Ярина все время пребывала в тревоге. Ей бы радоваться - дома муж, здоровы дети. Не жаловавший мачеху Ростислав далеко, в Новгородской земле, шлет отцу поклоны и позволение взять в жены дочь боярина новгородского, именем Ефросинья и у Юрия причин отказать не было. Хотел было даже поехать на свадьбу, но пришло известие из Киева о смерти великого князя Ярополка и Юрий побоялся оставить свои земли. Очередная смута была более чем вероятна. Послал благословение свое и затих, раздумывая. Успокоился, когда пришла весть, что на княжение сел следующий по старшинству сын Владимира Мономаха, Вячеслав, а значит порядок заведенный был соблюден.
Не могла успокоиться лишь Ярина. Тревожное томление мучало ее по ночам. Не помогали ни отвары успокоительные, ни молитвы. Сердце билось в тревожном ожидании. Юрий заметил ее состояние, спрашивал.
-Чего ты боишься, душа моя! Покуда соблюден порядок, я супротив и слова не скажу!
Ярина это знала, понимала, но ничего поделать не могла.
-Обещай, что коли чего случиться, не станешь в дела Киевские вмешиваться! - просила она.
Не понимал Юрий, что произойти может. Вячеслав на княжение только сел, на здоровье не жаловался, да и брат Андрей там, рядом, в Переяславле, не позволит нарушать старый порядок наследования. Однако скоро пришли известия, подтвердившие, что тревога Ярины была не напрасной. До того, Юрий мало придавал значения тревогам и предчувствиям жены. Полагал, что все бабы, по природе своей, к волнениям склонны. Но тут, впервые признал, что чутье не подвело жену еще ни разу.
Было хмурое мартовское утро. На княжеский двор въехал гонец на взмыленной лошади. От коня и от одежды прибывшего валил пар. Гонец немедля хотел видеть князя и получив дозволение, скинув промокший, вонючий тулуп в сенях, склонился перед ним.
-Говори! - позволил Юрий.
-Киевом Ольговичи завладели!
Новость словно вышибла дух из Юрия. Как же так?! Только месяц назад Вячеслав сел на княжение, в уже потерял Киев?!
-Кто из них? - спросил Юрий, хотя и сам уже догадывался.
Так быстро подойти к Киеву мог только тот, кто был рядом и был силен.
-Всеволод Ольгович, князь Черниговский! - сказал гонец, подтверждая догадку Юрия.
Первым порывом Юрия было послать весть ко всем братьям и племянникам, прав у которых на Киев было гораздо больше, но вспомнились слова Ярины. "Обещай, что не станешь в дела Киевские вмешиваться!" А как не вмешаться, коли все каноны были попраны, все устои нарушены?!
-Нет, не ходи на Киев! - молила Ярина, когда Юрий рассказал ей о случившемся.
Она сразу поняла намерения мужа, угадала по его упрямым глазам, по напряженному телу, стиснутым кулакам.
-А Андрей?! Андрей там в Переяславле, один среди врагов!
-С Андреем худого не будет! Заклинаю тебя, не ходи!
Юрий впервые видел Ярину такой. Обычно сдержанная, державшаяся с достоинством, сейчас она напоминала деревенскую бабу, голосящую при проводах мужа в поход. Таких Юрий повидал много.
-Если я объединюсь с племянниками и призову к походу Новгородское войско, мы одолеем Всеволода! - пытался пояснить он, но жена отказывалась понимать и все твердила: "Не ходи, не ходи!"
Ничего не предпринять Юрий не мог. Как уважать себя после этого?! Кто станет уважать его, как князя, коли он, поджав лапки, не скажет свое слово, тем паче, что оно было правильным.
Юрий ждал от жены дальнейших упреков, но после того разговора, минутной слабости, Ярина взяла себя в руки. Поняла, что не сможет остановить его. "Видно такова судьба и придется смириться с ней!" - говорила она себе, скрывая дрожь, растущую внутри.
Юрий выступил в поход. Путь его лежал в Смоленск, к племяннику Ростиславу Мстиславичу, как к самому ближнему из тех, кого он мог привлечь на свою сторону. Попутно послал весть сыну Ростиславу в Новгород, наказывая прибыть с новгородским войском.
Однако Ростислав прибыл лишь с малою дружиной, прихватив с собой молодую жену. Новгородцы наотрез отказались идти на Киев. Боярское вече, имевшее сильную власть в Новгороде, мало того, что войска отказались послать, так и пригрозили Ростиславу, коли не станет плясать под их дудку, упрятать того в темницу, как не раз уже поступали с не угодившими им князьями. Ростислав не сомневался, что они выполнят угрозу и, поздней ночью, взяв с собой рыдающую жену, которая уже была в тягости, ушел из мятежного города в Смоленск.
Для Юрия это был удар, предательство. Еще большим ударом стало то, что едва узнав, что Новгород не станет на их сторону, племянник Ростислав Мстиславович от похода на Киев тоже отказался, заявив, что жизнь дорога ему и он вполне доволен своей вотчиной. Юрий чувствовал себя опозоренным, злился на старшего сына, хоть в душе и понимал - слаба была еще его власть в Новгороде, чтобы силой заставить тамошний народ делать то, чего они не желали.
Жену Ростислава, Ефросинью, под охраной отправили к Суздаль.
-Княгиня Елена о тебе позаботится! - сказал Юрий невестке, продолжавшей лить горькие слезы.
Она родилась в Новгороде, там оставалась вся ее родня. Все мечты, стать княгиней в родном городе, разбились об упрямство бояр. На их стороне выступил даже родной отец Ефросиньи, несмотря на ее мольбы и уговоры. Поняв, что все бессмысленно, Ефросинья начала просить мужа оставить ее с родителями, но в ответ получила звонкую пощечину. Противиться больше не было сил и теперь она ехала на попечение незнакомой женщины, вынужденная жить ее милостью, пока не вернется муж. Да и он больше не приносил ей радости...
Сам же Юрий, с Ростиславом, сделав небольшой крюк, осадили Новый Торг, городище принадлежавшее Новгороду, но стоящее близко к границам суздальских земель, и через несколько дней городок сдался без боя. Это была маленькая, но ощутимая месть Новгороду за отказ.
Ефросинью привезли в суздальский терем. Встречать ее вышла стройная, сохранившая былую красу женщина, с добрыми голубыми глазами.
-Княгиня Елена! - представилась она, как всегда представлялась людям, не знавшим ее настоящее имя.
Девушка сделала шаг и вдруг согнулась, схватившись за живот. Ярина первой бросилась к ней, подхватила под руку, поспешила увести прочь о любопытных глаз.
-Ты что, на сносях? - спросила она на ходу.
Живота еще не было видно, лишь по утрам молодая женщина страдала от приступов тошноты. Ефросинья, у которой от боли перехватило дыхание, лишь кивнула.
-Ох ты, горемычная! Ничего, сейчас отдохнешь, настои от боли дадим тебе! - заворковала над девушкой Ярина, а сама подумала: "Только бы не скинула! Опять обвинит меня в том Ростислав!"
Ольга, единственная, еще не замужняя, дочь Юрия от первой жены, уже девушка, поспешила за мачехой, стремясь помочь. Ярина не стала ее гнать - пусть привыкает к тому, что суждено переживать каждой женщине, носящей дитя. Подоспели повитухи, захлопотали над Ефросиньей.
-Ольга! Последи тут за всем! Я пойду, вести об отце и Ростиславе узнаю! - сказала Ярина падчерице.
Ей не хотелось оставлять сейчас гостью, но долг и тревога требовали расспросить о том, что стряслось. Рассказ ратников, привезших Ефросинью, и огорчил и обрадовал Ярину одновременно. Юрий не пойдет на Киев, а только того она и боялась. Он скоро вернется домой, к ней. Он будет в ярости, но она сумеет усмирить его гнев. В то же время, Ярина понимала - ничего не закончилось. Эта смута будет тянуться долго и не давать покоя ее мужу. Но тут уж поделать ничего не могла. Радовалась хоть маленькой отсрочке того, что должно было случиться рано или поздно. Она была уверена - Киев станет концом их счастья, а может и жизни, и люто ненавидела этот, никогда ею не видимый, город.
Дорогие подписчики! Если вам нравится канал, расскажите о нем друзьям и знакомым! Это поможет каналу развиваться и держаться на плаву! Рекомендую также подписаться на канал в Телеграмме, чтобы быть в курсе последних событий.
Поддержать автора можно переводом на карты:
Сбербанк: 2202 2002 5401 8268
Юмани карта: 2204120116170354 (без комиссии через мобильное приложение)