Хотела сначала в теорию пойти и расписать, как оно происходит, но подумала, что это скучно. Покажу лучше на примере.
🤞 Миша – собирательный образ из моей практики. Историй таких немало, финалы разные, но все печальные: абъюз по отношению к родным, депрессия, алкоголизм, онкология, смерть. И я не сгущаю краски. Мы не видим того, что происходит за дверьми квартир и домов. Не видим и тех, кто ушел из нашего поля зрения, растворился в том самом небытии. Это создает «ошибку выжившего», потому что в поле нашего зрения люди с другими травмами или те, кто смог ее исцелить. Кроме того, речь идет именно о тех случаях, где невидимость стала триггером для построения карьеры. Но она же для многих становится триггером других историй, которые сейчас не рассматриваем, так как изначальный пост был про увольнение топов.
Итак, вот вам Мишаня. Мальчик-невидимка. Шестеренка, исправно крутящаяся, но не издающая ни скрипа, ни грохота. Просто фон. Пока не выдаст «на гора» результат или не сотворит знатную пакость – нет его. Растворился в воздухе родительской безучастности. Больно? Чертовски. Но детская психика живуча, она приспосабливается. Миша усвоил железное правило: чтобы тебя заметили – надо сверкать. Медалью, выговором – неважно. Главное – вывести из равновесия отца, эту дремлющую фигуру власти. И тогда – вот оно, драгоценное внимание, пусть и короткое, как огонь бенгальской свечи.
Годы шли, медали сменялись KPI, отец – безликими начальниками. Миша пер, как танк, чутко улавливая малейшие колебания настроения вышестоящих, превращая их капризы в личные цели. Карьера – взлетная полоса, успех – наркотик. Но вот стукнуло 54. Запахло нафталином «вышедшего в тираж». Молодые и дерзкие наступают на пятки. Свой бизнес? А как работать без «фигуры выше»? Отдых? А как это – исчезнуть из поля зрения? Внутри поднимается ледяная паника, тянет обратно в строй, к отчетам, к звонкам подчиненных, к одобрительному кивку шефа. Как это было в периоды отпусков.
Но шефа больше нет. И подчиненных тоже. Коллеги заняты своими восхождениями на карьерный Олимп, им до Миши – как до луны пешком. Жена укатила на дачу – сил больше нет выносить его кислое настроение. Дети выпорхнули из гнезда. Миша оказался в вакууме, в той самой пугающей пустоте, из которой он отчаянно пытался выскочить всю свою жизнь.
И тогда Миша заболел. Больница стала его новой сценой, истерики – бенефисом. «Я самый больной! Смотрите на меня! Жалейте меня!» – кричал его внутренний мальчик, отчаянно цепляясь за хоть чье-то внимание. Ирония судьбы – врачи разводили руками, лекарства давали побочку, операции шли с осложнениями. Миша был в отчаянии. Но глубоко внутри, там, где еще жила память о холодном безразличии отца, он понимал: это его последний шанс стать видимым. Пусть даже в свете больничной лампы, но зато в окружении сочувствующих взглядов.
Такая вот история Миши-невидимки. И это только одно из проявлений травмы невидимости, что формируется, когда родители энергетически «смотрят» куда угодно, только не на ребенка. Причем, знаю истории, когда физически родители вроде в контакте с ребенком, но энергетически не видят его, пытаясь засунуть в его душу всю свою нереализованность и боль. А потребности ребенка растворяются в пустоте одиночества.
Автор: Татьяна Иванова, психолог, бизнес-аналитик
Больше интересного от автора по этой теме: