Добрый день, дорогие мои читатели.
От всей души благодарю каждого, кто откликнулся на мою просьбу ставить плюсики в комментариях. Вы мне очень помогли! Продолжайте, пожалуйста, ставьте лайки и пишите комментарии. Эти нехитрые действия действительно очень помогают каналу и приободряют автора!
Начало этой истории можно почитать здесь:
***
Аня прекратила свой беспощадный допрос, когда поняла, что мне становится плохо от нахлынувших на меня воспоминаний.
-Прости меня, - участливо сказала она, - я не предполагала, что тебе будет настолько больно. Это же дела давно минувших дней, и время должно было притупить боль.
Однако, вопреки расхожему мнению, прошедшие годы не избавили меня от нынешних страданий. Я ощущала их на физическом уровне в виде невыносимой головной боли, потемнения в глазах и странного полуобморочного состояния. Причину моих непонятных реакций объяснил мне Гарик на следующий день.
-Понимаешь, каждый должен пережить свои беды, перестрадать, так сказать. Иначе они так и будут бесконечно мучать его. Обычному человеку для того, чтобы самостоятельно справиться со свалившимся на него горем, требуется что-то около трех лет. Если он обратится за квалифицированной помощью, то этот период можно преодолеть с меньшими потерями и болевыми ощущениями. Иногда требуется даже медикаментозная терапия. Но у тебя несколько иная ситуация. Очевидно, твоя психика не справлялась с множественными ударами судьбы, если профессор Гольденберг решил использовать свою методику гипноза. Она позволила избавить тебя от страданий, но ты потеряла возможность пережить их.
-А вдруг он просто хотел воспользоваться мной, чтобы испробовать свои разработки на мне? - в ужасе ахнула я.
На самом деле в последнее время я постоянно думала об этом. Меня пугала одна только мысль о том, что самые близкие мне люди - отчим и мама - использовали меня в своих целях. Если это и в самом деле было так, то получалось, что я оставалась одна на всем белом свете без поддержки и защиты! Нет! Перенести такое предательство я была бы не в силах.
-Это исключено! - не задумываясь, отверг мое предположение Гарик. - Ни один ученый не стал бы использовать настолько мощное средство, если для него не было достаточных оснований.
Но мне были нужны более веские доводы.
-Какие основания? Что это могло бы быть?
-Нам с тобой сие неизвестно, - деловито поправив очки, ответил он. - Хотя, постой-ка! Ты что-то рассказывала про попытки рисковать собственной жизнью. Прыгала с башни или что-то в этом роде?
Я эхом повторила за ним.
-Прыгала с башни?
Внезапно в моей голове разразилась молния, и новые воспоминания прорвались из каких-то закоулков памяти. В них я металась по квартире, не находя себе места из-за мучившей меня навязчивой мысли. Мне казалась невыносимой моя жизнь, потому что...
-Я помню, как мне сказали, что моего малыша больше нет, - печально сообщила я Гарику. - Роман лежал в гипсе в соседней палате, а я не могла даже встать с кровати. Мама кормила меня с ложечки и тайком плакала, думая, что я не вижу ее. Но я все видела и слышала. Наум Иосифович и мамочка стояли в углу палаты, он обнимал ее за плечи и обещал, что все пройдет, все забудется, что надо только подождать. Да, он тоже говорил, что время лечит!
-Так, так, так. Говори, говори, - Гарик весь подобрался и с большим интересом слушал меня.
-А мама ответила ему, что для матери большего горя не может быть.
-Ага! А ты что?
-Я лежала с закрытыми глазами, и они думали, что я сплю.
-Хорошо. А что ты чувствовала в то время? - он засыпал меня вопросами.
-Не знаю, - призналась я. - Сначала я поняла, что они говорят про меня, и значит, это со мной случилось самое страшное в мире горе.
-Вот! Вот оно! - взволнованно завопил Гарик. - Вот она, установка!
Я вздрогнула и вопросительно посмотрела на него. Он смутился и постарался принять безразличный вид.
-Прости, я немного не сдержался. Это очень хорошо, что ты начала вспоминать. Пусть не все сразу, а постепенно. Так даже лучше, потому что ты сможешь принимать всю информацию по частям. На сегодня достаточно. Жанна, я попрошу тебя не напрягаться до завтрашнего сеанса и не бередить воспоминания. Думаю, будет лучше, если мы с тобой пройдем этот путь вместе. Я буду рядом и смогу поддержать тебя. Окей?
Я была рада согласиться, потому что к тому моменту мне и самой стало страшно от мысли о том, что еще я могу узнать о своей прошлой жизнию Вдруг это будет нечто совершенно невообразимое, способное свести меня с ума? Но сказать было легче, чем сделать. Еще долго после окончания разговора с Гариком я не могла думать ни о чем другом. В какой-то момент мне стало стыдно за свои подозрения в сторону отчима. Очевидно, он переживал за меня вместе с мамочкой и поддерживал нас, как только мог. И вообще, судя по обрывкам моих воспоминаний они оба были на моей стороне.
Итак, из пояснений Гарика я поняла, что моя психика не справилась с ударами судьбы, и Наум Иосифович решил избавить меня от страданий. Это можно понять, если принять во внимание мои предыдущие просьбы поработать с Романом. Странно, почему я ничего не помню о нем?
К ночи я устала копаться в дебрях своей памяти и решила, что мне надо как следует выспаться. Заварила крепкий чай с мятой, достала из холодильника баночку маминого варенья и в сотый раз мысленно поблагодарила ее. Все же у меня лучшая в мире мамочка! Самая заботливая и переживательная.
После вечернего чаепития я улеглась спать и практически сразу же провалилась в тяжелое забытье. Мне снились городские трущобы, где в груде тряпья спали чумазые младенцы, а я ходила между ними и никак не могла понять, который из них мой. Этот сон продолжался без конца, и я понимала, что все это не происходит наяву, но никак не могла вырваться из него. Мне помог только пронзительный сигнал будильника. Наверное, это был первый в моей жизни случай, когда я была рада ему. А потом потянулись долгие часы рабочего дня, и только монотонная бумажная работа отвлекала меня от тяжелых раздумий. Вечером меня ожидал сюрприз.
Я заметила Романа издалека, когда еще только вошла во двор. Он стоял возле парадной, потупив голову, и выписывал на асфальте вензеля носком своего ботинка. Мимо проходили люди, рядом играли мальчишки, но он не обращал внимания на них и, казалось, был сосредоточен на своем занятии. Я имела возможность как следует рассмотреть его. На этот раз он выглядел очень даже неплохо. Аккуратно подстриженный, в чистой рубашке и джинсах. "Вполне респектабельный молодой человек," - отметила я про себя. А еще порадовалась тому, что не сделала для него второй ключ от квартиры. Моя арендодательница не разрешила мне, а не то я сама не догадалась бы и теперь оказалась бы в весьма неприятной ситуации. Как там говорила Химоза "вынесет стиральную машинку"? Интересно, зачем на самом деле он пожаловал сегодня ко мне?
-Ты меня ждешь? - спросила я его, подойдя поближе.
Он вскинул голову и улыбнулся мне, как прежде, ласково и открыто. У меня сразу же екнуло сердечко. Все-таки люблю я его, непутевого!
-Здравствуй, Жанна! Я так соскучился!
Он раскинул руки для объятий, но я успела увернуться.
-Правда? Наверное, закончились деньги?
Рома изобразил искреннее недоумение на лице.
-Какие деньги? Ты о чем?
Я окинула его оценивающим взглядом.
-Я так понимаю, что ты удачно продал наши два кольца? Вот эти самые деньги.
А теперь его мимика изобразила усталость от надоедливых упреков.
-Ну, прости, прости. Я же написал тебе записку.
Я согласно кивнула головой.
-Написал, да. Но это не отменяет факт воровства.
Упс! Мой ответ его озадачил. Видимо, не ожидал от меня такой категоричности.
-Ну, может, не надо так сурово? - спросил осторожно, словно прощупывал степень моего негативного настроя.
Ох, недаром говорят, что люди, подверженные страстям и зависимостям, способны на многое и мастерски умеют манипулировать своими близкими. Но на этот раз я была настроена решительно.
-Не надо было так поступать со мной, - назидательно произнесла я.
Внезапно его настроение резко переменилось. Дружелюбное выражение мигом исчезло с его лица, и его перекосила злобная гримаса.
-Ага, поучи меня! Только сначала побудь на моем месте, и тогда узнаешь, каково это, когда очень хочется жить, а возможности нет!
Он странно двигался, и руки, не подчиняясь ему, дергались в разные стороны. Это выглядело пугающе, и я краем глаза заметила, как дворовые мальчишки потихоньку снялись с насиженного места и растворились где-то в глубине двора.
-Жить хочется, говоришь? - прошипела я, прищурив глаза. - А как ты думаешь, наш малыш не хотел бы жить? А? Но ведь это ты лишил его возможности родиться на этот свет! Помнишь об этом?