Задыхаясь от быстрого бега, Шура спустилась к реке, пошарила в прибрежных кустах и достала оттуда припрятанный заранее мешок. Быстро, но тщательно намылила руки стиральным порошком, ополоснула их, потом налила на ладонь подсолнечное масло и втёрла его в кожу рук чуть ли не до локтей. Снова намылила порошком и опять смыла водой. Повторив все это ещё пару раз, Шура с удовлетворением убедилась, что руки совсем не пахнут бензином и перевела дыхание. Но расслабляться было ещё рано.
Глава 1
Глава 14
Быстро скинув с себя всю одежду, и даже нижнее белье, Шура переоделась в чистые вещи, а то, что сняла, сунула в мешок, крепко скрутила его, подсунула под узел камень и, размахнувшись, бросила свёрток в воду. В темноте она не увидела, далеко ли попала, но камень должен был утянуть вещи на дно, и Шура не стала волноваться на этот счёт.
Теперь ей нужно было вернуться домой так, чтобы её никто не заметил, и тёмная безлунная ночь обещала помочь ей в этом. Воровато обернувшись в ту сторону, где была Касьяновка, Шура едва слышно пошевелила губами:
– Горите в аду…
***
Осторожно приоткрыв дверь, Шура проскользнула в дом и тихонько, на цыпочках, подошла к своей комнате, когда услышала за спиной заспанный голос зевающей Валентины:
– Где это ты шляешься по ночам?
– Тебе что за забота?! – воскликнула Шура. – У любовника была! Хочешь, завтра тебя с собой возьму? Андрюша твой после самогонки в постели, небось, только храпеть умеет!
– Тьфу, дурында! – выругалась Валентина. – Чего разоралась как оглашенная? Побудишь всех!
– А ты не приставай ко мне! – потребовала Шура, приближаясь к невестке и заглядывая ей прямо в лицо. – Радуйся, что я пустила вас к себе и сопи в две дырочки!
– Ты давай не очень-то, – отшатнулась от нее Валентина. – А то разошлась...
Развернувшись, она ушла в кухню, напилась воды, потом отправила спать. Шуры в комнате уже не было...
***
Фёдор, сосед Анфисы и Любаши, всегда спал крепко. А тут вдруг почему-то проснулся, сам не понимая, что его разбудило. За окном, по занавесям били какие-то странные всполохи, как будто кто-то разжёг громадный костёр. Пытаясь сообразить спросонья, что же это может быть, Фёдор полежал ещё немного, но вдруг вскочил с кровати, бросился к окну и одёрнул занавески.
- Натаха!!! – тут же закричал он дурным голосом, насмерть перепугав тоже открывшую глаза жену. – Пожа-ар!!! Анфиска горит!!! Быстро поднимай людей!!!
На ходу надевая первые попавшиеся под руку штаны, Фёдор бросился к двери, а через минуту уже метался вокруг дома Анфисы, соображая, как проникнуть внутрь через стену охватившего его огня.
– Дядь Федь! – подбежал к нему с ведром Мишка Паламарчук, молодой касьяновец, всего две недели как вернувшийся из армии. – Вон кадка с водой, облей меня, живо!!!
– Сдурел! Поздно уже!!! – отшатнулся от него Фёдор.
– Обливай!!! – заорал Мишка.
Фёдор больше спорить не стал. Мишка, насквозь мокрый, сунул в воду какую-то тряпку, обмотал ею голову и рванулся к крыльцу. Огонь мгновенно принялся лизать отчаянного парня, но он, не обращая на это внимания, ударился плечом в дверь, пытаясь сорвать её с петель. Фёдор схватил ведро, зачерпнул воды и побежал к крыльцу:
– Мишка! Давай ещё!
Снова облив парня с головы до ног, Фёдор опять метнулся к кадушке и набрал воды, но теперь уже вылил её на себя и сунул ведро оказавшейся рядом жене. К дому Анфисы бежал народ, а Фёдор и Мишка, уже вдвоём, ещё раз попытались выломать трещавшую под их напором дверь. Наконец им это удалось, и Фёдор первый ввалился в дом старой соседки.
– Анфиса, Любка! – заметался он по комнатам, пытаясь перекрыть голосом треск и шипение разбушевавшегося огня. – Мишка, смотри там!!!
А тот уже нёс на руках бесчувственную Любу. Народ так и ахнул, увидев, как едва Михаил показался на крыльце, рухнула верхняя его перекладина, и парня с его ношей осыпал сноп огня. Люди бросились к ним на помощь, оттащили подальше и принялись обливать водой, чтобы сбить пламя.
Наталья же металась по двору, вопя во всё горло:
– Федя! Феденька мой!!! Федя-а-а!!!
Фёдор не слышал крики жены. Взвалив на себя Анфису, он рванулся за Михаилом, но увидел, как падает балка, и отступил назад. Задыхаясь и теряя ориентиры, он метнулся к одному из окон, выбил его и, закричав что было силы, вытолкнул Анфису через языки бушующего пламени. Потом прыгнул сам и принялся кататься по земле, сбивая с себя огонь.
А люди уже бежали и к ним на помощь…
Ольга Васильевна, местный фельдшер, едва услышав о пожаре, вызвала скорую помощь из города, а сама поспешила оказать первую помощь пострадавшим… Михаил и Фёдор, хоть и получили серьёзные ожоги, но были в сознании, а вот Анфису и Любу ей привести в чувство так и не удалось.
***
– Шурка! Шурка, подымайся! – хмурый Андрей потряс сестру за плечо.
– А? – спохватилась она. – Чего тебе?
– Из Касьяновки Толик Макутин приехал. Бабка Анфиса погорела. Вместе с Любкой, – сообщил сестре Андрей.
– Что??? – ахнула Шура, стряхивая с себя остатки охватившей её на рассвете дремоты.
– Пожар у них там случился, говорю! – повторил Андрей. – Ехать туда надо. Собирайся живее, он ждёт.
Шура вскочила, но слабость, внезапно охватившая её, не позволила ей сделать даже шаг, и она упала на кровать, побледнев как стена.
– Чего ты? – удивился Андрей, знавший, что сестра не отличается особой чувствительностью.
– Люба и баба Анфиса… – с трудом проговорила Шура непослушными губами. – Они погибли?
Андрей в ответ пожал плечами:
– Не знаю. Толик сказал, что их скорая увезла. Сильно погорели вроде.
Он вдруг рассердился:
– Ну что ты расселась? Поехали, говорю!
***
Толик, Касьяновский тракторист, всегда отличался разговорчивостью, а тут был такой повод для беседы. Выжимая из своей «копейки» всё, на что она была способна, он то и дело дёргал рычаг коробки передач, рассказывая Андрею и Шуре происшествия прошедшей ночи:
– Хорошо хоть скорая приехала быстро, да не одна, а сразу две машины. На одну погрузили ваших, а в другой Мишку с Федькой в город повезли. Тем тоже досталось, будь здоров. Может хоть кто-то выживет. Страсть, такая страсть творилась, просто ужас. Смотрю, у Любки волосы горят, трещат аж, а Мишка вместе с ней на руках на колени упал и сам весь дымится. Я к ним, водой поливаю, другие тоже! А дом – всё! Тю-тю! Опоздали пожарники. Только Федьку с Анфисой оттащили, крыша рухнула. Двух минут не прошло. Если б не Мишка с Фёдором, уже б Царствие Небесное вашим бабке и сеструхе пели. Теперь, если в больничке не помрут, придётся вам их к себе забирать. За инвалидами ухаживать ведь надо.