Рассказ | Когда любовь не в тягость | Часть 2 |
Алла на негнущихся ногах двинулась к ним, чувствуя, как воздух в лёгких становится густым и тяжёлым. Но не успела сделать и нескольких шагов, как наткнулась на недоумённый взгляд Павла Сергеевича, заместителя Виктора, который как раз направлялся к бару. Он замер, уставившись на неё так, словно увидел привидение.
– Алла? – в его голосе смешались удивление и растерянность. – Вот это сюрприз! Давно тебя не видели на наших мероприятиях... года три как минимум?
– Что? – она непонимающе улыбнулась, чувствуя, как внутри всё холодеет. – О чём ты, Паша? Мы же виделись на дне рождения Вити в прошлом году. Ты ещё с Ириной приходил, помнишь?
Паша – коренастый мужчина лет сорока с залысинами и бегающими глазами – заметно смутился, переминаясь с ноги на ногу и не зная, куда деть руки.
– Странно, – он нахмурился и бросил быстрый обеспокоенный взгляд в сторону Виктора, который не замечал этой сцены, продолжая что-то рассказывать блондинке, склонившись к её уху. – Просто... мы все думали... Виктор говорил, что вы давно... что у вас всё... – он запнулся, явно не зная, как завершить предложение.
– Что у нас всё – что? – тихо спросила Алла, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.
– Ну... что вы разошлись, – наконец выдавил Павел, отводя глаза. – Говорил, что вы мирно расстались, дети с тобой, а он... свободен.
Он не успел закончить речь, но это было уже не нужно.
Алла медленно обернулась и теперь совсем по-другому увидела эту сцену. Со стороны всех присутствующих, сослуживцев, гостей… Будто кто-то сорвал пелену с её глаз: её муж не просто стоял рядом с красивой женщиной, он держал её за талию, а та, смеясь, что-то шептала ему на ухо, игриво прикусывая мочку. Их позы, взгляды, многозначительные улыбки – всё говорило о давней близости, которую они и не просто не пытались скрыть, а даже гордились ею.
«Господи, я не могла быть настолько слепа», – отчаянно думала Алла, ощущая, как в груди разливается тупая боль, словно от удара тяжёлым предметом. – «Сколько же времени это у них продолжалось?»
В этот момент Виктор, обернувшись в поисках официанта, заметил Аллу, беседующую с Павлом. Он зыркнул на неё с растерянностью и смущением, которые тут же сменились злорадством и злостью.
Он что-то быстро бросил блондинке и, расправив плечи, двинулся к бывшему заместителю и своей жене, которая, судя по выражению его лица, стала крайне нежелательным гостем на этом празднике жизни.
– Извини, Павел, позволишь украсть у тебя собеседницу? Нужно кое-что обсудить с Аллой, – процедил Виктор, буквально отодвигая заместителя в сторону. – Личный вопрос.
Павел бросил на Аллу быстрый взгляд, в котором читалось сочувствие, кивнул и тактично отошёл, оставив супругов наедине посреди шумного зала.
– Какого чёрта? – прошипел Виктор, отведя Аллу в сторону, ближе к стене, где их разговор был менее заметен для окружающих. От него исходил запах дорогого одеколона, смешанный с ароматом виски. – Я же по добру, по здорову предупреждал, что не нужно приходить. Ну что, теперь довольна?
– Твои коллеги думают, что мы развелись, – голос Аллы звучал странно спокойно, хотя внутри всё оцепенело, а в ушах стоял звон. – Ты им сказал, что мы давно разведены. Почему, Витя? Зачем было лгать?
– Потому что так было лучше для всех! – его лицо исказилось в нервной гримасе, а глаза сузились, словно у хищника перед броском. Он схватил её за локоть, больно сжимая, не заботясь, что оставит синяки. – Посмотри на себя и на неё! – он кивнул в сторону блондинки, которая наблюдала за ними с напряжённым выражением лица. – Думаешь, я могу гордиться тобой? Представлять тебя как свою жену? Ты хоть понимаешь, как это смешно?
Его слова, словно хлёсткие удары плетью, осыпали Аллу, но по какой-то причине больше не причиняли такой боли, как раньше. Может быть, она просто достигла предела, перешагнула через границу, за которой уже не осталось ничего, кроме пустоты.
– Я всё поняла, Витя, – она тихо произнесла, высвобождая руку из его хватки. – Ты всё это время жил с нами и... с ней одновременно. Двойная жизнь. Удобно устроился.
– Не строй из себя жертву, – от его сарказма пробирало ледяным холодом. – Тебе плевать на меня много лет. С тех пор как родился второй, ты вообще перестала быть женщиной.
Стала наседкой-клушей, которая только и говорит о детях, подгузниках, распашонках. Знаешь, как это осточертело? Ни близости, ни нормального общения!
– А ты не думал, что женщина с двумя маленькими детьми нуждается в поддержке? – Алла чувствовала, как предательские слёзы, которые она сдерживала, прорвались, скатываясь по щекам и оставляя на безупречном макияже тёмные дорожки. – Что она выматывается, не высыпается, теряет форму после родов. Ты когда-нибудь хоть пальцем пошевелил, чтобы мне помочь? Покормить их, погулять, дать выспаться хотя бы?
В его глазах промелькнуло что-то похожее на раскаяние, но только на долю секунды. Затем он снова надел маску превосходства.
– Я обеспечивал вас, – бросил он. – Приносил деньги. Мне некогда было играть в папочку, знаешь ли, были дела поважнее, чем менять вонючие подгузники.
Алла покачала головой, чётко понимая, что разговор бессмысленен. Она не узнавала человека, с которым прожила больше восьми лет, с которым была счастлива когда-то, от которого родила двоих детей. Перед ней стоял отталкивающий, расчётливый эгоист, для которого собственный комфорт и выгода были важнее всего на свете.
– Я ухожу, – сказала она, размазав слёзы тыльной стороной ладони. – Говорить тут не о чем.
И пошла к выходу, чувствуя на себе десятки взглядов. Спину жгло от самого едкого – взгляда блондинки, которая наверняка с торжеством наблюдала за сценой поражения соперницы, так некстати нарушившей их идиллию.
Оказавшись на улице, под проливным дождём, Алла вспомнила, что оставила пальто в гардеробе. Но мысль о том, чтобы вернуться, была невыносимой. Дождь хлестал по лицу, смывая слёзы, пропитал тонкое платье насквозь за считаные секунды, но физический дискомфорт был ничем по сравнению с катастрофой, что была в душе.
Она набрала номер такси и укрылась под козырьком соседнего здания, дрожа от холода и внутренней пустоты.
Виктор изволил вернуться домой за полночь, Алла каменной статуей сидела в тёмной кухне, сжимая в руках остывшую чашку чая. Дети давно спали, соседка ушла к себе, пожелав Алле держаться и не принимать скоропалительных решений.
– Значит, ты всё решила усложнить, – начал он с порога, швыряя пиджак на спинку стула с такой силой, что тот чуть не опрокинулся. От мужа разило алкоголем и явно духами его красивой спутницы. Приторно-сладкими, совершенно не такими свежими, как предпочитала Алла. – Ты хоть понимаешь, в какое положение меня поставила своим идиотским появлением? Сергей Анатольевич весь вечер задавал вопросы, пришлось врать, что ты не можешь смириться и преследуешь меня.
– А ты понимаешь, что лгал всем о нашем разводе? – Алла в ужасе смотрела на него, словно муж был незнакомцем, вторгшимся в её дом. – Что ты живёшь двойной жизнью, Витя? У тебя здесь жена и дети, а там – другая жизнь.
– Хватит драматизировать! – он нервно рассмеялся, расстёгивая запонки и стягивая с шеи галстук. – Все так живут. Каждый второй мужик заводит интрижку на стороне, просто не все об этом кричат. Что ж поделать, если ты перестала быть привлекательной женщиной, на которой я женился. Посмотри на себя! – он окинул её презрительным взглядом с головы до ног. – От той яркой, красивой девчонки не осталось и следа. А Марина... она меня понимает, ценит, даёт мне то, чего я заслуживаю.
– Я рожала твоих детей, Витя, – тихо произнесла Алла, чувствуя, как внутри что-то окончательно умирает – последние остатки чувств к этому человеку. – Я поправилась, потому что вынашивала Кирюшу и Машу. Потому что недосыпала, ела урывками, ухаживая за ними, пока ты строил свою карьеру и крутил роман с Маринами!
– И что, это даёт тебе право навсегда превратиться в бесформенную корову? – его слова заставили её вздрогнуть. – В запущенную тётку, которая даже за собой не может следить? Я не хочу так больше. Всё кончено, Алла. Подаю на развод на следующей неделе. Тебе и детям ничего не будет, я буду всегда их обеспечивать, но жить с тобой... это выше моих сил.
Он развернулся на пятках и зашагал в спальню с решительностью человека, принявшего окончательное решение. Через несколько минут оттуда послышались звуки выдвигаемых ящиков и шкафов – Виктор начал собирать вещи, бесцеремонно бросая их в чемодан, не заботясь о порядке и аккуратности.
Алла наблюдала за его лихорадочными движениями, ощущая странное онемение, словно всё происходящее было кадрами из паршивой мелодрамы.
– Папа, куда ты? – в коридоре появилась Маша, разбуженная шумом. Её маленькое личико, обрамлённое растрёпанными кудряшками, исказилось от испуга. Большие голубые глазки наполнились слезами, а нижняя губа по-детски обиженно задрожала. В руках она сжимала потрёпанного плюшевого медвежонка, с которым не расставалась с двухлетнего возраста.
– Папа уезжает, зайка, – Виктор даже не взглянул на дочь, продолжая швырять в чемодан рубашки и брюки. – Мама всё тебе объяснит. Я буду приходить к тебе и Кирюше, не переживай.
– Не уходи, – Маша подбежала к нему и вцепилась в его рукав тонкими пальчиками. Высокий голосок дрожал от подступающих рыданий. – Пожалуйста! Я буду хорошо себя вести, обещаю. Не уходи, папочка!
На секунду в глазах Виктора промелькнуло что-то человеческое, словно он вспомнил, что отец, но мужчина мигом подавил это чувство, отстранившись от ребёнка.
– Позвоню завтра, – он механически отцепил её пальчики от своего рукава, не обращая внимания на то, как исказилось лицо дочери от этого жеста отвержения. – Будь умницей, слушайся маму.
Он застегнул чемодан, схватил ноутбук, бумажник и ключи от машины и вышел из комнаты, волоча за собой свой багаж и не оборачиваясь. Через минуту хлопнула входная дверь с такой силой, что в прихожей закачалась старая люстра.
Машенька разрыдалась, захлёбываясь от горя, которое было слишком велико для её маленького сердца. Из детской доносился плач проснувшегося от шума Кирюши – он не понимал, что произошло, но чувствовал тревогу в воздухе и отзывался на неё единственным доступным ему способом.
Алла опустилась на колени и привлекла дочь к себе, обнимая так крепко, как могла. Она чувствовала, как рвётся последняя нить, связывавшая её с мужем. Но вместе с этим приходит болезненное облегчение. Словно долгая, мучительная болезнь, наконец, достигла своего пика и теперь либо убьёт, либо начнёт отступать.
– Всё будет хорошо, милая, – прошептала она, гладя Машу по голове и чувствуя, как собственные слёзы текут по щекам. – Переживём. Мы обязательно справимся.
Первые шаги
Недели после ухода Виктора прошли в тумане. Алла просыпалась с ощущением свинцовой тяжести, механически готовила завтрак детям, отводила их в садик, возвращалась в пустую квартиру и садилась на кухне, уставившись в стену.
Виктор не звонил, не появлялся, не интересовался детьми. Деньги на карточке таяли с пугающей скоростью.
– Алла Сергеевна, вы как там? – в дверь позвонила соседка Нина Петровна, – Я борща наварила, занесла бы вам с ребятишками. Позволите?
Этот простой человеческий жест неожиданно разбудил Аллу, вывел её из оцепенения. За чашкой чая она рассказала Нине Петровне всё: и про издевательства Виктора, и про корпоратив, и про то, что осталась одна с детьми и без денег. Муж не выполнил обещание поддерживать детей.
– Да он законченный подлец, твой Витя, – покачала головой соседка. – А ты, красавица, просто света белого не видишь. Поверь старой женщине, найдёшь ещё своё счастье.
– Сначала надо работу найти, – вздохнула Алла. – Я бухгалтером работала до первого декрета, пять лет прошло...
– А удалённо не можешь? – Нина Петровна задумчиво постучала пальцами по столу. – Сейчас все так работают. Я присмотрю за ребятишками, если нужно.
В тот же вечер Алла раскидала по всем сайтам для фрилансеров объявление: «Бухгалтерские услуги. Все виды отчётности. Недорого». На следующий день у неё появился первый клиент – небольшое ателье. Через неделю – ещё трое. Деньги были более чем скромные, но на еду и садик хватало. Родители помогали с остальным.
– Мама, а папа к нам больше не придёт? – спросила как-то Маша, когда они гуляли в парке.
– Я не знаю, солнышко, – честно ответила Алла.
– Мам, наверное, я не хочу, чтобы он приходил, – неожиданно твёрдо сказала девочка. – Он тебя сильно обижал.
Алла удивлённо посмотрела на дочь. Только сейчас она поняла, как много видели и понимали её дети, даже не умея выразить это словами.
Через месяц, оформляя документы для нового клиента, Алла наткнулась на объявление психолога: «Консультации онлайн. Первая встреча бесплатно».
Поколебавшись, записалась. Предложила бартер: вести отчётность взамен на консультации. И неожиданно получила согласие.
Психолог, Ирина, оказалась немногим старше само́й Аллы. Выслушала внимательно, не перебивая, а потом сказала то, что перевернуло сознание Аллы:
– Вы не виноваты в том, что с вами произошло. Ваш муж – злоупотреблял доверием, планомерно уничтожал вашу самооценку. И, похоже, весьма в этом преуспел.
После третьей сессии с Ириной Алла посоветовалась с соседкой, сможет ли та оставаться в один из дней на полтора часа позже, и записалась на тренировку в ближайший спортзал.
Тренер не стал выделываться и составил для неё самую простую программу, не задавая лишних вопросов. И пока дети оставались с Ниной Петровной, Алла выплёскивала свою боль на беговой дорожке и тренажёрах. Тренер специально для неё незаметно подпихивал пачку салфеток, чтобы она украдкой могла стереть слёзы.
К концу года Алла неожиданно для себя похудела на пятнадцать килограммов. На работе дела тоже шли на лад, хоть и неторопливо. Клиентская база понемногу росла, было уже двадцати небольших компаний, а Нина Петровна официально стала няней Маши и Кирюши, получая за это скромную, но стабильную плату.
К весне, когда Алла уже перестала плакать в спортзале, она случайно столкнулась в
с высоким, темноволосым мужчиной, который занимался примерно в то же время. Представился Сергеем, вскользь сказал, что разведён, потому что жена не вынесла его работы в следственном комитете.
– Часто вижу вас здесь, – сказал он после того, как случайно налетел на Аллу у питьевого фонтанчика. – Вы так целеустремлённо занимаетесь.
– У меня и правда есть цель, – Алла улыбнулась, впервые за долгое время ощущая это забытое чувство – интерес мужчины.
Они начали встречаться – сначала у беговой дорожки, потом в кафе после тренировок. Сергей был очень спокойным и невероятно надёжным. Был скуп на комплименты, но каждый его взгляд давал Алле почувствовать себя красивой, желанной и особенной.
Однажды, когда Маша и Кирюша были у бабушки с дедушкой, Сергей пригласил Аллу в кино. Выходя из зала, смеясь над какой-то шуткой из фильма, они нос к носу столкнулись с Виктором. Он не изменился, всё такая же ухмылочка и уверенность в своей правоте.
– Надо же! Смотрю, ты времени зря не теряешь, – бросил он, оглядывая Аллу с головы до ног. – А разреши полюбопытствовать, с кем находятся мои дети, пока их мать шляется где попало?
Интересно читать? Сообщите об этом лайком и интересного станет больше! Подпишитесь и скиньте ссылку близким - вместе читать ещё интереснее!