Кондиционер в офисе гудел, как раздражённая оса, выстуживая воздух до ледяного состояния. Я сидел за своим столом, бесцельно листая отчеты, когда услышал характерные шаги — быстрые, чёткие, с лёгким стуком острых каблучков.
Кира была не просто красивой, она обладала какой-то невероятной, чуть ли не гипнотической притягательностью. Среднего роста, очень стройная, но с округлыми в нужных местах формах, так приятных мужскому глазу, с желто-карими глазами и ухоженной гривой светлых волос. В ее движениях угадывалась хищная звериная грация, а в глазах — оценивающее выражение, будто она уже знала наперед, чем все закончится. Когда Кира проходила мимо, воздух будто сгущался, и я ловил себя на том, что задерживаю дыхание.
Мы сближались медленно, как во сне. Все начиналось с невинных шуткок у кофемашины, потом — будто случайные, но они были, конечно же, совсем неслучайными, прикосновения в лифте, такие обжигающие и будоражащие воображение. А потом...Потом была ее квартира, где в темноте, в густом аромате приторно-сладких духов и водовороте наслаждений я всякий раз терял голову, всплывал и вновь отпускал себя, словно освобождаясь от ограничивающий рамок и запретов.
Встречи с Кирой оказались для меня новым миром, новой вселенной, где я, как мне казалось сначала, практически беспредельно мог черпать совершенно новые прекрасные ощущения, подобных которым до этого я не испытывал ни с одной женщиной. Мне хотелось проводить с ней как можно больше времени, но она четко ограничивала наши встречи короткими промежутками.
А в выходные вообще не выходила на связь. Сообщения уходили в пустоту, будто в эти дни ее просто не существовало.
Однажды я не выдержал и зашел в её кабинет без предупреждения. Кира сидела за столом, и когда дверь распахнулась, ее глаза, обычно такие уверенные и насмешливые, на миг стали испуганными.
— Ты что здесь… — начала она, но я уже видел.
На столе, рядом с ее телефоном, лежал другой телефон, где на экране было светилось фото мужчины, двоих детишек и ее самой, улыбающейся и счастливой.
— Кто это? — не своим голосом спросил я, хотя уже и догадался.
— Мои дети, — ответила Кира слишком спокойным тоном для подрбной ситуации, — а это… ну, ты же понимаешь...
— Ты замужем.
Она рассмеялась резко, почти истерично, как будто я сказал что-то невероятно смешное.
— Да. И что? — в её голосе ощущалась сталь, несмотря на нерочито мягкий тон, — тебе плохо что ли?
Я не ответил. Мое сердце колотилось, как суматошное, а в голове словно со всей силы лупили в африканские барабаны.
После небольшой паузы, которая показалась мне целой вечностью, она рассказала мне подробности своей жизни, в которой был муж, большой поклонник чужой женской красоты, толкающей его на поиск постоянных приключений и тотальное безразличие к ее нуждам и переживаниям.
— Теперь я ему плачу той же монетой, — прошептала она с вызовом, и в ее глазах вспыхнуло что-то дикое и первобытное, — а ты… ты мне очень нравишься.
После этого откровения мне надо было остановиться, прекратить эти отношения и, возможно, даже уйти из фирмы. Но я остался, потому что не смог. Её гипнотизм на тот момент оказался сильнее меня.
Наши отношения продлились еще пять месяцев. Я стал частью ее игры. Мы встречались в пустых переговорках, в дешевых отелях и съемных квартирах . Всячески врали и изворачивались. Я ловил себя на мысли, что постоянно жду ее сообщений, словно зависимый несчастный порцию веселящих веществ.
Она часто обещала развестись, а я наивно верил. Пока однажды не раздался звонок с незнакомого номера, где усталый мужской голос без вежливых предисловий сходу поинтересовался:
— Ты ее новый друг?
Я собрался возмутиться и достойно ответить, но не успел. На том конце продолжили:
— Не трать время. Она так со всеми. Ты у нее уже пятое развлечение за этот год. Так что... И проверься у специалистов на всякий случай, есть кое-какие неприятные нюансы, о которых Кирочка никому, естественно, не сообщает.
Этот разговор мгновенно меня отрезвил и заставил по-новому посмотреть на наши с Кирой отношения. Я решил на время взять паузу и перестал проявлять активность. А она... Она даже не попыталась меня вернуть. Уже через неделю я увидел ее в кафе, где мы часто сидели, с новым мужчиной. Кира смеялась своим особым мелодичным смехом с нотами серебра, который раньше чуть не сводил меня с ума, касаясь при этом его руки своими красивыми тонкими пальцами.
Знаете, в этот момент я вдруг подумал, что тогда в кабинете, когда я узнал подробности её жизни, возможно, на самом деле, она меня банально обманула. И ее рассказы про похождения мужа — просто выдумка, чтобы оправдать себя, свое поведение и поступки. И знаете, это крайне неприятно — быть пешкой в её играх. Быть кратковременной игрушках в руках беспринципной...
Я уволился из фирмы в ближайшее время, предварительно взяв хорошие рекомендации у руководства. После некоторых колебаний я все же прошёл полное обследование и сдал все необходимые для этого данные. К счастью, того, чего я опасался, у меня не выявили. Но кое-какими довольно гнусненькими последствиями она меня все же одарила. Вот...... А если сказать изысканно и благородно, то это будет звучать так:" Страсть слепа и безрассудна", что, увы, явилось в моем случае более чем неопровержимым фактом.