Начало здесь.
Глава 6. Теория старого учёного
После происшествия с хищницей Мотыль повёл друзей по тропинке вдоль пруда. Щука плыла за ними вдоль берега и временами всплывала на поверхность, сверкая голодными глазами. Друзья косо поглядывали на неё, стараясь держаться подальше от воды.
— А куда мы теперь направимся? — с любопытством спросила Мотыля Луна.
— Обратно ко мне, домой, — с довольной улыбкой ответил старик.
— Но вы же обещали, что поможете Лунтику с Луной улететь на Луну! — раздражённо заявил Кузя.
Мотыль с воодушевлением ответил:
— Я сдержу своё слово. Но сначала должен проверить одну гипотезу... — начал он, но недовольный кузнечик перебил его:
— Вы лучше сначала скажите, почему Лунтик с Луной не могут вернуться обратно, а потом уже проверяйте... — он не успел закончить фразу, потому что в этот раз Мотыль перебил его:
— Ты меня не понял, Зелёный, — сказал он, замедлив шаг. — Моя гипотеза касается полёта на Луну, и мне нужно быть уверенным в своих догадках, прежде чем мы продолжим.
Мотыль остановился, серьёзным взглядом уставившись на Кузю. Тот тоже остановился и спросил, уже спокойнее:
— В чём вы хотите быть уверены?
Старик приподнял голову и, не торопясь, продолжил:
— Сначала ответь мне на пару вопросов. Первый: почему и Лунтик, и Луна упали с Луны в одно и то же место? И второй: какова вероятность такого совпадения?
Кузя немного растерялся. Никогда раньше его не волновали подобные вопросы.
— Уф... А ведь и правда... — со вздохом начал он. — Я даже не задумывался над этим...
Маленький кузнечик стал осознавать, что Мотыль относится к этому делу серьёзно, потому и не спешит с выводами, в отличие от него самого.
— И зря. А мне эти вопросы не дают покоя. Кроме того, меня настораживает одна вещь, — Мотыль повернулся к Луне. — А где именно ты упала в пруд, ты помнишь?
Лунная девочка была не готова отвечать на вопросы, потому растерялась:
— Я... э-э-э... — смутившись, начала она, но тут в разговор вмешался Пупсень:
— Там же, где мы с вами встретились! На самом видном месте! — закончил он вместо подруги.
Мотыль, как настоящий учёный, задал уточняющий вопрос:
— Откуда такая уверенность?
В разговор вклинился Вупсень:
— Мы с братом были там в ту ночь и сами всё видели. — Он сразу вспомнил пережитые в ту ночь приключения и добавил: — Такое вовек не забудешь!
Луна тихо хихикнула, вспомнив, как гусеницы в панике удирали, когда увидели её в первый раз. Точнее, «страшное чудище» — старую ракушку, в которой она застряла, когда приземлилась в пруд.
— Точно! — воскликнул Пупсень, давая «пять» брату.
Друзья двинулись дальше. Мотыль повернулся к Лунтику:
— Это было в том же месте, где вы нашли её скорлупу? — спросил он серьёзным видом.
— Той ночью я спал у себя дома, но думаю, что да. С Луной я познакомился уже утром, — спокойно ответил Лунтик. В отличие от подруги, он был готов к тому, что Мотыль задаст ему вопрос.
Учёный ожидал большего от ответа Лунтика. Он закатил глаза и почесал подбородок.
— Тоже ночью... — задумчиво начал он. — Как и в прошлом году.
Тут он вспомнил одну важную деталь и повернулся к Лунтику.
— Я наблюдал за твоим падением в телескоп и сразу же обратил внимание на траекторию...
Лунтик не знал такого слова.
— Трае... что? — непонимающе спросил он.
Мотыль остановился и, подобрав веточку, начал что-то чертить на песке.
— Обратите внимание, — начал он. — Теоретически при падении объект должен двигаться по прямой траектории... — он начертил прямую линию. — Возможно, слегка отклоняясь в виде небольшой дуги. — Он стёр половину линии и дорисовал к ней дугу. — Однако неожиданно траектория претерпела изменение. — Он стёр часть дуги и вместо неё начертил сильно изогнутую линию, а в конце — нечто, отдалённо напоминающее пруд. — И в результате тебя как бы «притянуло» к пруду, словно под воздействием магнитного поля! — закончил он свою мысль.
Лунтик удивлённо на него посмотрел и, будто бы понимая, выдал:
— А-га...
Мотыль продолжил:
— Следовательно, в области пруда существует некое подобие магнита, который притянул к себе не только тебя, но и Луну. — Он повернулся ко всем и, чтобы убедиться, что дальнейшие разъяснения не требуются, спросил: — Понимаете, о чём я?
Кузя решил, что «научная лекция» уже закончилась, потому бесцеремонно спросил (к сожалению, поспешные выводы ещё не раз сыграют с ним злую шутку):
— Да, но как насчёт того, чтобы помочь...
Мотыль разочарованно вздохнул, перебивая кузнечика:
— Нет, ты ничего не понял...
Тут в разговор вклинился Лунтик:
— А я, кажется, понял! Этот «магнит» в пруду притягивает не только скорлупу, но и нас с Луной.
Этот ответ явно обрадовал учёного. Он улыбнулся и сказал:
— Точно! Помните, утром я рассказывал вам про вещество в скорлупе и в ваших телах? Оно притягивается неким объектом, скрытым в глубинах пруда! Вот почему вы не можете покинуть Землю!
Кузе стало немного стыдно.
— Мда-а... — смущённо протянул он.
Однако Лунтика такой ответ расстроил.
— То есть нам снова нужно идти на Чёрную гору? — нехотя спросил он. Ему явно не хотелось опять тащиться в такую даль и встречаться с Многоножкой. Он был почему-то уверен, что этот монстр всё ещё жив и обязательно отомстит ему за все свои злоключения. Потому ответ Мотыля расстроил его ещё больше.
— Скорее всего — да. Подальше от пруда и поближе к Луне.
Лунтик опустил уши и решил больше ничего не спрашивать на эту тему. После небольшой паузы в разговор вмешалась Луна.
— Но ведь мы с Лунтиком уже поднимались на высокий холм, но это не помогло.
— Значит, холм был недостаточно высок... — ответил Мотыль.
— И слишком близко к пруду... — разочарованно пробубнил Лунтик.
Этот ответ расстроил уже Луну.
— Значит, я не смогу встретиться с мамой? — чуть не плача спросила она.
Мотыль не мог позволить девочке заплакать, потому, быстро сообразив, ответил:
— Впрочем... если объединить усилия нескольких лунных жителей, высоты этого холма могло бы хватить... — но тут же осознал, что такой вариант не подходит.
Лунтик, шмыгая носом, с грустью заметил:
— Но нас всего двое...
Мотыль сочувственно добавил:
— К сожалению, да... Хотя... — не успел он договорить, как Лунтик его перебил:
— У нас есть ещё одна ночь, чтобы добраться до Чёрной горы! — лунный малыш уже смирился с тем, что, чтобы снова увидеть свою маму и помочь Луне встретиться с её мамой, придётся повторить этот опасный путь. Но у Мотыля появилась другая идея:
— Погоди, я... — он снова не сумел закончить, потому что его перебила Луна:
— Вы же поможете нам, да? — с надеждой спросила она.
— Луна... — Мотыль уже начал терять мысль.
— Ура! Дедушка Мотыль, спасибо! — Луна крепко обняла старика.
При виде этой сцены Кузя отвёл взгляд в сторону и сложил руки на груди. Ему уже порядком надоело, что Луна всё время жмётся к «этому старикашке», а Вупсень и Пупсень недоумённо переглянулись. Им также было неясно поведение подруги. Впрочем, они понимали, что Луна просто не знала всей правды о недавнем прошлом Мотыля.
— Эх... — с грустью вздохнул старик. Он уже почти забыл, о чём хотел сказать, а неожиданный вопрос Лунтика заставил его окончательно потерять мысль.
— Дедушка Мотыль, а почему вы крикнули щуке: "Только попробуй её СНОВА проглотить!"? — спросил он. — Что вы имели в виду?
Мотыль задал ответный вопрос:
— Помнишь, я рассказывал, что выловил скорлупу сразу после твоего падения?
— Помню, — ответил Лунтик.
— В ту же ночь я её утратил...
Малыш очень удивился.
— Но как же вы тогда изучали её весь год? — спросил он, и тут же вспомнил, что скорлупа долго лежала у него дома в чулане, пока её не достал Генерал Шер, чтобы...
Но тут ход его мыслей нарушил Мотыль:
— Вы просто не знаете всей истории... — с горечью сказал он. — Ладно... Слушайте. В ту ночь я взял свой сачок и отправился на поиски...
Глава 7. Куда пропала скорлупа?
Я бежал к пруду через заросли травы. Остановившись на берегу, я стал внимательно вглядываться в толщу воды, в надежде найти то, что увидел в телескоп. Вскоре я заметил слабое свечение на дне пруда. Я сразу же направился к этому месту, прыгая по торчавшим из воды камням. Мне очень повезло, потому что в том месте было неглубоко, и мне не пришлось бы мочить крылья. Я погрузил сачок в воду по самое плечо и с большим трудом достал скорлупу. Отложив сачок в сторону, я осторожно взял её в руки. Она излучала слабый свет, но тогда я не связал это явление с воздействием света луны. Я посчитал, что она светилась от перегрева, когда вошла в земную атмосферу, но почему тогда она была холодной на ощупь? Я начал размышлять над всем этим, но тут ход моих мыслей нарушил громкий всплеск за спиной. Я не на шутку испугался. Затем я услышал громкое кваканье. Я повернулся влево и увидел прыгающую в камышах огромную жабу... Ох... Никогда не забуду, как два месяца назад встретился с ней лицом к лицу...
— Она была с бантиком? — вмешался в разговор Лунтик.
— Кто? Жаба? Да, с бантиком... Погоди-ка... А ты откуда знаешь? — удивился Мотыль.
— Это жаба Клава, мы с ней давно знакомы. Она очень добрая и...
— Добрая?! — возмутился Мотыль. — Да она меня чуть не слопала!
— Ну... честно говоря, меня тоже... в ту самую ночь. Когда мы впервые встретились, — неуверенно начал Лунтик, но тут вмешался Кузя:
— Не будь там меня, ты бы вряд ли с ней потом подружился!
Лунтик помолчал, затем сказал Мотылю:
— Продолжайте.
— Так вот... На чём это я... Ах! Да... Когда жаба проскакала мимо, я услышал шорох прямо за моей спиной. Я оглянулся, но ничего не увидел, кроме колыхавшихся камышей...
— Там был я... — перебил его Лунтик.
— Ты?! Впрочем, это было ожидаемо. Подумать только, мы могли встретиться годом раньше и...
— И хорошо, что не встретились, — перебил его Кузя. Мотыль замолчал. Луна недоумённо посмотрела на кузнечика.
— Продолжайте, — сказал вместо Лунтика Кузя.
Мотыль продолжил, но уже с меньшим воодушевлением:
— Я заметил, что мой сачок оказался в воде, и его медленно уносило течением. Я наклонился, чтобы поднять его, но внезапно заметил в воде два огромных светящихся глаза, стремительно приближавшихся ко мне... Вы не представляете, как это было жутко...
— Представляем, очень даже, — перебил его Кузя.
— Кузя, помолчи, пожалуйста, хоть немного, — раздражённо сказал Лунтик.
— Ладно, ладно... Молчу. — тихо сказал кузнечик.
Мотыль тяжело вздохнул и продолжил:
— Я успел отскочить назад, прежде чем передо мной возникла голова той самой щуки, с которой нам «повезло» сегодня встретиться. Эта безумная рыба схватила зубами мою скорлупу...
Кузя снова решил что-то добавить по поводу скорлупы, но Лунтик толкнул его плечом. Кузнечик сдержался и ничего не сказал.
— Я не на шутку перепугался, — продолжил Мотыль, — но не выпустил скорлупу из рук. Щука потянула её за собой в пруд, но я успел одной рукой ухватиться за ближайший камень. Скорлупа затрещала. От неё отломился небольшой кусок, который так и остался у меня в руке. Его-то я и изучал весь год. С ним я рухнул на песок. Остальная же скорлупа погрузилась на дно вместе с щукой.
— Чтоб тебе подавиться! — крикнул я в ярости. (Кузя тихо усмехнулся.) Затем подобрал мой сачок и отправился домой. — С тех пор я и близко не подхожу к пруду — из-за этой проклятой щуки.
Кузя нахмурился и бросил на Мотыля недовольный взгляд.
— Её зовут Клюка... — тихо произнёс Лунтик, о чём-то задумавшись.
— Прости, что? — не понял его старик.
Лунтик снова задумался, вспоминая события той ночи, случившиеся после его прибытия на Землю.
— В ту ночь первым, кого я встретил в пруду, был Пескарь Иванович, — начал он свой рассказ. — Он просил меня не шуметь, иначе проснётся щука Клюка. Так он сказал. Но я устроил там такой переполох, что она всё же проснулась... — Лунтик заметно погрустнел и опустил уши. Кажется, ему стало даже стыдно.
— Да уж... Тебе ещё повезло тогда не встретиться с ней лицом к лицу! — произнёс Мотыль.
При этих словах Лунтик и Кузя замерли. На их лицах читался страх. Кузя крепко обнял друга, а Лунтик прижал его к себе одной рукой. Несколько секунд они стояли неподвижно, закрыв глаза. Маленькая Луна не совсем понимала происходящего. Всё её внимание заняла история Мотыля, ведь Лунтик почти ничего не рассказывал ей о своём прошлом. Заметив, что старик замолчал, она спросила:
— А вы расскажете, что было дальше? Мне так интересно!
За Мотыля ответил Лунтик:
— Скорлупу нашла тётя Мотя.
Затем он повернулся к учёному и уточнил:
— Она — черепаха из пруда. Использовала её как горшок для цветов. А потом подарила мне на День рождения.
— А я целый год довольствовался жалким осколком... — сказал со вздохом Мотыль, затем спросил:
— Позволите мне продолжить?
— Да! Да! Да! Рассказывайте дальше! — радостно воскликнула Луна. Мотыль улыбнулся и продолжил рассказ.
За пару дней до знакомства с Лунтиком и его друзьями я, как обычно, изучал скорлупу, точнее, осколок, делал записи в блокноте. Вдруг с улицы донеслись голоса...
Вупсень толкнул почти уснувшего брата плечом и кивнул в сторону Мотыля. Тот посмотрел на братьев и сказал:
— Да, то были вы.
Гусеницы смущённо улыбнулись.
— О! Пупсень, слышь? Это же дом учёного Мотыля! Может у него есть фото солнечного затмения? — услышал я голос Вупсеня.
— Ну давай спросим, раз уж пришли! — лениво ответил брат.
— Эй! Есть кто дома? — прокричал Вупсень.
Я выглянул за дверь и грозно спросил:
— Вы кто такие?
— Здрасьте. Я вот Вупсень, а это мой брат Пупсень. — представились незваные гости. Я никогда раньше не слышал таких странных имён, потому ответил:
— Да? А я, знаете ли, ожидал Бибигона с Брундуляком! Вам чего надо?
Тут в рассказ вмешался Вупсень:
— Эй! Нормальные у нас имена!
— Да! — поддержал его брат.
— Тихо вы! Помолчите! — прикрикнул на них Кузя. Мотыль подождал, затем продолжил.
Пупсень ответил:
— Хотели пообщаться с вашим холодильником... — а Вупсень, толкнув брата, спросил:
— Мы хотели поинтересоваться, есть ли у вас фото солнечного затмения?
— Нет! — ответил я. — Я вообще-то Луну по ночам наблюдаю, а не Солнце! А днём я вообще сплю! Ещё вопросы будут?
— А правду говорят, что вы хотите на Луну улететь? — спросил Вупсень.
— Правда! И что? — ответил я.
Мой ответ вначале удивил гусениц, но через мгновение они уже катались по земле, захлёбываясь от смеха.
— Ничего не вижу смешного! — крикнул я и показал им осколок — вот благодаря этой штуке...
Я не успел договорить, потому что гусеницы уже буквально задыхались от смеха.
— А-а-а-ха-ха, на Луну на камешке, ой, держите меня! А я-то думал, что в космос на тапках летают! — вставил свой комментарий Вупсень. Пупсень поддержал брата:
— Не, на тапке только на Марс! Ха-ха-ха! — продолжал смеяться Пупсень.
Я собирался уже захлопнуть дверь, но тут он выдал:
— Хотя знаете, я как-то читал в одной старой книжке про одного умника, который с дружком улетел на Луну... благодаря обычному камешку! Представляете?! — я остановился и решил послушать, что он ещё скажет. — Только у них там не тапок был, а ракета! И-хи-хи! Такая, знаете, с багажником для лунных камней! — закончил Пупсень.
Сначала я поверил ему и потому, на полном серьёзе, спросил:
— А-а... А книжка-то как называлась?
— А какая разница? — давясь от смеха, ответил Пупсень. — Всё равно это только сказка для детишек!
А Вупсень с издёвкой добавил:
— Ага! А вы, судя по вашему приветствию, обожаете такие книжечки! А-ха-ха!
Его фраза вывела меня из себя:
— Дураки вы все! И смех у вас дурацкий! — крикнул я в ярости, хлопнув дверью, и вернулся в дом.
Я снова сел за стол, положив на него осколок, и продолжил исписывать очередной, не помню уже какой по счёту, блокнот. К тому времени у меня скопилась целая гора бумаг. Я ненадолго остановился и взглянул на них. Снова поднеся карандаш к блокноту, я тут же сломал стержень, потому что вздрогнул от громкого крика, доносившегося с улицы. Это пели Вупсень с Пупсенем. Если это вообще можно было назвать пением. Я начал нервно постукивать карандашом по столу. Нехотя, в такт.
«Мы не такие глупые, чтобы на Луну летать!
Траву мы лучше будем есть, чтобы бабочками стать!
Мотыль повернут на Луне, какой же он чудак!
На камешке он полетит, вот так! Вот так! Вот так!» — доносилось с улицы.
Тут Пупсень допустил страшную ошибку, дополнив мой список дурачков. Он сказал:
— А, да ну этого лунатика! Он и без Луны у нас тут как комета пархает, всегда мимо! — услышав слово «лунатик», я прекратил мои попытки написать что-нибудь дельное, с силой надавил большим пальцем на карандаш, и он переломился пополам. В мыслях я готовился нанести ответный удар.
упсень сказал:
— Ага, он вообще скучный какой-то! Пойдём лучше нашего дразнить! — он имел в виду, конечно, Лунтика.
— Да, пойдём, устроим шоу! — поддержал его брат-дурачок. — Пусть узнает, как мы круто дразним — вот это настоящее развлечение, а не эти лунные сказки!
— О! А давай его с Ушастым познакомим! — предложил Вупсень. — Уверен, у вас с ним много общего! — обратился он уже ко мне.
В чём-то он оказался прав. Я молча подошёл к шкафу и достал с полки трубку и сумку. Затем я вышел из дома и вынул из сумки горошину, зарядил трубку и выстрелил в мою первую жертву — Пупсеня. Горошина метко угодила ему прямо в хвост.
— Ай, меня-то за что? — вскричал он.
— Бежим! — крикнул ему брат.
Я летел за ними, метко поливая их градом из горошин, до тех пор, пока они не скрылись в зарослях травы. Я взлетел повыше и прислушался. Услышав шорох, я сразу пальнул в то место.
— Ай, ну почему опять я? — услышал я нытьё Пупсеня.
— Потому что ты шире! А-ха-ха! — рассмеялся в ответ Вупсень.
— Ой! Больно же! Извините, пожалуйста! — моя горошина достигла цели.
Я продолжил преследование и, не глядя, с каждым выстрелом попадал в цель прямо через траву.
— Простите, простите! Мы больше так не будем! — то и дело доносилось снизу.
Я увлёкся и слишком поздно заметил, что вместо привычных уже извинений снизу раздалось громкое «Ква!». Затем всё затихло, и я потерял след.
Но тут из травы высунулся Вупсень и, с укором глядя мне прямо в лицо, сказал:
— А вот это вы зря! — и тут же скрылся в траве.
Тут из зарослей выпрыгнула ваша жаба Клава. Настроение у неё было ниже нуля. Она огляделась и заметила меня вместе с трубкой. Я поспешно спрятал её за спину, но было поздно. Жаба присела и со всей силы прыгнула в мою сторону, одновременно выстрелив языком. Лишь чудом мне удалось увернуться и спасти от неё мою сумку с лежащим внутри осколком. Жаба шлёпнулась брюхом на землю, но тут же приготовилась к следующему прыжку. Я развернулся и полетел, что есть силы, в сторону дома. Жаба не отставала. Чтобы задержать её, я развернулся и начал отстреливаться, однако она ловко уворачивалась от горошин. Вскоре они закончились, и я, в надежде найти ещё хотя бы одну, сунул руку в сумку и вынул из неё осколок. В этот момент жаба выстрелила языком и чуть не выхватила из рук главную мою ценность. Я вовремя отдёрнул руку и, отлетев на почтительное расстояние, снова стал шарить в сумке. Жаба стремительно приближалась. Я достал оттуда шарик сонной пыльцы и со всей силы швырнул её в преследователя. Жаба на секунду остановилась, помотала головой, затем продолжила меня преследовать. Я не на шутку испугался. Подлетев к двери моего дома, я тщётно пытался её открыть. Впопыхах я забыл, что закрыл её на ключ. Я хлопнул себя ладонью по лбу и стал шарить в сумке, пытаясь его найти. Когда я, наконец, его достал, то тут же случайно уронил на землю. Жаба была уже совсем рядом. Я быстро подобрал ключ, достал из сумки осколок, раскрутил сумку и швырнул её в жабу как раз в тот момент, когда она сделала последний прыжок. Сумка с сонной пыльцой угодила ей прямо в морду и моментально её усыпила. Я открыл дверь, вбежал в дом и захлопнул, прислонившись к ней спиной. Через секунду раздался настолько сильный удар, что меня отбросило в середину комнаты. Я встал, подошёл к двери и осторожно её приоткрыл. Убедившись, что жаба крепко спит, я подобрал сумку, захлопнул дверь и вернулся к столу. Как только я попытался сделать запись в блокноте, то вздрогнул от громкого храпа. Со вздохом я подошёл к двери, снова открыл её и увидел, что жаба лежит уже на спине и громко храпит. Я тщётно пытался сдвинуть её с места. От досады я громко закричал и вернулся в дом. Из ящика стола я достал затычки и вставил себе в уши, но жаба храпела так, что звенела посуда в доме. Я не мог сосредоточиться на работе, потому решил просто лечь в кровать. До позднего вечера я слушал этот ужасный храп, прикрывая уши подушкой. Когда жаба, наконец, проснулась и ускакала, я вытащил затычки и задремал. Но ненадолго. Я проснулся от громкого шума, доносившегося с улицы.
— Ну что там ещё? — проворчал я, поднимаясь с постели.
Я посмотрел на часы, они показывали 23:57. На календаре была дата 8 июня, воскресенье.
— Кому взбрело в голову шуметь в такой поздний час, да ещё и в выходной? — подумал я и направился к телескопу.
Настроив его, я увидел стартовавшую с берега пруда ракету. Я очень удивился и сказал вслух:
— А это ещё что такое? Неужели ракета? Она летит на Луну?
Я не поверил в происходящее, потому протёр глаза и посмотрел в телескоп снова и вдруг заметил, что от ракеты отделилось маленькое фиолетовое пятнышко. Я не успел сфокусировать телескоп, чтобы рассмотреть его получше, как оно упало в пруд.
— Ничего не понимаю... Наверное, я до сих пор ещё сплю и мне снится дурацкий сон... про ракеты и лунные камни, — подумал я вслух, но тут заметил Лунтика, сидящего на поверхности пруда. Он выбрался на берег и положил на песок... скорлупу!
— Ох, снова этот чудаковатый хомяк! Погодите-ка... Он что, выловил мою скорлупу? Значит, эта безмозглая рыба всё-таки её не съела?! Скорее! Нужно отнять её, пока не поздно! — сказал я снова вслух.
Тогда я, конечно, ещё не знал, что этот «хомяк» был никем иным, как самым настоящим пришельцем с Луны и хозяином скорлупы. Я схватил сачок и стремительно полетел к пруду. Скрывшись в камышах, я выждал подходящий момент, пока никто не видит, накрыл скорлупу сачком и тут же с ней улетел.
Дома я сразу же нашёл подходящее для неё место: я снял глобус Луны с подставки и положил на его место скорлупу, затем достал из сумки недостающий осколок и неожиданно заметил, что тот начал светиться при свете Луны. Поражённый этим необычным явлением, я остановился и продолжил завороженно за ним наблюдать.
Вдруг осколок плавно оторвался от моей ладони и направился к Луне.
— Поразительно! — воскликнул я, схватил сачок и поймал в него осколок. Затем я достал из ящика стола клей, смазал его и приладил к скорлупе.
— Это был тот самый осколок, который вы отломили от скорлупы, чтобы продемонстрировать нам её свойства? — с любопытством спросил Лунтик.
— Да, ты прав, Лунтик, — ответил Мотыль. — Он не успел ещё достаточно крепко приклеиться, потому я легко его отделил.
— Понятно. Это многое объясняет.
— Да, в самом деле твоя скорлупа на удивление очень прочная... — сказал Мотыль, входя вместе с друзьями в домик Луны из тыквы.
Глава 8. Тыквенное чаепитие
Друзья сидели на диванчиках перед столом в тыквенном домике и пили чай. На улице шёл сильный дождь, поэтому никто уже никуда не торопился. Все были в приподнятом настроении после истории Мотыля, однако впечатление портило отсутствие какой-либо еды в домике Луны.
— Следовательно, я не солгал, когда сказал, что выловил скорлупу сразу после твоего падения. Что было дальше, вы знаете, — сказал учёный и отхлебнул ещё чаю.
— Вы правы, всё так и было, — произнёс Лунтик. — Все потом удивлялись, что скорлупа бесследно пропала. А это были вы!
Мотыль молча кивнул, не отрываясь от чашки.
— Не понимаю тебя, Лунтик. Ты же сам говорил, что мы можем улететь на Луну без ракеты, — вмешалась в разговор Луна.
— Тогда я ещё не знал об этом, — спокойно ответил Лунтик.
— Не знал? — удивилась девочка. — А скорлупу тогда зачем с собой брал?
— Деда Шер считал, что она поможет мне снова упасть с Луны на Землю, — ответил друг.
— Вряд ли... — вмешался Мотыль и тут же продолжил пить чай.
— А как же ты встретился с мамой, если выпрыгнул из ракеты? — Луна ещё не совсем понимала, как именно Лунтику удалось достичь Луны.
— Это было за два дня до похода на Чёрную гору. Я тогда ещё не знал, что у меня есть мама. Что она ждёт меня там. На Луне, — ответил лунный малыш и погрустнел.
— Теперь, кажется, понимаю... — теперь и Луне стало грустно. Она опустила уши и отвела задумчивый взгляд в сторону.
— А я тогда был уверен, что ты вернёшься. Даже если не получилось бы упасть с Луны, как в первый раз, то ты вернулся бы в ракете! Быть может, и маму встретил бы раньше! — решил поддержать друга Кузя.
— Не знаю, Кузя. Я ведь её совсем не помнил, — печально произнёс Лунтик.
Луна услышала последнюю фразу и сказала:
— Я тоже не помню свою маму...
Все молча обернулись на неё. После небольшой паузы тишину нарушил Мотыль:
— Как не помнишь? — удивился он. — Ты же всего два месяца назад прилетела!
Учёный поднялся с места, подошёл вплотную к девочке и навис над ней.
— А что ты помнишь? Был ли там метеоритный дождь? То есть падали камни с неба? — с занудством стал спрашивать он.
Кузя закатил глаза и со вздохом сказал:
— Ну, началось...
Почувствовав себя неуютно под пристальным взглядом Мотыля, Луна попятилась назад, вжимаясь в диван.
— Я... я не помню никаких камней, только яркое голубое пламя вокруг, а затем...
Луна хлопнула в ладоши и громко крикнула:
— БУМ!!!
От неожиданности все вздрогнули, а Вупсень с Пупсенем пролили на себя чай.
— ... и я упала в пруд, — тихо закончила девочка.
Пупсень наклонился к брату и тихо сказал:
— Не очень содержательно...
— Ага. Наверное, я просто не понял. Где вся эта эпопея? Где космические пираты, которые захватывают галактики? — добавил Вупсень и потянулся за салфеткой.
— Да, это было бы хотя бы более зрелищно. А то... «БУМ и пруд», — с мнимым разочарованием сказал Пупсень. — И, конечно, никаких путешествий во времени, как мы все мечтали!
Пока братья сушили себя салфетками, к ним неожиданно обратился Мотыль:
— Хм... А вы, — повернулся он к гусеницам, — вы не видели в ту ночь метеоритного дождя?
Пупсень от неожиданности уронил чашку и пролил весь чай себе на живот. Брызги попали также на Вупсеня.
— Да ёжкин клоп! — воскликнул Вупсень. — Не видели мы ничего! Мы тут вообще чай пытались пить, а не метеориты ловить!
— Да не видели, не видели! — поддержал брата раздражённый Пупсень. — «Метеоритный дождь!» Что это за ерунда вообще?!
Мотыль вздохнул, отвернулся от гусениц и сложил руки на груди. Лунтик подал Пупсеню салфетку, тот быстро схватил её и начал сушить себя.
— Спасибо, Лунт! — поблагодарил он друга. — Теперь я хотя бы не выгляжу так, будто метеорит упал в чайник!
— Хм... голубое пламя и взрыв, и никаких камней... — задумчиво произнёс учёный и повернулся к Луне. — А ты хотела бы всё вспомнить?
Услышав знакомую фразу, Лунтик, Кузя и гусеницы поставили чашки на стол и с интересом посмотрели на Мотыля с Луной.
— Конечно! — ответила лунная девочка. — А как?
— Гипноз. Знаешь, что это такое? — спросил учёный.
— Нет. А это не больно? — с лёгким сомнением спросила Луна.
Вупсень с серьёзным лицом наклонился к ней и тихо произнёс:
— Как на колючках сидеть!
Пупсень, с трудом сдерживая смех, добавил:
— Да, только без подушки и пледа!
— И без чайка! Как же без этого в гипнозе-то? — поддержал его брат.
— А вы-то, конечно, смеяться будете, а она, может, на самом деле боится! — упрекнул гусениц Кузя.
Бедная Луна не догадалась, что Вупсень с Пупсенем шутят. Она опустила уши и перевела испуганный взгляд на Мотыля.
— Э-э... может, это и правда не так весело, как вы говорите... — с сомнением произнесла она.
Лунтик поспешил успокоить подругу:
— Не бойся, они шутят.
— А ты откуда знаешь? — Луна недоверчиво посмотрела на Лунтика. Но за него ответил Мотыль:
— Потому что твой друг, — сказал он, указывая взглядом на Лунтика, — уже имеет опыт. Если хочешь, устрою сеанс и для тебя, но сначала проверю свою гипотезу...
Кузе не понравилось, что Мотыль снова затягивает с помощью друзьям.
— Ну что опять?! — сердито воскликнул он.
Лунтик тоже немного рассердился, но не на Мотыля, а на Кузю.
— Кузя, тихо! — прикрикнул он на друга, толкнув его плечом.
Никто не ожидал такого от добродушного Лунтика, потому все сразу замолчали. В наступившей тишине послышалось громкое урчание в животе у Луны. Она тут же схватилась руками за свой живот и смущённо сказала:
— Ой! Я же забыла, что ещё не обедала!
— Точно, корзинку же Клюка проглотила, — сказал Лунтик и тоже почувствовал лёгкий голод.
— Тогда предлагаю пойти к нам домой траву... Ой! Обед жевать! — сказал Пупсень, поднимаясь из-за стола.
— Ага, слыхал? — усмехнувшись, добавил Вупсень. — Она нас самих скоро съест!
Луна оценила шутку и решила подыграть братьям:
— Обещаю, что съем только вашу траву! — сказала она с улыбкой.
Вупсень с притворной обидой произнёс:
— Траву, говоришь? А нас что, совсем теперь не кормить?
Пупсень поддержал брата:
— Точно! — сказал он с мнимым недовольством. — Почему только траву? Мы тоже вкусные, между прочим!
Вупсень вопросительно посмотрел на Пупсеня, и оба дружно рассмеялись.
Глава 9. Несчастный случай
— Как только дождь прекратился, друзья покинули тыквенный домик и отправились прямиком к жилищу гусениц. Из-за туч выглянуло яркое летнее солнышко, и на полянке снова стало тепло. Друзья шли по мокрой тропинке, обходя глубокие лужи. Настроение у всех было прекрасное, однако Кузя был определённо чем-то недоволен. Во время разговора с учёным-Мотылём кузнечик задал ему вопрос:
— Но почему вы не загипнотизировали Луну, пока мы были в её домике?
— Потому что, согласно нашему уговору, я должен помочь твоим друзьям вернуться на Луну, — спокойно объяснял старик. — О гипнозе мы не договаривались. Я вообще думал, что Луна всё помнит, ведь она у нас совсем недавно.
Заметив, что настроение у Кузи от этих слов становится хуже, Мотыль добавил:
— Да и, если честно, мне самому любопытно, как она вообще с Луны свалилась.
Но Кузя лишь разочарованно вздохнул. Так они молча дошли до самого дома гусениц. Когда они вошли в дом, Вупсень поспешил всех предупредить:
— Ведите себя тихо, маман не любит шума.
— Эм, Пупсень, — неуверенно обратился к нему Мотыль. Сейчас он был настолько увлечён своими научными мыслями, что стал немного рассеянным и легко мог спутать Вупсеня с Пупсенем.
— Я Вупсень! — недовольно проворчал Вупсень.
— Вупсень... Раз уж мы пришли к вам обедать... у вас есть дома какая-нибудь химия? — не отрываясь от своих мыслей, спросил учёный.
— Э-э... А натуральная еда вас уже не устраивает? — вопросом на вопрос ответил Вупсень.
Мотыль не сразу осознал, что его вопрос прозвучал странно, и поспешил объясниться:
— Нет, нет... то есть да. Мне химия для опытов нужна.
— А-а. Ну так бы сразу и сказали!
Гусеницы проводили Мотыля на кухню и показали ему, где лежат нужные ему ингредиенты. Собрав всё необходимое, учёный попросил детей выйти из кухни. Он взял ступку, бросил туда небольшой осколок скорлупы, измельчил его в порошок и высыпал его в миску. Затем с помощью пипетки капнул на него жидкость, изготовленную из бытовой химии. Порошок стал растворяться, превращаясь в желтоватую светящуюся каплю.
В это время друзья наблюдали за действиями учёного из-за двери. Мотыль знал об этом, потому попросил:
— Дети, отойдите от двери.
Все отошли назад и прикрыли за собой дверь. Мотыль достал из сумки защитные очки-гогглы и надел их. Затем зажёг спичку и, затаив дыхание, поднёс её к капле...
Раздался громкий хлопок, потрясший весь дом, а вслед за ним — звон бьющейся посуды. Испуганные друзья приоткрыли дверь — оттуда повалил жёлтый дым. Сверху донёсся громкий женский крик:
— А-а-а! Вупсень, Пупсень! Что вы опять натворили?!
— Ну вот, маман проснулась! — разочарованно пробормотал Вупсень.
— Сейчас она нас всех за уши вытянет и на прогулку поведёт… только по потолку! — сказал расстроенный Пупсень.
Луна с Лунтиком испуганно переглянулись и опустили уши. В это время с верхнего этажа по ступенькам быстро спускалась сонная гусеница.
Лунтик и Луна в страхе прижались друг к другу и зажмурили глаза, но та, не обращая на них внимания, пронеслась мимо.
— Дети, быстро открывайте все окна! — прокричала Мама-Гусеница.
Все три гусеницы стали открывать окна. Мама-Гусеница вбежала на кухню и вынесла оттуда на улицу закашлявшегося Мотыля. Луна, Лунтик, Кузя, Вупсень и Пупсень выбежали следом.
— Вы в порядке? — спросила она учёного.
— Благодарю, вы уж извините... — слабым голосом ответил он, продолжая кашлять.
— Ничего, ничего... только попрошу вас впредь ставить ваши опыты вне дома! — строго, но дружелюбно сказала Мама-Гусеница.
Кузя никогда ещё не видел маму Вупсеня и Пупсеня, потому очень удивился, увидев её. Он наклонился к Вупсеню и тихо спросил:
— Так ваша мама ещё гу..?
Не успел договорить он, как раздражённый Вупсень его перебил:
— Да!
Немного успокоившись, Мама-Гусеница обернулась к друзьям и сказала:
— Ой, прошу прощения, очень спешила... Ребята, накройте на стол, у нас гости, — обратилась она к сыновьям.
— За мной, Пупсень! — со вздохом сказал Вупсень, и братья, сутулясь, направились в дом.
Вскоре друзья снова сидели за столом, но уже в гостях у гусениц. Мама-Гусеница расставляла тарелки и чашки.
— Вы ещё раз извините, что мы так... без приглашения... — смущённо произнёс Мотыль.
— Ничего-ничего, — сказала Мама-Гусеница. — У нас редко бывают гости, мне даже приятно, что вы к нам заглянули. Желаете чего-нибудь сладкого? Крыжовник, например?
— Обожаю крыжовник! — ответил старик.
Мама-Гусеница принесла в большой тарелке нарезанный на дольки крыжовник и обошла с ним всех гостей. Каждый взял по дольке.
Увидев плод вблизи, Лунтик и Луна воскликнули:
— Лунная ягода!
— Какая же она лунная? — удивилась Мама-Гусеница. — Это наша, земная... А-а... так это вы двое с Луны? Мне ребята о вас много рассказывали. То-то я вижу, не местные вы. Простите, я не представилась. Меня Катей зовут, а тебя, кажется, Лунтик?
— Да... — ответил малыш.
— А девочку?
— Я Луна. А это наш друг Кузя и дедушка Мотыль, — ответила Луна за всех.
— Какие красивые у вас имена... — сделала комплимент Катя. — А знаете, я всегда...
Мама-Гусеница продолжала о чём-то рассказывать, а Лунтик в это время пробовал крыжовник.
— М-м... и вовсе не кислый, — тихо сказал он вслух. — Точно лунный.
Конечно, Лунтик был знаком с крыжовником. Прошлым летом Баба Капа послала его набрать этих ягод. Однако те были кислыми, потому годились только для варенья. А в прошлом месяце Лунтик вместе с подружками нашёл куст с очень сладкими ягодами, потому не распознал в них крыжовник. Ягоды с этого куста своим вкусом напомнили ему плоды, которыми он питался, когда вернулся на Луну, поэтому он решил, что несколько зёрнышек упали оттуда и проросли на Земле.
— Слушай, а почему вы решили, что эта ягода с Луны? — шёпотом спросил Лунтика Мотыль.
Тот ответил ему тоже шёпотом:
— Потому что лунные такие же на вкус. Только поменьше. И без листочков.
— А-а, — ответил старик и повернулся к своей чашке с чаем. — Обязательно захвачу образцы. — Мотыль сделал глоток и отправил дольку крыжовника в рот. — Когда вернусь...
Лунтик в недоумении посмотрел на Мотыля и опустил уши.
«Он что, тоже на Луну собрался?» — подумал он про себя и повернулся к Маме-Гусенице.
— Такая вот история... — закончила рассказ Катя. — Кушайте, не стесняйтесь.
В этот момент Кузя наклонился к Пупсеню и спросил:
— Пупсень, я это... всё же хочу узнать... почему твоя мама...
Пупсень, не оборачиваясь к кузнечику, поднял руку и прикрыл ему рот тыльной стороной ладони. Тут подал голос Вупсень:
— Ма, тут Кузька спрашивает, почему ты...
Не успел он договорить, как его громко перебила мама:
— Гусеница?!
Все вздрогнули от неожиданности, особенно напугался Кузя. Он почувствовал себя не то чтобы неловко, ему вдруг захотелось просто испариться, исчезнуть из этого дома. Выдержав небольшую паузу, Катя обвела взглядом всех присутствующих и нарушила тишину:
— Знаете, я ожидала этот вопрос. Ничего, ничего, я не обижаюсь… — она помолчала, а затем продолжила. — Понимаете... — повернулась она к сыновьям. — Когда я встретила вашего папу, это было как чудо. Мы дали друг другу обещание стать бабочками в один день... Верили, что будем вместе, как две половинки целого. Так сильно любили друг друга... — Катя глубоко вздохнула. — Потом был День Свадьбы, никогда его не забуду. А потом родились Вупсень с Пупсенем. Мы были так счастливы, смеялись, обнимались... И я уверилась, что этот день, когда мы все станем бабочками, вот-вот наступит. Но однажды...
Папа просто исчез. Я искала его, но не нашла. Не слышала больше его смеха, не чувствовала его рядом... Осталась только пустота. Мы с вами остались, но тот день так и не пришёл. Я больше не знаю, смогу ли снова поверить в чудо...
Все сочувственно опустили головы. Никто не мог подобрать нужных слов, чтобы выразить сопереживание. Тишину нарушила Луна:
— А как это случилось?
Пупсень толкнул её плечом, но Мама-Гусеница заметила это и, сглотнув слёзы, ответила:
— Ничего, ничего... пусть спрашивает. Я... я сама давно перестала бояться этого вопроса. Это был несчастный случай... Знакомые рассказывали, что в тот день он был у самого леса, собирал траву. Вдруг появилась большая ворона... — Катя ненадолго остановилась, затем продолжила. — Я не знаю, что точно произошло. Они услышали крик, а потом тишину. Когда пришли, его уже не было. Он был сильным, он мог бы защититься... Но не осталось никаких следов, ничего... Только пустота. Я так надеялась, что это страшный сон, но он не вернулся...
Маленькая Луна почувствовала стыд. Она решила, что лучше не стоит задавать подобных вопросов, ведь они могут причинить боль собеседнику.
— Простите, я не знала, — сказала она. Больше Луна ничего не спрашивала.
Катя молча сидела, опустив голову. Вупсень встал из-за стола и ушёл на кухню. Пупсень последовал за ним. Затем встал Лунтик, подошёл к Кате и обнял её.
— Не теряйте надежды, — ободряюще сказал он. — Быть может, он ещё вернётся.
С трудом сдерживая эмоции, Катя ответила:
— Спасибо, Лунтик, я сдержу обещание... Знаете, бывает сложно, когда в семье нет отца. Иногда кажется, что тяжело справляться, и хотя семья рядом, всё равно чего-то не хватает. Я стараюсь всё делать сама, но ребята помогают как могут. Семье нужна отцовская поддержка, это правда. И хотя порой трудно, я верю, что мы справимся. Конечно, с папой было бы легче, он бы помог, но я всё равно стараюсь делать всё, чтобы они выросли хорошими. Я не хочу вас перегружать этим, но надеюсь, вы понимаете...
— Нет, нет, что вы! — хотел поддержать её Лунтик, но Катя со вздохом продолжила:
— Простите меня ещё раз. Просто иногда так хочется излить то, что у меня в душе… Сложно быть сильной всегда, особенно когда чувствуешь, что никто не понимает. Но знаете, когда можешь поделиться этим с другими, как-то легче становится... как будто весь этот груз немного уменьшается. Даже если это не решает всех проблем, хотя бы не так одиноко... Ведь иногда кажется, что мы все держим в себе, боимся показать, что не всегда всё под контролем. Спасибо, что выслушали...
Поражённые друзья не знали, что на это ответить. Все чувствовали себя подавленными. Кате вдруг стало стыдно, она сомневалась: может, не стоило так откровенничать перед гостями? Но было уже поздно, слова назад не вернуть. С другой стороны, Мама-Гусеница почувствовала некоторое облегчение, будто избавилась от тяжёлой ноши. Хотя бы частично. Друзья молча начали собирать тарелки и складывать их в стопку.
— Нет, нет, я всё сама уберу... — воскликнула Катя. — Спасибо, не стоит...
На самом деле ей было очень приятно и непривычно, что гости решили ей помочь с уборкой. Она привыкла всё делать сама, отчего сильно уставала.
Луна с Лунтиком взяли тарелки и понесли на кухню. Там они встретили Вупсеня с Пупсенем. Вупсень мыл посуду в мойке, а Пупсень сушил её полотенцем и складывал в буфет.
— Ребята, вам помочь? — спросила Луна.
— Спасибо, Луна, — ответил Вупсень. — Мы сами справимся, тут немного.
— Всё хорошо? — девочке показалось, что гусеницы расстроены.
Вместо ответа оба подошли к ней и к Лунтику и крепко обняли их.
— Всё замечательно! — сказал, наконец, Вупсень.
— Да, спасибо за помощь! — поддержал его брат.
Когда Лунтик выходил из кухни, он наткнулся на Катю у двери.
— Лунтик, можно тебя на минутку? — спросила она, положив ему руку на плечо.
Лунтик кивнул и послушно последовал за ней. Катя остановилась в коридоре и тихо, чтобы никто не слышал, сказала ему:
— Лунтик, я хочу поблагодарить тебя, — начала она с тёплой улыбкой. — С того дня, как вы вернулись с Чёрной Горы, мои мальчики изменились. Они стали добрее, внимательнее... Я всегда мечтала, чтобы они выросли хорошими, но, кажется, мне не хватало сил. А ты показал им, что значит быть настоящим другом. Спасибо тебе за это.
Лунтик ничего не ответил, лишь смущённо улыбнулся. Катя крепко обняла его.
Глава 10. Сила притяжения
Луна, Лунтик, Мотыль и Кузя вышли из дома.
— Заходите к нам ещё, будем очень рады! — с улыбкой сказала им Катя.
— Конечно! — ответил ей Лунтик.
— Обязательно зайдём! — пообещала Луна.
— Приятно было познакомиться с вами, Катя! — сказал Мотыль и широко улыбнулся.
— До свидания! — крикнул Кузя.
Мама-Гусеница помахала им рукой на прощание и закрыла за собой дверь. Затем она пошла на кухню и строго посмотрела на Вупсеня с Пупсенем. Она подошла к ним, и все трое крепко обнялись.
Тем временем Кузя подошёл к Лунтику и сказал ему:
— Никогда бы не подумал, что у гусениц такая милая мама.
— Я буду теперь чаще заходить к ним в гости, хочу помогать Кате по хозяйству, — решил Лунтик.
— Ты такой отзывчивый и добрый, — похвалила его Луна.
— Все так говорят. Ой! Это было как-то нескромно... — смутился лунный малыш.
— Зато правда, — добавила Луна и тут же вспомнила что-то очень важное. — Интересно, а как там моя мама?
Она подняла голову и взглянула на большую полную Луну в небе. К ней подошёл Мотыль и положил ей руку на плечо.
— Скоро ты всё вспомнишь. Потерпи ещё немного... — дружелюбно произнёс старик.
Вдруг его лицо приняло тревожное выражение.
— Так, погодите, а где колба с раствором, которую я здесь оставил?
Мотыль начал нервничать. Подбежав к Кузе, он спросил:
— Колба где? Ты не брал?
Кузя отрицательно помотал головой.
— Неужели пропала? — Мотыль в панике схватился за голову. — Я должен срочно её найти!
Кузя, как ни в чём не бывало, сказал:
— Да не переживайте вы так. У вас есть скорлупа, сделаете ещё...
Мотыль схватил его за плечи и начал трясти.
— Нет! Ты не понимаешь! — громко прокричал он. — Эта жидкость взрывоопасна! Ты же сам видел!
— Взрыво... опасна?.. — от этих слов Кузе стало не по себе.
— Если одна капля так рванула, то подумай, что произойдёт с полной колбой! — воскликнул учёный, казалось, что он был готов заплакать. — Дети, умоляю, помогите её найти!
Кузя недоверчиво спросил:
— А зачем вам... взрывчатка?
— Нет времени объяснять! — отрезал Мотыль. — Срочно надо её вернуть. Пока не случилось беды!
Кузя подошёл к Луне и шепнул ей в ухо:
— Я же говорил, что с ним опасно связываться...
Луна взглянула на Кузю, но ничего не ответила.
— Дедушка Мотыль, глядите, тут какой-то след... — сказал Лунтик и указал на песок.
Мотыль тоже его заметил.
— Это же от моей колбы! — воскликнул он. — Выглядит так, словно её кто-то катил. Но этот «кто-то» сам не оставил следов. Будто летел по воздуху и толкал... Или... — тут его осенило. — А-а-а! Как же я мог забыть!
— Притяжение? — догадался Лунтик.
— Да! Быстрее к пруду!
— Но...
— Быстрее! — торопил Мотыль. — Ну что вы стоите?!
— След-то не к пруду ведёт... — вмешался в разговор Кузя.
— Как не к пруду? — недоумённо спросил Мотыль и почесал макушку. — А куда тогда?
— Давайте просто пойдём и посмотрим, — предложил Кузя.
Старик согласился, и все отправились по следу.
По пути друзья наткнулись на небольшой ручеёк.
— Ну вот, её точно смыло в пруд! — посетовал Мотыль.
— Погодите, след продолжается на другом берегу, — сказал Кузя и ловко перепрыгнул на другую сторону.
Остальные переступили ручеёк и пошли дальше по следу. Вскоре они заметили колбу, которая медленно катилась ко входу в пещеру.
— А-а! Вот она! — в панике закричал учёный. — Хватайте её, пока она не наткнулась на камни!
Кузя в два прыжка настиг её и в последний момент успел поймать.
Друзья догнали его и встали полукругом. Кузя рассматривал содержимое колбы. Вдруг жидкость начала тускло светиться. Кузя от неожиданности выронил колбу, но Мотыль поймал её у самой земли. Несколько секунд все стояли так, будто боялись пошевелиться. Никто не выронил ни звука, но вскоре тишину нарушил голос Луны:
— Это... это же...
— Вход в Синюю пещеру! — воскликнул Лунтик.
— В Синюю пещеру?.. — переспросил Мотыль и посмотрел на большое отверстие в скале.
— Там мы и с Лунтиком впервые встретились, — объяснила Луна.
— Так-так... А почему ты оказалась в пещере? — спросил Мотыль, о чём-то догадываясь.
— Не знаю, что-то тянуло меня туда, — ответила лунная девочка.
— В прямом смысле «тянуло»?
— Меня и сейчас тянет... наверное.
— Я тоже это чувствую, — вмешался в их разговор Лунтик.
— Эх, жаль фонаря с собой не взял, — посетовал Мотыль.
Хотя сам он не нуждался в нём, он считал, что лишний свет всё равно не помешает, особенно его спутникам.
— Он вам и не понадобится, — заверил учёного Лунтик.
— Это ещё почему? — засомневался Мотыль.
— Идёмте, сами увидите, — ответил малыш и первым вошёл внутрь.
Луна вошла следом, за ней Кузя, а Мотыль шёл позади всех. Вокруг становилось всё темнее и темнее, пока не стало видно только глаза друзей и свечение жидкости в колбе, которое мало-помалу становилось всё ярче.
— Как же тут темно! — сказал Кузя. — В прошлый раз было намного светлее.
— Я же говорил, что вам нужен фонарь, — произнёс Мотыль. — Особенно если учесть, что снаружи смеркается.
— А вы сами что-нибудь видите? — спросила Мотыля Луна.
— Естественно! Я же ночной, — ответил учёный, затем добавил: — Я вижу всё!
Кузя подошёл ближе к Луне и сказал ей шёпотом в ухо:
— Ага, с такими глазищами-то...
— И слух у меня тоже отменный! — громко произнёс Мотыль.
Кузя смутился и замолчал. Впереди стало заметно светлее, вскоре все увидели сияющие цветы в глубине пещеры. Заметив их, Мотыль начал нервничать и осторожно сунул руку в сумку.
За поворотом друзья увидели светящиеся кристаллы. Приблизившись к ним, Лунтик и Луна вспыхнули ярким светом, осветив всё вокруг. Не ожидавший такого, Мотыль резко выдернул руку из сумки. Кузя заметил это и с подозрением взглянул на него.
— Ничего себе! — воскликнул учёный и заметил, что жидкость в колбе стала тоже светиться ярче.
Он почувствовал, что ёмкость тянет в глубину пещеры, то же происходило и с сумкой. Мотыль пошёл в этом направлении, все последовали за ним.
Подойдя к одному из кристаллов, старик обратился к Лунтику:
— Лунтик, возьми колбу. Только крепко держи. Не урони.
Малыш аккуратно взял её, а Мотыль осторожно поднял один небольшой кристалл и положил его на ладонь. Затем достал из сумки кусочек светящейся скорлупы и отпустил её. Она сразу же притянулась к кристаллу.
— Притягивает, словно магнит... — сказал Мотыль вслух.
Он подошёл к Лунтику, поднёс кристалл к колбе и начал водить им вокруг неё. В той части колбы, что была ближе к кристаллу, свечение заметно сгустилось.
— Вот оно! — радостно воскликнул учёный.
— Вы хотите сказать, что нас с Луной удерживают на Земле эти кристаллы? — спросил его Лунтик.
— Именно! — воскликнул учёный. — Судя по тому, что подземный ход ведёт под дно пруда... Вы слышите, как капает вода? Пруд находится прямо над нами.
Все подняли головы, и в этот момент большая капля упала Кузе прямо на лицо.
— Ой! — воскликнул кузнечик, стряхивая воду.
— Что и требовалось доказать, — удовлетворённо сказал Мотыль, — Осталось лишь разобраться с Луной...
Мотыль приоткрыл сумку, чтобы положить в неё кристалл, но он притянул все лежавшие в ней осколки скорлупы, и на пол из сумки у всех на виду выпали два шарика сонной пыльцы.
Кузя удивлённо произнёс:
— Это же...
Мотыль смущённо сел на колени и протянул руку, чтобы подобрать шарики.
— Сонная пыльца! — осознал кузнечик и резко наступил на руку Мотыля. Тот вскрикнул от боли.
— Ай! Больно как! — сквозь зубы воскликнул старик.
Кузя быстро поднял с пола шарик и с решимостью замахнулся им на Мотыля.
— Кузя! Что ты делаешь?! — крикнула испуганная Луна.
— Стоять! Признавайтесь, что вы задумали? — воскликнул раздражённый Кузя.
— Кузя, не надо! — попытался остановить его Лунтик.
— Погоди, Лунтик! Зачем она вам? — спросил он Мотыля.
— Ты всё неправильно понял... — попытался оправдаться учёный.
— Отвечайте!
— Я всегда ношу её с собой... для самозащиты... — ответил Мотыль, с трудом подбирая слова.
— Да? А мне помнится, что вы не воспользовались ей, когда на нас напала щука...
— Естественно! Потому что это бессмысленно! Ты помнишь, сколько понадобилось пыльцы, чтобы усыпить Многоножку? А щука ещё крупнее. Да там всего-то пара шариков… — оправдывался старик.
Луна повернулась к Лунтику.
— Многоножку? — нахмурившись, спросила она.
Лунтик ничего не ответил.
Кузя сорвал с Мотыля сумку и вытряхнул содержимое на пол. Из неё выпал ещё один шарик.
— Ладно… три… — смиренно произнёс Мотыль.
— По одному на каждого из нас… — додумался Кузя.
Луна не выдержала и воскликнула:
— Кузя! Ты ошибаешься! Дедушка Мотыль хороший! Он спас нас от щуки! Зачем ты так?
— В прошлый раз интуиция меня не подвела, а спасли нас рыбки… — ответил кузнечик. — Ну, может, гусеницы помогли чуток. А он, — Кузя указал на Мотыля, — лишь втирался в доверие, чтобы… Чтобы… А! Зачем вам нужна эта взрывчатка? Признавайтесь!
— Это не взрывчатка… — начал учёный, но Кузя его перебил:
— Да? А кто говорил, что жидкость взрывоопасна? Кто? Что вы хотели с ней сделать?
— В любом случае не то, что ты думаешь! Ну послушай же!
— Я понял! Сонная пыльца нужна была вам, чтобы усыпить нас, а потом свалить на нас всю вину, после того как вы ей воспользуетесь!
Кузя не доверял старику и ожидал от него чего угодно. Хотя он не был полностью уверен в том, что поступает правильно, но в прошлый раз Мотыль чуть не погубил его и друзей, воспользовавшись сонной пыльцой.
— Кузя, ты не прав!
Кузнечик был готов пнуть старика ногой.
«Он впервые назвал меня по имени! Это явно какой-то отвлекающий манёвр!» — подумал Кузя.
— А! Теперь я — Кузя! — сказал он вслух. — Лунтик, придержи его!
Лунтик стоял в нерешительности.
— Лунтик, ну?
Малыш опустил уши и нехотя подошёл к учёному.
— Мне очень жаль… Правда… — виновато произнёс он.
Лунтик взял Мотыля свободной рукой, крепко удерживая. Он чувствовал себя скверно.
Луна пустила слезу.
— Как же так? Как же так?.. — причитала она.
— Итак… я считаю до трёх. Если за это время вы не скажете правды… — Кузя поднёс пыльцу к лицу Мотыля. — Я начинаю! Раз!
— Ладно, ладно! Я всё скажу! — испуганно воскликнул старик.
Кузя поднял шарик повыше.
— Предупреждаю, я очень меткий и не промахнусь! Два! — угрожающе произнёс кузнечик.
— Это не взрывчатка… — трясся от страха Мотыль. Он с большим трудом подбирал слова.
— А что же? Лунтик, я вот что решил: давай лучше выльем это из бутылки… чтобы уж точно…
Мотыль резко протянул руку к колбе, но не сумел до неё дотянуться, потому что его удерживал Лунтик.
— Не надо! — взволнованно прокричал он. — Это же моё топливо!
— Какое ещё топливо? Время вышло! Три! — Кузя замахнулся, готовый уже бросить шарик сонной пыльцы в Мотыля.
Старик зажмурился и прикрыл лицо рукой.
— А-а! Для ракеты!!! — в ужасе прокричал он, готовясь получить шариком в лицо.
Луна подскочила к Кузе и схватила его за руку.
— Кузя, остановись!!! — воскликнула она.
Озадаченный кузнечик опустил руку.
— Ракеты?
— Чтобы полететь на Луну, — ответил Мотыль, немного успокоившись. — Мы с Корнеем Корнеевичем построили ещё одну ракету по старым чертежам. А я сегодня у вас на глазах создал усовершенствованное топливо для неё — оно в этой колбе. А пыльца… я ведь всё уже объяснил…
— Не верю я вам! — воскликнул Кузя. — Мы бы сразу заметили, если бы кто-то строил ракету!
— Я докажу! — громко сказал Мотыль. — Дайте мне шанс, и вы сами всё увидите!
Луне было жалко старика. Она не знала о его прошлых проступках, потому не понимала, почему Кузя относится к нему как к какому-то преступнику.
— Дай ему шанс, Кузенька! — умоляюще просила девочка, широко раскрыв глаза. — Ну пожалуйста!
Кузя нахмурился и вопросительно взглянул на Лунтика.
— Я согласен… — с грустью в голосе произнёс малыш.
Кузя смирился.
— Эх! Ладно уж. Показывайте свою ракету. Лунтик, не отпускай его. А это… — кузнечик повесил на плечо сумку учёного. — Пока побудет у меня. Но если обманете… — Кузя угрожающе поднёс шарик к лицу Мотыля.
Продолжение здесь.