Первая часть часть статьи здесь
https://dzen.ru/a/aBYmt-vA9mhsTpPu
Продолжение...
Браки по расчету, страсти по выбору
Что еще важно понимать: в Венеции XVIII века практически все браки в высшем обществе заключались по расчету. Юных девушек выдавали за пожилых, но богатых мужчин. Мужчины женились на приданом, а не на женщинах. И венецианское общество выработало своеобразный компромисс — институт чичисбео.
Чичисбео — официальный поклонник замужней женщины, который сопровождал ее повсюду, оказывал знаки внимания и... часто становился ее любовником с молчаливого согласия мужа. Это была полуофициальная форма внебрачных отношений.
Но маска давала другую свободу — тайную. В 1755 году анонимный автор (предположительно, патриций Микеле Фоскарини) издал памфлет "Тайная Венеция", где писал:
"Маски позволяют нашим женщинам иметь не одного официального любовника-чичисбео, которого знает и принимает муж, а столько сердечных увлечений, сколько душе угодно. Муж, который днем с улыбкой встречает чичисбео своей жены, ночью может надеть маску и проследить за ней — но как он узнает ее среди десятка одинаковых фигур в бауте? Это невозможно!"
В документах инквизиции (да-да, в Венеции была своя инквизиция, занимавшаяся в том числе моральным обликом граждан) я нашел забавный случай: некий ревнивый муж заподозрил жену в измене и нанял шпиона, чтобы следить за ней. Шпион докладывал, что дама дважды в неделю, надев маску, отправляется в определенный дом и проводит там пару часов. Муж устроил засаду... и обнаружил, что его жена встречается с женатым мужчиной. Который оказался... самим этим мужем, также надевавшим маску для тайных встреч на стороне! Супруги узнали друг друга только когда сняли маски во время облавы. Инквизиция сочла это настолько анекдотичным, что дело закрыли без последствий.
"Клуб незнакомцев": когда тайна важнее удовольствия
Во время моих исследований мне встретилось упоминание о загадочном "Клубе незнакомцев" — тайном обществе, которое собиралось на острове Джудекка с 1730 по 1765 годы. Этот клуб был настолько засекречен, что о нем не сохранилось практически никаких документов, кроме одного зашифрованного дневника, случайно обнаруженного в подвале одного из палаццо в 1920-х годах.
Дневник принадлежал некоему "Мастеру Церемоний" — распорядителю клуба. Судя по записям, клуб действовал по строжайшим правилам:
"Входящие должны быть в масках уже при подходе к дому. Им выдаются новые маски и одежда, свою они оставляют в прихожей. Никто не должен говорить своим голосом — только шепотом или через специальные флейты, искажающие звук. Запрещено упоминать имена, титулы, должности или любые другие детали, которые могут раскрыть личность. Нарушивший правило изгоняется, и все члены клуба меняют свои маски и условные знаки."
Самым удивительным было то, что члены клуба, судя по дневнику, встречались не для плотских утех (хотя и это имело место), а для того, чтобы "быть истинными собой".
Как писал Мастер Церемоний: "В миру мы носим маски должностей, происхождения, богатства. Здесь мы надеваем настоящие маски, чтобы снять те, невидимые."
Клуб был организован по сложной иерархической системе, но при этом никто не знал настоящего имени или социального положения других членов. Каждый получал прозвище, связанное с животным или мифологическим существом: Лев, Феникс, Горгона, Сирена... Примечательно, что половина прозвищ была "мужскими", а половина "женскими", но кто скрывался под ними в реальности — мужчина или женщина — не знали даже другие члены клуба.
Согласно дневнику, собрания клуба проходили при свечах, причем каждый член получал маленькую свечу, которую мог вставить в специальный канделябр. Пока горела его свеча, он имел право говорить — открывать свои мысли, мечты, страхи, не опасаясь осуждения или узнавания. Другие члены клуба слушали его в полной темноте.
Потрясающе, но "Клуб незнакомцев" был, возможно, первым в истории подобием групповой психотерапии! Вот запись от 1744 года:
"Сегодня Сирена рассказала о своей глубокой меланхолии, о том, что ей порой хочется броситься в воды канала. Пять членов клуба подошли к ней после и обняли, ничего не говоря. Никто не знает её имени, и она не знает, кто её утешил. Эта анонимная поддержка была для неё дороже любых слов, сказала она в следующий раз."
Клуб прекратил своё существование в 1765 году после того, как инквизиция начала подозревать его в политических заговорах. Но судя по дневнику, за 35 лет существования он спас от отчаяния и дал утешение десяткам венецианцев, оказавшихся в плену своих официальных "масок" — социальных ролей.
Анонимные "утешения": индустрия удовольствий под маской
Если вы думаете, что маски использовались только аристократами для пикантных приключений — ошибаетесь! Целая индустрия анонимных развлечений процветала в Венеции.
Район Кастелло был знаменит своими "casini" — дословно "маленькими домиками", а по сути — заведениями для плотских утех. Современники описывали их как "места, где можно найти утешение любого рода и на любой вкус".
Что интересно — все посетители были в масках. Анонимность гарантировалась с обеих сторон.
В мемуарах Джакомо Казановы "История моей жизни" есть любопытный эпизод: однажды он узнал по характерному родимому пятну на плече, что его любовница на стороне — знатная дама, с которой он регулярно встречался в свете. Но он никогда не сказал ей об этом, соблюдая негласный кодекс чести — под маской все тайны остаются тайнами.
Хозяева таких заведений тоже часто оставались анонимными. Известен случай, когда один из самых роскошных "casini" около площади Сан-Марко принадлежал... вдове сенатора, которая таким образом удвоила свое состояние! Днем она была благочестивой матроной, а вечером — деловой женщиной, считавшей доходы от своего предприятия.
Сохранилась любопытная запись в бухгалтерской книге этого заведения (сейчас хранится в музее Коррер): "Получено от господина в синей маске — 25 цехинов; от господина в черной маске — 12 цехинов; от дамы в красной маске — 30 цехинов". Видите? Даже в бухгалтерии фигурировали не имена, а описания масок!
"Тайный дневник" Камиллы Пизани: история одной венецианской маски
Среди архивных документов, которые мне посчастливилось изучить, особенно выделяется так называемый "Тайный дневник" Камиллы Пизани. Эта молодая аристократка в 1740-х годах была выдана замуж за пожилого сенатора Лоренцо Гритти, который был старше её на 42 года.
Дневник начинается как обычные записи светской дамы: визиты, приёмы, сплетни... Но с первого же упоминания маски тон резко меняется:
"Сегодня мой муж подарил мне маску баута. 'Все дамы нашего круга имеют такую', — сказал он. Я не придала этому значения, пока он не добавил фразу, которую я не могу забыть: 'Под маской ты вольна делать всё, что пожелаешь. Но помни: я тоже могу носить маску.'"
Далее дневник разделяется на две части: "Дневные записи" — где Камилла описывает свою обычную жизнь, и "Ночные записи" — где она рассказывает о своих приключениях под маской:
"Дневная запись, 14 мая 1746: Сегодня был утомительный приём у дожа. Мой муж представил меня как 'свою скромную и добродетельную супругу'. Я улыбалась и делала реверансы. Вечером играли в карты. Я проиграла 5 цехинов.
Ночная запись, 14 мая 1746: В маске я — другой человек. Сегодня я сбежала через черный ход, когда муж заснул. Таверна 'У трёх мавров' полна людей в масках. Я пила вино, танцевала с незнакомцами, смеялась громко, как никогда не позволила бы себе в обычной жизни. Один мужчина пытался угадать, кто я. Шептал, что видел меня раньше. Я поцеловала его, прямо через прорезь для рта в маске — это особое искусство, которому учатся все венецианки. "Теперь попробуй угадать мой вкус," — сказала я и растворилась в толпе. Я чувствовала себя пьяной от свободы больше, чем от вина.
Забавно, но утром я встретила этого человека на приеме у контессы Морозини. Он целовал мне руку как почтенной даме, не подозревая, что ночью мы были куда ближе. Или подозревая? В этом вся прелесть масок — никогда не знаешь наверняка".
Судя по дневнику, Камилла быстро освоила негласный кодекс масочного поведения. Она завела несколько разных масок — для разных типов встреч. У неё были свои тайные "шифры" с близкими подругами — они могли узнать друг друга по особым знакам, но никогда не обсуждали эти встречи при дневном свете.
"Странное чувство — видеть на балу женщину, с которой вы танцевали вчера в игорном доме, делая вид, что вы мужчина. Она улыбается и спрашивает о здоровье вашего супруга, а в её глазах пляшут чертики. Мы — заговорщицы, и это упоительно!"
Проклятые маски: когда карнавал становится реальностью
К 1754 году записи Камиллы становятся всё более тревожными. Грань между её "дневной" и "ночной" жизнью начинает стираться:
"Иногда я ловлю себя на мысли, что настоящая я — та, в маске. А эта благовоспитанная дама, которая вышивает у окна, — лишь роль, которую я играю. Когда я надеваю маску, я чувствую, как с меня спадают невидимые цепи — мои настоящие маски. Маски покорности, благочестия, супружеской верности... Под баутой я свободна. И это пугает меня".
Что ещё более тревожно — Камилла начинает подозревать, что её муж ведёт такую же двойную жизнь. Она описывает, как встретила в одном из "казино" мужчину, чей голос показался ей знакомым:
"Он был в красной маске с серебряной окантовкой. Таких в Венеции десятки. Но его манера постукивать пальцами по столу... Эти три быстрых удара, потом пауза, потом ещё два. Мой муж делает точно так же, когда нервничает. Я поспешила уйти, но всю ночь думала: что если это был он? Что если мы, сами того не зная, встречаемся в этих притонах ночных удовольствий?"
Трагический финал: когда тайны становятся смертельными
К сожалению, история Камиллы заканчивается трагически. Последняя запись в дневнике датирована 3 ноября 1756 года:
"Сегодня я видела мужа выходящим из 'Золотой маски'. Он был без маски, но я — в своей. Он прошёл мимо, не узнав меня. На его губах была улыбка, которую я никогда не видела дома. Я последовала за ним на расстоянии. Он вошёл в дом на улице Мадонны — там живёт вдова Фоскарини, о которой ходит столько слухов. Я ждала снаружи два часа. Когда он вышел, она проводила его до двери. Он поцеловал ей руку так, как никогда не целовал мою. И сказал: 'До завтра, моя единственная любовь'. Завтра у нас годовщина свадьбы. Десять лет... Я решила, что пора закончить этот маскарад".
Дневник обрывается на этих словах. Что произошло дальше — мы можем только догадываться. В церковных записях церкви Сан-Закария есть упоминание о погребении Камиллы Пизани Гритти 5 ноября 1756 года. Причина смерти не указана.
В своём завещании её муж, переживший её на двадцать лет, распорядился похоронить себя "с баутой в руках" — последняя дань венецианской традиции масок... или намёк на какую-то личную драму?
Закат эпохи маскарада: конец венецианской свободы
Упадок традиции ношения масок вне карнавала начался в конце XVIII века. Это совпало с общим закатом Венецианской республики, которая в 1797 году пала под натиском Наполеона.
Французские власти, а затем австрийцы, которым досталась Венеция, не одобряли маскарады и стремились контролировать общественную жизнь. Маски стали ассоциироваться с распущенностью "старого режима" и даже с политическими заговорами.
В 1797 году, после падения республики, был издан декрет, запрещающий ношение масок вне карнавала. А сам карнавал сократили до нескольких дней. Маскарадная культура ушла в подполье, став уделом немногих энтузиастов, хранивших старые традиции.
Как писал один венецианский патриций в 1810 году: "Забрав у нас маски, они забрали нашу суть. Венецианец без маски — это как рыба без воды. Мы задыхаемся в своих истинных лицах, привыкнув веками скрывать их".
Возрождение традиций: туристический аттракцион или живое наследие?
Венецианский карнавал был официально возрождён только в 1979 году — как туристическая достопримательность. Сегодня ежегодно сотни тысяч туристов приезжают в феврале в Венецию, чтобы надеть исторические костюмы и маски.
Но мало кто из них знает истинную историю баута и других венецианских масок. Для большинства это просто красивый аксессуар для фотографий. Хотя в некоторых аристократических семьях Венеции до сих пор передаются из поколения в поколение старинные маски — реликвии эпохи, когда кусочек папье-маше мог дать человеку больше свободы, чем целая революция.
Мастера, который делает маски по старинным технологиям. Синьор Гвидо, наследник семейного дела в пятом поколении, рассказывает:
"Вы думаете, традиция умерла? Нет, она просто трансформировалась. Каждый год ко мне приходят несколько десятков венецианцев — не туристов, а местных жителей — и заказывают настоящие, традиционные баута. И используют их точно так же, как их предки триста лет назад — чтобы стать анонимными в городе, где все друг друга знают".
У него есть особая комната в мастерской, где хранятся маски "для своих" — с секретными метками, особыми деталями, понятными только посвященным. Также он рассказал о тайных вечеринках, которые устраиваются в старинных палаццо вне туристического сезона — там, как и раньше, действует строгое правило: никаких имен, только маски.
"В туристических лавках продают безделушки, — сказал мастер. — Настоящая баута — это не просто форма, это философия. Маска должна полностью скрывать лицо, но при этом быть удобной для длительного ношения. Внутренняя поверхность обрабатывается особым составом, чтобы кожа могла дышать. А форма рассчитывается индивидуально — для каждого лица она своя".
Он также рассказал мне о современном феномене "флэш-маскарадов" — спонтанных сборищах людей в масках в непопулярных у туристов уголках города. "Традиция не умирает, пока жив её дух", — подмигнул мастер на прощание.
Вместо послесловия: что скрывается за нашими современными масками?
А так ли сильно мы отличаемся от венецианцев XVIII века? Социальные сети, анонимные аккаунты, виртуальные личности — разве это не современные версии баута?
Маска всегда давала иллюзию свободы. Возможность стать кем-то другим, освободиться от социальных ограничений. И одновременно — скрыть истинное лицо, спрятать настоящие чувства и желания.
Венецианские аристократы надевали маски, чтобы снять невидимые оковы своего положения. Мы создаем онлайн-персонажей с той же целью. Технологии меняются, человеческая природа — нет.
И все же в этой истории есть что-то завораживающее — представьте себе город, где половина жителей скрывает лица, где под маской может оказаться кто угодно, где твоя собственная жена может не узнать тебя на расстоянии вытянутой руки...
И знаете, что самое удивительное? В архивах Венеции до сих пор хранятся тысячи неизученных документов того периода. Сколько еще тайн скрывается за этими пожелтевшими страницами? Сколько еще историй ждут своего часа, чтобы быть рассказанными?
Я планирую съездить в Венецию в следующем году. И кто знает — может быть, я тоже закажу у синьора Гвидо настоящую баута... Ведь иногда, чтобы найти истину, нужно скрыть своё лицо.
И если вы когда-нибудь окажетесь в Венеции вне карнавального сезона и встретите человека в классической белой маске — не спешите принимать его за туриста. Возможно, перед вами наследник многовековой традиции, для которого маска — не костюм, а второе лицо.
...
Если вам понравилась эта история о тайной жизни венецианских масок — подписывайтесь на мой канал! В следующих статьях расскажу о шокирующих секретах веера в аристократическом обществе и о том, как обычная перчатка могла погубить репутацию женщины в XIX веке. Буду рад вашим комментариям — какие ещё "мелочи" исторического костюма скрывают громкие тайны?
Первая часть статьи здесь