упал на семейное фото в телефоне: Макс с детьми на плечах, она, обнимающая его за талию.
"Отдать его ей? Просто так?"
В зеркале отразилось ее лицо - осунувшееся, с серыми тенями под глазами.
*****
Лена подала на алименты первой. Когда она сообщила об этом Анне и Максу смс-кой, Анна на следующий день также подала на алименты, чтобы Лене досталось меньше денег. Ей не было жалко ни Лену, ни ее ребенка. Черствость и жесткость проснулись в Ане.
Финал
Макс уволился с вахты сам, без скандалов. Нашел работу в их городе, в той же строительной фирме, только теперь без командировок. Каждое утро он уходил в семь, возвращался в семь, целовал Анну в щеку и спрашивал, как день.
Но раз в месяц, в пятницу с работы он не возвращался, а приходил только в понедельник вечером.
- Еду с товарищами на рыбалку,- говорил он, хотя никогда ранее этим не увлекался.
Однажды она нашла в его куртке чек на продукты из того города.
Анна сжала бумажку в кулаке, потом разгладила, положила обратно.
Она могла бы устроить сцену. Могла бы запретить и поставить ультиматум.
Но что это изменит? Он все равно поедет.
И она останется здесь, с детьми, с его зарплатой, с этим домом, который все еще пахнет им, даже когда его нет.
Так что она молчала. А он ездил. И не дай бог ему придет в голову подать на развод самому.
Подписывайтесь на мой канал👇 , будет еще много интересных историй!🐈🫶