Наконец-то! Наконец нам разрешили встретиться с детьми. Дети эти – внуки старожила нашего приюта Анатолия Михайловича. Так получилось, что его жизнь – почти вся – проходила в казённых заведениях. Наподобие этого сложилась судьба его сына. Но тот успел жениться, и появились на свет – непонятная игра природы – четверо замечательных ребятишек. Красивых, умненьких, весёлых. Но родители их развелись. Отец не просто отказался от семьи, но даже умудрился их выписать из московского жилья. Больше всех в этой ситуации переживал наш Толик с его врождённым чувством справедливости.
...Когда заболела мама малышей, мы всё время были рядом. Хотя где наша деревня, а где Подольск, где они стали жить... И вот 29-летняя многодетная женщина умирает. Детей, конечно, нам никто не отдаст. Потому что кто мы им?
Седьмая вода на киселе? Двоюродный плетень соседскому забору? Что там ещё народная мудрость говорит о дальнем родстве? Дед? У которого ни кола ни двора, ни даже пенсии, а лишь большая любовь к внукам? Но любовь на хлеб не намажешь и дома из неё не построишь. А я и вовсе чужая тетка.
Все наши проживающие, конечно, в курсе событий. И тоже очень переживают за малышей. Но это всё – никому не нужные эмоции. Реальных возможностей – ноль.
За время после смерти мамы дети побывали и в гостевых семьях, и в приютах. Принимающим сторонам они категорически не понравились: непоседливые, шумные, не приученные маршировать по одной половице! Строгие и требовательные, доходящие до жестокости главы гостевых семей тоже ничего у сирот не вызывали, кроме желания сбежать куда угодно всем вместе. А им, между прочим, от пяти до одиннадцати лет. Куда деваться в мире, где ни одной родной души, кроме деда-неудачника?
Телефоны у них отбирали. Но время от времени Паша, самый старший, звонил. После этих разговоров сердце разрывалось от бессилия...
А на Пасху получила сообщение. Паша поздравил меня с праздником. Потом долго говорили с ним. А затем – и с руководством семейного центра в Москве. Нам они понравились.
Наконец, едем! Отправляемся втроём: Толик, я и Слава. Последний – тоже наш человек. Можно сказать, брат деда. Есть же выражение: братья и сестры? Он – крепкий и сильный. Несёт сумки. Там книжки, настольные игры, мандарины-апельсины, булки, мороженое и другие дары. Мороженое передала Снегурочка. Она же Ольга. Из Храма Ксении Петербургской. Она уже много лет подряд поздравляет с Новым годом нас. А в этот раз так случилось, что и малышей с их мамой, доживающей последние дни. Такое не забывается.
...Они бросаются нам навстречу. Мы обнимаемся, целуемся. С деда ни на минутку не слазит Вовочка. Рядом мостится Валюшка. Не пустуют и мои колени. Старшие взахлёб рассказывают, как им здесь хорошо. Ира научилась играть «Собачий вальс»! А ещё делать мостик, шпагат и кататься на роликах. Она участвует во всех мероприятиях! Даже ходит на танцевальный и кружок икэбаны! И все остальные с ней! А какое длиннющее стихотворение рассказала!
Паша серьёзен и немногословен:
– В футбол играю. Первое место заняли. Сейчас форму надену. Посмотрите.
Майка у него – как у чемпиона. Гетры, трусы – все, как положено. Говорит, что научился каждой ногой отбивать мяч по четыре раза. Горд. Но вздыхает:
– Бутсы нужны. Но это же дорого...
Мы мотаем на ус. Потом тихонько спрашиваю, что бы они хотели получить, если бы нам вдруг где-нибудь встретился волшебник, готовый выполнить любое желание. Сразу вспоминается Новый год, когда они просили подарки у Деда Мороза... Тогда все, не сговариваясь, говорили одно:
– Чтобы мама выздоровела!
Сейчас пожелания более материальные. Ира, которая прирожденная артистка, просит микрофон. Валя, стесняясь и запинаясь, шепчет:
– Гитару...
Паша молчит совсем по-взрослому. Вроде как всё уже сказано. Зачем надоедать? Ира, услышав о гитаре, на секунду задумывается, потом шепчет, что это же дорого, и тогда Валя поправляется и совсем мне на ухо шелестит:
– Детскую косметику..., – и сразу смущается и поднимает на сестрёнку глаза, не слишком ли дорогой подарок запросила у неведомого волшебника.
Вовочка долго над возможным подарком думать не может. Ему, похоже, и ничего не надо. Лишь бы брат и сестрёнки были рядом. Успевает сказать, что ходит в детский сад и что ему там нравится. Показывает, как он научился кувыркаться. Здорово!
А Ольга Александровна и Наталья Николаевна, руководитель и воспитатель, уже наедине, рассказываю нам о детях, как они занимаются. Тоже сетуют, что в школе год оказался пропущенным. Говорят, что скоро будет день открытых дверей. В этот день приходят потенциальные опекуны и родители. Но найти хороших людей, готовых взять в свою семью сразу четверых детей, не так-то просто. Мы их понимаем.
Расставаться не хочется. Но приходит время. Жалею, что захваченная эмоциями, не сфотографировала каждого ребёнка отдельно за их любимым занятием. А Паша уже устанавливает на столе свой смартфон и говорит, что ничего страшного, сейчас все вместе сфотографируемся, он умеет это делать. Только надо, чтобы ещё и любимая воспитательница вошла в кадр («Она у нас строгая, но справедливая!»). Быстренько примостились. Вот! Смотрите!
Tags: Эссе Project: Moloko Author: Федяева Татьяна
Ещё одна история о жизни в коммуне «Ремесло добра» здесь
Контакты коммуны «Ремесло добра»: +7 (916) 566-78-65 info@remeslodobra.ru
Книга «Мёд жизни» здесь и здесь