Все описанные события и персонажи вымышлены. Любые сходства с реальными событиями случайны.
— Торрихос видел крайнюю нищету и социальную несправедливость в Колоне, где большинство людей оставались в тени гигантских американских фруктовых и судоходных компаний, таких как «Юнайтед Фрут», которые контролировали экономику Панамы вместе с её политическими лидерами. В Чирики он был полон решимости улучшить положение панамских рабочих. Он стал военным лидером-активистом, какого страна ещё не знала. Его интересовало всё — от модернизации дорог до развития сельских районов.
Командование Национальной гвардии в Чирики превратилось в центр социального развития. Торрихос считал, что ключом к успеху является участие народа в управлении страной. Он организовывал местные советы для обсуждения финансирования общественных проектов, встречался с рабочими на банановых плантациях, обсуждал их проблемы и советовал им создавать комитеты для укрепления профсоюзов и борьбы за лучшие условия.
Вскоре на Торрихоса обрушился поток просьб от простых людей — помочь с канализацией, чистой водой и другими проектами. Он старался помогать людям во всём, и это сильно нервировало местную администрацию, которая была полностью лояльна к американским компаниям.
— Генерал не боялся, что против него выступят как политические силы, так и военные?
— Его авторитет в армии был уже очень высок, командующий гвардией это прекрасно понимал. Увольнение Омара вызвало бы волну недовольства среди офицеров. Тем более в отношении службы Омар был безупречен и выполнял приказы, не обсуждая их.
— Вопрос: как он достигал результата? — улыбнулся Норьега. — Пожалуй, самым ярким примером его методов была борьба с повстанцами, которые в шестидесятых периодически терроризировали глубинку и города. Среди них были и левые радикалы, и гуайми — индейцы, боровшиеся за автономию, и наёмники, поддерживаемые арнульфистами — сторонниками вечного свергаемого лидера Арнульфо Ариаса.
Одержав ряд блистательных побед, Омар предложил всем повстанцам сесть за стол переговоров. В то время это поразило всех. Зачем? Ведь противники повержены… Именно тогда Омар показал свою дальновидность.
Потерпев поражение, партизаны ушли в Коста-Рику. Омар послал к ним меня, предложив руку дружбы… Это было невероятно. — Полковник втянул дым сигары, глотнул кофе. — Этим жестом Омар устранил партизанскую угрозу. Встретившись с лидерами, он разрешил им вернуться в Чирики. Так наступил мир на границе с Коста-Рикой.
— Сколько лет длилось противостояние на границе? — Андрей с интересом смотрел на Норьегу.
— Почти восемь лет… Торрихос не просто разрешил всем партизанам вернуться, но и взял семьи погибших под свою опеку. Его человечность не знала границ, он ломал любые шаблоны.
Все это время, находясь рядом с Омаром, я учился и благодарил судьбу, что она позволила мне встретить его в марте шестьдесят второго.
— Пол, простите, — Норьега посмотрел на наручные часы, — мне надо ехать, служба.
— Полковник, спасибо вам за рассказ! Надеюсь, мы его продолжим.
— Пол, звоните… — Норьега поднялся.
Спустя пять минут зелёный «Mercedes» покинул охраняемую территорию, направившись в деловой центр столицы.
*****
Диск солнца робко выглянул из-за далёких, окутанных дымкой гор. Небо, словно наливаясь силой, приобретало глубокий голубой цвет. Спустившись на первый этаж, Андрей вышел на веранду со стороны океана. Эстер, сидя в плетёном кресле с кружкой в руке, посмотрела на молодого человека.
— Доброго утра! — Андрей улыбнулся.
— Оно было таковым, пока я не просмотрела утренние газеты… — вздохнула женщина.
— Что случилось? — Андрей встревоженно посмотрел на Эстер.
Женщина кивнула на верхнюю газету в стопке, поставила кружку на столик и поднялась.
— Пойду налью вам кофе…
Присев в кресло, Андрей взял газету, вчитавшись в заголовок: «Резня на реке Сумпул». Достав сигарету, молодой человек закурил.
«Как сообщает наш специальный корреспондент в Сан-Сальвадоре, четырнадцатого мая специальное подразделение Национальной гвардии и военизированной Национально-демократической организации «ORDEN» преднамеренно убило более трёхсот мирных жителей, включая женщин и детей, которые пытались бежать в Гондурас через реку Сумпул около деревни Лас-Арадас, департамента Чалатенанго. Резня стала возможной благодаря сотрудничеству гондурасских вооружённых сил, которые не позволили сальвадорским беженцам переправиться через реку, открыв огонь из автоматического оружия…»
Закрыв газету, Андрей вздохнул.
Эстер вернулась с кружкой тёмного горячего кофе, присела в кресло, глядя на океанские волны, накатывающиеся на песчаный берег. Глотнув из кружки, Андрей затянулся дымом сигареты.
— Пол, генералу пришлось задержаться на Контадоре. Разногласия между Белизом и Гватемалой оказались сложнее, чем предполагалось. Ночью он связался с президентом Картером, попросил помощи — беседа длилась больше двух часов.
— Эстер, извинитесь за меня перед генералом… Мне надо в Никарагуа, — Андрей потушил сигарету в пепельнице.
— Отвезу вас в аэропорт… — тихо произнесла женщина. — Пол, вы же не полетите в Сальвадор?
— Официально мне туда дорога закрыта, — вздохнул Андрей. — Эстер, как поживает Магда и её малыши?
— Всё хорошо… Вы просто не застали их вчера. Мария всё так же каждый вечер прибегает к генералу послушать сказку… Пойдёмте, накормлю вас завтраком и поедем.
Законченные произведения (Журналист в процессе, но с опережением) вы можете читать на площадках Boosty (100 рублей в месяц) и Author Today.
Желающие угостить автора кофе могут воспользоваться кнопкой «Поддержать», размещённой внизу каждой статьи справа.