Заря цивилизаций: Шумер, Аккад и неожиданные герои
В знаменитом стихотворении Перси Биши Шелли "Озимандия" путешественник находит в пустыне обломки гигантской статуи древнего царя. На пьедестале все еще видна хвастливая надпись: "Я Озимандия, царь царей! Взгляните на мои деянья, о Властители, и отчайтесь!". Ирония в том, что вокруг – лишь бескрайние пески, поглотившие и деянья, и саму память о былом могуществе.
История полна таких "Озимандий" – правителей и завоевателей, некогда державших в страхе целые народы, хвалившихся тем, что "все земли лежат у их ног", или обещавших заставить врагов "почувствовать вкус их пальцев". Но время неумолимо, и пески забвения погребают под собой не только статуи, но и имена. Многие могущественные владыки прошлого, чьи деяния когда-то сотрясали мир, сегодня почти забыты, их имена известны лишь узкому кругу специалистов. Взглянем же на их "деянья" и, возможно, не отчаемся, но задумаемся о преходящей природе славы и власти.
Лугальзагеси: объединитель Шумера, павший перед Саргоном
Колыбелью цивилизации считается древний Шумер, плодородные земли между Тигром и Евфратом. Но к середине XXIV века до н.э. этот регион был охвачен междоусобными войнами. Города лежали в руинах, храмы были осквернены. Виновником этого хаоса во многом был Лугальзагеси, царь шумерского города-государства Умма.
Прежде чем унаследовать трон, Лугальзагеси был жрецом богини Нисабы. Некоторые историки, пытаясь объяснить ту беспрецедентную ярость и разрушения, которые он обрушил на своих соседей, называют его "экстатиком" и "настоящим берсерком". Вскоре после восшествия на престол Уммы Лугальзагеси, вероятно, через династический брак, стал также правителем могущественного города Урука. Объединив силы двух городов, он начал серию яростных кампаний против своего главного соперника – царства Лагаш.
Война была долгой и кровопролитной. В конце концов, Лугальзагеси захватил и разграбил сам Лагаш. Сохранилась горестная надпись жреца из Лагаша, оплакивающего разрушение: он "[Лугальзагеси] поджег [храмы]... он разграбил дворец Тираш, он разграбил храм Абзубанда, он разграбил часовни Энлиля и Уту". Побежденный царь Лагаша Уруинимгина (известный своими социальными реформами) в другой надписи горько проклинал завоевателя: "Предводитель Уммы, разграбив Лагаш, совершил грех против [бога] Нингирсу. Рука, которую он поднял против него, будет отсечена! Пусть Нисаба, бог Лугальзагеси, правителя Уммы, заставит его нести этот грех".
Однако проклятия не остановили Лугальзагеси. Завоевание Лагаша лишь усилило его. Вскоре он объединил под своей властью весь Шумер, став господином древних городов Ура, Ларсы, Ниппура, Киша. Его армии совершали походы от Персидского залива ("Нижнего моря") до Средиземного моря ("Верхнего моря"). В своих надписях он хвалился: "Энлиль, царь всех земель, даровал Лугальзагеси царство над страной, направил на него взоры всей земли, положил все земли к его ногам... от востока до запада Энлиль не позволил ему иметь соперников".
Но бог Энлиль, похоже, передумал. Завоевания Лугальзагеси вскоре привели его к конфликту с правителем небольшого северного города Аккад по имени Саргон. Саргон, фигура также полулегендарная, создал новую, хорошо организованную армию, основу которой составляли не тяжелые шумерские фаланги, а мобильные отряды лучников и пехотинцев. В решающей битве прекрасно обученные войска Саргона нанесли сокрушительное поражение примитивным армиям шумерских городов.
Лугальзагеси был захвачен в плен. Саргон привез его в цепях (или в колодках) в священный город Ниппур и провел через главные ворота храма Энлиля, демонстрируя свою победу. Вскоре после этого Лугальзагеси, первый известный нам объединитель Шумера, был фактически забыт. А Саргон Аккадский вошел в историю как создатель первой великой империи – Аккадской державы, положившей конец эпохе шумерских городов-государств. Так, триумфатор одного дня стал пленником другого, а его имя почти стерлось со страниц истории.
Набопаласар: "сын никого", возродивший Вавилон и сокрушивший Ассирию
Еще один правитель, сыгравший ключевую роль в истории Месопотамии, но часто остающийся в тени своего более знаменитого сына Навуходоносора II, – это Набопаласар, основатель Нововавилонского царства.
На протяжении веков Вавилон, некогда столица могущественной империи Хаммурапи, находился под властью Ассирии. Ассирийские цари правили Вавилонией железной рукой, жестоко подавляя любые попытки восстановить независимость. Вавилон не раз подвергался разрушению: в 705 г. до н.э. ассирийский царь Синаххериб практически стер город с лица земли после очередного восстания. В 651 г. до н.э. другое восстание было подавлено с не меньшей жестокостью. Казалось, Вавилон навсегда утратил свое былое величие.
Набопаласар происходил из неизвестного халдейского племени, обитавшего в болотистых низовьях Тигра и Евфрата. Даже в своих собственных надписях он скромно называл себя "сыном никого". Однако он проявил себя как талантливый и упорный вождь сопротивления ассирийскому владычеству, ведя партизанскую войну в труднодоступных болотах Приморья. Когда в 626 г. до н.э. жители Вавилона свергли ассирийского наместника, они пригласили этого закаленного в боях ветерана стать их царем.
На протяжении 15 лет Набопаласар вел отчаянную борьбу за освобождение Вавилонии от ассирийского ига. К 616 г. до н.э. ему это удалось, и он смог перенести войну на территорию самой Ассирии. В это же время против Ассирии поднялись и другие ее враги, в первую очередь – мидийцы под предводительством царя Киаксара. В 614 г. до н.э. Киаксар захватил древнюю ассирийскую столицу Ашшур. В 612 г. до н.э. Набопаласар и Киаксар заключили союз, и их объединенные силы осадили и разрушили Ниневию – главный оплот Ассирийской империи. Величайшая держава того времени рухнула под ударами Вавилона и Мидии.
Победители разделили между собой ассирийское наследство. Набопаласару досталась Месопотамия, Сирия и Палестина. Он добил остатки ассирийской армии в Северной Сирии и отразил попытку Египта вмешаться в конфликт (хотя решающую победу над египтянами при Каркемише в 605 г. до н.э. одержал уже его сын Навуходоносор).
Набопаласар умер в 605 г. до н.э., заложив основы Нововавилонской империи, которая при его сыне Навуходоносоре II достигнет пика своего могущества, прославившись Вавилонской башней, висячими садами Семирамиды и пленением иудеев. Однако сама империя оказалась недолговечной. Всего через несколько десятилетий после смерти Набопаласара, в 539 г. до н.э., Вавилон пал под ударами новой силы – персов во главе с Киром Великим. Так, "сын никого", сокрушивший одну великую империю и основавший другую, сам оказался лишь предтечей еще более грандиозных перемен в истории Древнего Востока, а его имя заслонила слава его сына и его завоевателей.
Всадники апокалипсиса: кочевники степей и гор
Евразийская степь и суровые Анды порождали своих завоевателей – воинственных кочевников и горцев, которые под предводительством харизматичных лидеров создавали огромные империи, наводя ужас на оседлые цивилизации. Имена некоторых из них – Аттилы, Чингисхана – до сих пор звучат грозно. Но были и другие, не менее могущественные, но ныне почти забытые.
Модэ-шаньюй: создатель империи Хунну и кошмар Китая
Кочевые племена хунну (или сюнну), обитавшие на территории современной Монголии, долгое время были разрозненны и слабы. Однако в конце III века до н.э. их объединил и превратил в грозную силу Модэ-шаньюй (шаньюй – титул верховного правителя хунну). Его приход к власти был отмечен поистине варварской жестокостью, если верить китайскому историку Сыма Цяню.
Отец Модэ, шаньюй Тоумань, предпочитал ему младшего сына и даже пытался избавиться от Модэ, отдав его в заложники враждебному племени юэчжи, а затем напав на них в надежде, что Модэ убьют. Но Модэ удалось бежать. Вернувшись домой, он сделал вид, что простил отца, но затаил месть. Он создал отряд личной гвардии и начал тренировать их беспрекословному повиновению с помощью "свистящей стрелы". Модэ приказал своим воинам стрелять туда, куда полетит его свистящая стрела. Сначала он пустил стрелу в своего любимого коня. Тех, кто не выстрелил, он казнил. Затем он пустил стрелу в свою любимую жену. И снова казнил тех, кто заколебался. Наконец, во время охоты он пустил свистящую стрелу в своего отца, шаньюя Тоуманя. На этот раз ни один из его воинов не дрогнул. Отец был убит. Затем Модэ истребил свою мачеху, сводного брата и всю знать, не признавшую его власти.
Став шаньюем около 209 г. до н.э., Модэ железной рукой объединил хуннские племена и начал стремительные завоевательные походы. Он разгромил своих восточных соседей – дунху, и западных – юэчжи, создав огромную кочевую империю, простиравшуюся от Маньчжурии до Памира. Затем он обратил свой взор на юг, на богатую и раздробленную после падения династии Цинь Ханьскую империю в Китае.
В 200 г. до н.э. Модэ применил военную хитрость. Он заманил китайского императора Гао-цзу (Лю Бана) с огромной армией в засаду у горы Байдэн. Китайское войско было окружено и оказалось на грани полного уничтожения. Императору Гао-цзу пришлось пойти на унизительный мирный договор (хэцинь): он обязался выплачивать хунну ежегодную дань (шелком, вином, рисом) и отдать свою дочь в жены Модэ. Правда, хитрый император вместо родной дочери отправил к кочевникам другую девушку, выдав ее за принцессу.
Унижение Китая было полным. А правителю юэчжи повезло еще меньше: после их разгрома сын Модэ, Лаошан-шаньюй, сделал из черепа царя юэчжи чашу для питья. Империя хунну при Модэ достигла пика своего могущества, по размерам не уступая империи Александра Македонского. Модэ умер в 174 г. до н.э., оставив после себя грозную кочевую державу, которая еще почти три столетия будет наводить ужас на Китай. Хотя на Западе его имя почти неизвестно, в истории Восточной Азии он остается одной из ключевых фигур.
Бренн: галльский вождь, напугавший Грецию и ограбивший Дельфы?
После смерти Александра Македонского в 323 г. до н.э. его огромная империя распалась в ходе кровопролитных войн между его полководцами-диадохами. Ослабление эллинистических царств открыло дорогу для вторжений "варварских" народов с севера. В начале III века до н.э. на Балканы хлынули полчища кельтских (галльских) племен.
Во главе одного из крупнейших таких вторжений стоял вождь по имени Бренн. Возможно, "Бренн" – это не личное имя, а кельтский титул, означающий "вождь" или "король". Так или иначе, этот Бренн сумел объединить под своим началом большое войско из различных галльских племен и в 279 г. до н.э. вторгся в Македонию и Грецию.
Галлы опустошили Македонию, разгромив македонскую армию и убив ее царя Птолемея Керавна. Затем Бренн повел свое войско на юг, в Грецию, прельщенный рассказами о несметных богатствах греческих храмов, особенно знаменитого святилища Аполлона в Дельфах.
В панике греческие полисы (Афины, этолийцы, беотийцы, фокейцы) спешно собрали объединенное войско и попытались остановить галлов в Фермопильском ущелье – том самом месте, где за два столетия до этого 300 спартанцев сдерживали персов. Однако Бренн оказался хитрее Ксеркса. Он применил обходной маневр: отправил часть своих сил в рейд на незащищенную Этолию (область в Центральной Греции). Узнав об этом, этолийцы, составлявшие значительную часть греческого войска при Фермопилах, поспешили домой защищать свои земли. Оставшиеся греки оказались ослаблены. Тогда Бренн, подкупив местных жителей, нашел ту же горную тропу, которой когда-то воспользовался персидский царь, чтобы обойти Фермопилы. Понимая, что они окружены, греки, в отличие от спартанцев Леонида, не стали устраивать героической последней битвы, а сумели эвакуироваться морем на кораблях афинского флота.
Путь на Дельфы был открыт. Бренн повел свою армию к богатейшему святилищу Греции. Однако здесь галлов постигла неудача. Античные источники описывают события по-разному. По одной версии, грекам удалось собрать силы и дать отпор варварам у стен святилища. По другой, более распространенной версии, на помощь грекам пришла сама природа (или бог Аполлон): внезапно ударили сильные морозы (дело было зимой), началась снежная буря, землетрясение и камнепады с гор. Деморализованные и замерзшие галлы были атакованы греками и обратились в бегство. Сам Бренн был тяжело ранен и, по преданию, покончил с собой.
Остатки галльского войска отступили на север. Часть из них позже переправилась в Малую Азию и основала там государство Галатию. Хотя Дельфы были спасены, вторжение Бренна нанесло Греции огромный ущерб. А легенды о несметных сокровищах, якобы награбленных галлами и утопленных ими в священном озере где-то на их родине в Галлии, еще долго будоражили воображение кладоискателей. Бренн вошел в историю как грозный варварский вождь, сумевший поставить на колени наследников Александра, но остановленный у стен величайшей святыни эллинского мира.
Пачакутек: скромный принц, ставший "Сотрясателем Земли" и создателем империи инков
В начале XV века в высокогорных долинах Анд на территории современного Перу существовало множество небольших индейских племен и вождеств, постоянно враждовавших друг с другом. Одним из таких скромных горных народов были инки, чьим центром был город Куско. Мало что предвещало их грядущее величие.
Однако около 1438 года ситуация резко изменилась. Могущественное соседнее племя чанка, известное своей воинственностью и опытным войском, начало экспансию и подошло к стенам Куско. Правитель инков Виракоча и его официальный наследник Инка Уркон, считая сопротивление безнадежным, позорно бежали из столицы. Но младший сын Виракочи, Куси Юпанки, отказался бежать. Собрав вокруг себя горстку верных воинов, он решил дать отпор превосходящим силам чанка.
И произошло чудо. Согласно инкским легендам, в самый критический момент битвы даже камни на поле ожили и бросились на врага, помогая инкам. Одержав невероятную победу, Куси Юпанки с триумфом вернулся в Куско. Возможно, легенда о "камнях-воинах" отражает реальную тактическую хитрость Юпанки – например, организацию засады с обрушением камней на врага в горном ущелье. Так или иначе, победа была полной. Куси Юпанки низложил своего трусливого отца, устранил (вероятно, убил) брата-наследника и провозгласил себя новым правителем инков, приняв имя Пачакутек (Пачакути), что на языке кечуа означает "Сотрясатель Земли" или "Тот, кто переворачивает мир".
И он действительно перевернул мир Анд. Пачакутек оказался не только отважным воином, но и гениальным организатором и реформатором. Он начал стремительную экспансию, мстя соседним племенам под предлогом того, что они не пришли на помощь Куско в борьбе с чанка. Затем он повел свои армии дальше, покоряя огромные территории и древние царства – Вилкас, Сорас, Аймара, Омасуйос. Он безжалостно расправлялся с конкурентами: когда его успешный полководец Капак Юпанки завоевал северные земли, Пачакутек радушно встретил его в Куско, а затем немедленно казнил, опасаясь его растущей популярности.
Пачакутек не только расширил владения инков, но и заложил основы их империи – Тауантинсуйю ("Четыре стороны света"). Он полностью перестроил столицу Куско, превратив ее в величественный город с храмами и дворцами (включая знаменитый храм Солнца Кориканча). Он создал эффективную систему управления, дорог (знаменитые инкские дороги), узловой письменности (кипу), переселения народов (мита), унифицировал религиозные культы (сделав главным культ бога Солнца Инти).
К концу своего правления Пачакутек превратил скромное горное племя инков в доминирующую силу в Андах. Довольный своими свершениями, "Сотрясатель Земли" передал командование армией своему сыну Тупаку Инке Юпанки (который продолжил завоевания) и удалился от дел, посвятив последние годы жизни архитектурным проектам в Куско. Он умер около 1471 года, оставив после себя одну из величайших империй доколумбовой Америки, чье имя гремело по всему континенту, пока его не сокрушили испанские конкистадоры. Пачакутек – пример того, как воля и гений одного человека могут изменить ход истории целого региона.
Женская власть и мезоамериканские драмы
История знает не так много примеров, когда женщины в древнем мире правили единолично, но те немногие, кому это удавалось, часто проявляли недюжинные способности, не уступая мужчинам ни в уме, ни в жестокости, ни в амбициях. Их судьбы часто были полны драматизма и неожиданных поворотов.
Зенобия: царица Пальмиры, бросившая вызов Риму
В III веке нашей эры Римская империя переживала глубокий кризис: частая смена императоров, гражданские войны, нашествия варваров ослабляли центральную власть. В этой обстановке на восточных окраинах империи возвысилась фигура Зенобии, царицы Пальмиры – богатого торгового города-оазиса в сирийской пустыне.
Зенобия была женой Одената, правителя Пальмиры, который получил от Рима титул наместника Сирии и успешно воевал с персами на восточной границе империи. Зенобия славилась своей красотой, умом, образованностью (она знала несколько языков) и сильным характером. Говорили, что она была настолько сурова, что отказывалась делить ложе с мужем, кроме как для зачатия их единственного сына. Она сопровождала Одената в военных походах, ходила пешком вместе с солдатами и, по слухам, могла перепить любого из них на пиру.
В 267 году н.э. Оденат и его старший сын (от первого брака) были таинственным образом убиты во время пира. Зенобия немедленно взяла власть в свои руки в качестве регента при своем малолетнем сыне Вабаллате. Воспользовавшись смутой в Риме, она начала проводить независимую политику и расширять свои владения.
Действуя хитро и решительно, Зенобия сначала захватила контроль над Сирией и частью Малой Азии. Затем она обратила свой взор на Египет – богатейшую провинцию Рима. Не желая открыто порывать с империей, она инспирировала в Египте восстание против римской власти, а затем ввела свои войска под предлогом "наведения порядка" и восстановления власти Рима – но уже под своим контролем. Когда же в Египет прибыла настоящая римская армия, Зенобия была вынуждена сбросить маску и разгромила ее.
К 271 году Зенобия создала фактически независимую Пальмирскую империю, охватывавшую Сирию, Палестину, Египет и значительную часть Малой Азии. Она провозгласила своего сына Августом, а себя – Августой, бросив открытый вызов Риму. Казалось, Восток ускользает из рук империи.
Однако ветер перемен задул и в Риме. К власти пришел энергичный и талантливый полководец Аврелиан. Он решил восстановить единство империи. В ходе упорной военной кампании Аврелиан разгромил войска Зенобии в битвах при Иммах и Эмесе (в Сирии). Зенобия укрылась в Пальмире, но после долгой осады город пал. Царица пыталась бежать в Персию на верблюде со своим сыном, но была схвачена римлянами.
Ее дальнейшая судьба описывается по-разному. По одной версии, она умерла по дороге в Рим. По другой, более распространенной, она была проведена в золотых цепях в триумфальной процессии Аврелиана в Риме, но затем император проявил милосердие и позволил ей дожить свои дни в почетной ссылке на вилле недалеко от Тиволи. Так закончилась история гордой царицы Пальмиры, осмелившейся бросить вызов Риму и на короткое время создавшей свою собственную империю на Востоке.
Восемь Олень Ягуаров Коготь: герой и жертва миштекского эпоса
Далеко от Рима и Пальмиры, в горах Южной Мексики, примерно в XI веке н.э. разворачивалась своя драма власти, любви и предательства. Ее главным героем был правитель миштеков по имени Восемь Олень Ягуаров Коготь. Здесь нужно сделать краткое пояснение: имена у миштеков состояли из цифры и символа дня рождения по их календарю. Его календарное имя "Восемь Олень" означает, что он родился в день, обозначенный числом 8 и знаком Оленя. "Ягуаров Коготь" – это его личное прозвище или титул, связанный с его воинскими доблестями. Историю его жизни мы знаем благодаря уникальным миштекским кодексам – рукописным книгам-складушкам, сочетавшим пиктографическое письмо и рисунки, похожие на современные комиксы.
Восемь Олень родился в знатной семье правителей города Тилантонго, но не был прямым наследником престола. В юности (в 18 лет) он отправился за советом к могущественной жрице-прорицательнице по имени Девять Трава – устрашающей фигуре, у которой, по изображениям в кодексах, отсутствовала плоть на нижней челюсти. Что именно посоветовала ему Девять Трава – неясно, но Восемь Олень со своими последователями покинул родной город и отправился на тихоокеанское побережье, где основал новое поселение – Тутутепек.
Здесь и проявился его гений. Восемь Олень заключил выгодный союз с тольтекскими купцами, которые контролировали торговлю в регионе и были заинтересованы в прибрежных товарах – соли, какао, раковинах. Используя богатства, полученные от торговли, он начал завоевательные походы, сначала покоряя мелкие прибрежные деревни, а затем и более крупные города вглубь страны. Его власть и влияние росли.
Тем временем в его родном Тилантонго таинственным образом начали умирать другие члены правящей семьи, приближая Восемь Оленя к трону. Наконец, когда его последний брат был найден зарезанным, Восемь Олень вернулся в Тилантонго и стал его правителем, объединив под своей властью побережье и горные районы.
Следующим шагом Восемь Оленя стала война с давним врагом Тилантонго – могущественным городом-государством, известным в кодексах как "Красно-Белый Узел". Эта война имела и личный мотив: Восемь Олень был тайно влюблен в жену правителя "Красно-Белого Узла", прекрасную госпожу Шесть Обезьяна. Восемь Олень одержал победу и ворвался во вражеский дворец. Но триумф был омрачен трагедией: он нашел госпожу Шесть Обезьяна и ее мужа умирающими (возможно, они покончили с собой). В порыве слабости или благородства Восемь Олень не смог казнить их малолетнего сына, Четыре Ветер, а взял его в плен. Это была роковая ошибка.
Спустя некоторое время Четыре Ветер сумел бежать из плена. Он добрался до могущественного соседнего царства сапотеков, которые были обеспокоены растущей силой Восемь Оленя, объединившего миштеков. Получив поддержку сапотекской армии, Четыре Ветер вернулся и разгромил уже стареющего Восемь Оленя. Победитель лично принес в жертву человека, который когда-то пощадил его ради любви к его матери. Так закончилась полная взлетов и падений жизнь великого миштекского завоевателя – история, достойная пера Шекспира, рассказанная нам безмолвными рисунками древних кодексов.