Хвойный лес в это время суток выглядел слишком устрашающе, звуки тут тоже были на любителя, но они хотя бы были порождением природы: где-то ветер шумнёт высокой травой, где-то завоет ночная птица или закричат лисы. Но больше всего неудобств доставляли комары, она уже вся опухла и чесалась, но жужжащее облако вокруг нее становилось всё больше.
Травница пробиралась по лесной тропинке в полной темноте, свечи в ее сумке были, но привлекать к себе лишнее внимание не стоило. Только спустя пару минут она заметила, что свет всё же есть, и она отлично видит, куда ступает ее нога. Арэнта покрутила головой и заметила тут и там огромных светляков, они носились в темноте друг за другом, образуя длинные гирлянды. Атмосфера была почти сказочной, и она могла бы даже немного поумиляться, если бы не те события, что она пережила час назад – тревога до сих пор ее не отпускала.
А над головой кипели страсти, светящиеся жуки чувствовали, что лету скоро конец и, изо всех сил стараясь наверстать время, носились между деревьями, порой путаясь в листве. Так, мало-помалу яркий хоровод увлекал ее вглубь леса, пока не стали видны остовы сгоревших деревьев. Да, лес еще не пришел в себя после той трагедии с пожаром. Арэнта ясно помнила свое отчаяние и метание по испепеленной земле, та потеря не была забыта, а просто спала глубоко в душе. И обида на сестру тоже просыпалась и разгоралась в груди не хуже того пожара.
В предвкушении перед предстоящей встречей травница уже более бодро зашагала по лесу. Скоро в далеке показались огни родной деревни. Все дома мирно спали, и только факелы на избушке сторожа были ей ориентиром. Собака на привязи встретила ее недружелюбным лаем, всё-таки она была здесь чужаком теперь, спорить с этим бессмысленно.
Из-за двери сторожки показалось небритое и не сильно довольное лицо:
- Кто тут шляется по ночам? Нечисть что-ль какая заявилась?
— Это Арэнта вернулась домой, старый. Рада, что ты еще коптишь этот свет.
Старик прищурился, а потом застыл в недоумении, как будто правда к нему на поклон явился сам леший:
- Девочка, мы думали, ты сгинула, не попрощалась ведь ни с кем. Говорили, пропала вслед за родителями. А от Велимиры мы толкового ответа не дождались, кто-то даже предлагал везти ее на суд, мол, она тебя извела, да доказать толком не смогли. Да ты заходи ко мне в сторожку, чего я тебя на улице держу.
Было видно, что сторож переволновался, он тараторил, не давая вставить ей слово. Конечно, в этой тихой деревеньке редко когда случались интересные события, если только Велимира куралесила тут без нее и развлекала народ.
Арэнта не стала отказываться от приглашения, заявляться домой посреди ночи было не слишком разумно. Старик налил ей горячий чай из мяты и облепихи, а потом откуда-то из заначки вытащил уже видавшие виды печатные пряники. Травница давно не ела, последний раз ее желудок видел пищу еще в Велате, поэтому черствый пряник она приняла с благодарностью и отправила прямиком в чай отмокать.
Какое-то они сидели молча. Старик смотрел на свою гостью и не мог поверить, что вернулась та девчонка, которую он помнил с детства, и судьба которой была всем до этого момента неизвестной. Закончив бороться с угощением, Арэнта подняла на него глаза:
- Ну, теперь спрашивай!
Потом она долго рассказывала про свой путь: как искала новый дом, долго трудилась и обрела новое призвание, а также сообщила о том, что привело ее сюда. Странно было рассказывать о том, что она проделала такой долгий путь всего лишь из-за видения, но это было так. Новую семью травница так и не обрела, и не до конца разобралась со старой. Теперь пришло время.
Свеча в ручном фонаре на подоконнике уже почти догорела, когда она закончила рассказ. Сторож сначала изумлялся, слушая о всех ее приключениях, но на моменте с видением начал хмуриться.
- Вот так, старый. Вернулась я, чтобы окончательно разобраться в семейных делах. Пересижу у тебя тут до рассвета и пойду проведать сестренку.
И наступило неловкое молчание. Старик мялся, думал, стоит ли именно ему рассказывать об этой новости, но после решился:
- Да нету больше Велемиры, умерла. Осталась от нее малышка – старуха взяла на воспитание, третий год уж девчонке пошел, Мареной назвали.
За окном поднималось солнце. Деревня начинала жить своими привычными звуками. По тропинке в делянку шли мужики с косами – торопились заготовить сена к зиме. Им навстречу ехал мужик на телеге, видимо, возвращался домой из соседней деревни. В стороне настойчиво пел петух и мычали коровы.
Арэнта шла по знакомой тропе к дому, где она выросла. Утренняя роса окончательно замочила полы ее платья и теперь оно казалось тяжелым, как и ее мысли. Она понимала, что в этом месте ее настигнут перемены, но всё равно не могла поверить, что сестры больше нет.
Вот и дом. Окна забиты трухлявыми досками, забор покосился и частично уже лег на траву, а трава была выше самих построек, всё заросло бурьяном. Деревья в саду стояли неухоженными и спускали ветви с плодами до самой земли, местами они переломились пополам. Было странно видеть, что даже яблоки никто не ворует. На двери висел огромный замок. Дверь была не та, которую выбила Велемира при их последней встрече, видимо, соседи помогли поставить новую.
Заходить не хотелось, запустение навевало еще большую тоску, и Арэнта отправилась прямиком к старой соседке. Их встреча была очень теплой, старушка уж и не чаяла когда-нибудь в этой жизни свидеться с травницей и не знала, куда писать ей о ребенке.
- Присаживайся, девочка, устала поди с дороги, чего нам разговаривать на голодный желудок, - сказала соседка, берясь за ухват, чтобы вытянуть из печи чугунок с ароматной кашей.
Она поставила на стол три деревянные чашки и разложила еду, запахи наполнили всю избушку. И, видимо, почуяв скорый завтрак, на кухню забежала девчонка. Маленькая, лохматая, в простой ночной сорочке и большими голубыми глазами. Малышка посмотрела на Арэнту, и той сразу стало ясно, что домой она поедет не одна.
Целый день они провели в беседах. Старушка рассказывала про окончательное падение Велимиры, как забрала у нее из дома Марену, а мать даже не заметила. Большие компании, бесконечный алкоголь и гулянки дали о себе знать, в одно печальное утро сердце старшей сестры остановилось, и соседи своими силами проводили ее в последний путь. С тех самых пор их родовой дом стоит заколоченным и приходит в запустение.
Арэнта же поделилась своей историей. Рассказала, что нашла новый дом, развила способности травничества, которыми теперь и зарабатывает на жизнь. А еще поделилась своим видением, из-за которого она и вернулась в родные края, хотя не очень и хотелось.
Всё это время на полу, возле ее ног играла малышка Марена, бросая клубок ниток рыжей пушистой кошке. Она с интересом изучала новую гостью, еще не зная, что в ее лице найдет свою семью.
Травница прожила в доме старушки неделю, стараясь как можно больше помочь ей в бытовых делах. Вместе они подремонтировали забор, который, в скором времени, планировал упасть на дорогу. Покрасили все наличники яркой синей краской. Арэнта договорилась с плотником, и тот заменил несколько шатких половиц в доме. Сейчас был самый разгар сбора урожая, и каждый вечер они все вместе собирали груши в саду и варили джем.
Уже наступала пора собираться домой. Арэнту даже посещали мысли - не остаться ли здесь насовсем, но печальные воспоминания и вид опустевшего родного дома удручали. Да и в Ровплане она уже привыкла к людям, нашла свое место.
Вопрос был только в том, как возвращаться. Сунуться обратно на Русалочьи озера, еще и с ребенком, она не может. Бывшая там нечисть уж сильно разозлилась, новыми фокусами их не проведешь.