В тот душный августовский день, когда я впервые переступила порог бутика "L'Étoile", воздух окутал меня сладковатым коктейлем из жасмина, ванили и чего-то неуловимо химического. Хозяйка, мадам Ирина (как она просила себя называть), обвела меня оценивающим взглядом, её маникюр с позолотой постукивал по стеклянной витрине.
"Правило первое, – её голос звучал, как шуршание шёлковой бумаги, – клиент всегда верит в волшебство. Даже если продаём ему крем за пять тысяч, который ничем не отличается от аптечного".
Алина, моя сменщица, появилась на второй день – высокая, с манерой медленно облизывать губы перед тем, как соврать. В её сумке Louis Vuitton (явно подделке) всегда звенели флаконы.
"Смотри, как делается бизнес, – прошептала она однажды, ловко вскрывая упаковку ночного крема La Prairie. – Берём "Чёрную жемчужину" за триста рублей, смешиваем один к трём... и вуаля! – её пальцы, испачканные белой массой, напоминали лапы жука. – Прибыль прямо в карман".
Я замерла, наблюдая, как она подогревает смесь на батарее, чтобы "сошел фирменный запах". За окном проходила пара туристок, восхищённо разглядывающих витрину. Алина моментально преобразилась – её улыбка стала тёплой, поза открытой.
"Bonjour, mesdames! У нас как раз поступила новинка из Прованса!"
Особенно она любила лаки. Бутылочки Chanel с чуть помутневшими этикетками ожидали своей участи в ящике под кассой.
"Ацетон – лучший друг продавца, – Алина встряхивала флакон, где на донышке болтался одинокий шарик. – Главное, не переборщить, иначе будет пахнуть, как в автосервисе".
Как-то раз я застала её за странным ритуалом – она аккуратно поддевала иголкой защитную мембрану на новом тональном креме.
"Чтобы быстрее испортился, – пояснила она, делая проколы в следующей баночке. – Через неделю спишем. Хозяйка даже спасибо скажет – налоги меньше".
Прошло пятнадцать лет. Сегодня, заходя в бутик с хрустальными люстрами, где консультанты в белых халатах напоминают хирургов красоты, я невольно ловлю себя на странных мыслях.
"Этот флакон... кажется, слишком жидкий", – бормочу я, разглядывая сыворотку за 12 тысяч.
Молодая девушка с идеальным contouring тут же подхватывает:
"Вам повезло! Последняя партия была особенно концентрированной!"
Её ноготь, розовый, как лепесток пиона, стучит по стеклу. Где-то в подсознании всплывает образ Алины – её смеющиеся глаза, запах ацетона, смешанный с ароматом тестера Tom Ford.
"Может, лучше что-то из новинок?" – девушка уже тянется к полке, и мне кажется, я вижу, как её рука слегка дрожит.
Или это просто игра света на хромированных стеллажах?
P.S. Вчера в парфюмерном отделе я заметила, как продавец ловко подменил демонстрационный флакон – из настоящего в его руке осталась лишь тонкая струйка. Но когда наши взгляды встретились, он лишь улыбнулся и сказал:
"Эксклюзивный аромат. Как раз для вас".
Возможно, это правда. А возможно – очередной спектакль, где я снова невольно становлюсь зрителем.