Глава 6
Начало здесь:
Как самую шуструю и молодую Тамару гоняли туда сюда по большой территории: это принеси, то отнеси... У всех обед, а Тамара бегает с поручениями… Каждый раз ее сопровождали разные надзиратели. Одного из них, Никифора, Тамара особенно не любила и даже боялась. Он ей всю дорогу высказывал какая она пропащая, така молодая, а уже воровка и что из-за таких как она вся страна в нищете живёт, потому что несознательные граждане не хотят строить светлое будущее, а только о своей кулацкой шкуре думают!
—Жизнь свою с молоду под откос пустила! Ду ра! Скажи спасибо, что не я тебя поймал! Я б тебя прям там, на месте расс трелял! И время бы не тратил на суды и следствие! Попалась? Получи пу лю в лоб! Кры са! Может и не выйдешь отсюда, предательница! Приложить что ли к этому руку? - вслух размышлял Никифор.
Тамара с ним даже не пыталась разговаривать, что то объяснять, оправдываться... Она шла, опустив глаза и старалась не слушать ругательства в свою сторону.
Никифор был большого роста, с каменным выражением лица и злобными, ненавистными глазами.
—А может и хорошо, что тебя в живых оставили, будет кому нас развлечь, когда будет особенно скучно, да?! — басил он утробно гыгыкая и напирая на хрупкую Тамару, стараясь зажать ее в каком-нибудь темном углу или ущипнуть побольнее. - Будешь ласковой, так глядишь срок и досидишь, может еще даже и на свободу получится выйти.
—Пусти! — сопротивлялась Тамара.
—А то что? — нагло ухмылялся Никифор в лицо Тамаре.
Она отбивалась, как могла.
Но для такого громилы ее сопротивление было как сопротивление мышки для кошки, совершенно бесполезное… Никифор кажется от этих попыток еще больше раззадоривался и норовил посильнее прижать и ущипнуть так, что оставались огромные синяки на теле.
Она попыталась пожаловаться на него начальнику отряда, но тот даже слушать не захотел.
—Ты арестантка! И ты будешь мне что-то про моих людей говорить? — повысив голос сказал он. — Иди! Пока я тебя в карцер не посадил!
Развернулась Тамара и ушла ни с чем.
—Ты что наделала, Томочка?! Ох, что ж ты не спросила? Никогда не ходи к нему! И не жалуйся! Начальник не будет тебе помогать! Они все заодно, пойми!— качая головой сказала тетка Фрося. — А если озлобятся все против тебя, то не дадут жизни! Могут и со света белого сжить!
И вскоре Тамара поняла о чем говорила тетка Фрося, когда ей пришлось снова с Никифором идти в другой конец большого тюремного двора. Тот завел Тамару за угол и прижал к стенке.
—Жаловаться на меня вздумала, кры са? — прошипел он прямо в лицо Тамаре тяжелым дыханием. — Ну я тебе сейчас покажу кузь кину мать! Чтоб не повадно было ходить кляузничать! Сейчас я тебя проучу хорошенько, станешь податливой как миленькая! А в следующий раз с тобой другим делом займусь. Попробуй сейчас сопротивляться! Быстро сделаю из тебя послушную! А то ишь какая строптивая, еще и жаловаться вздумала! Кры са кулацкая! Воровка!
Никифор б ил и приговаривал, б ил и приговаривал…
В камеру Тамара еле ноги доволокла. Никифор отходил ее не жалея и не глядя, что она совсем молоденькая девушка, вчерашняя девчонка.
Тетка Фрося переполошилась. Всю ночь делала примочки из холодной воды. Тома с трудом дышала.
—Ииих, гад! Неужели ребра перел омал? — сокрушалась тетка Фрося. — Что ж делать, Томочка? Ай-яй-яй! Вот горемычная... Напросилась на кул аки...
На следующий день Тамара не смогла встать.
Надзирательница зашла в камеру, увидела её и ухмыльнулась:
—Дожаловалась? — спросила ехидно. — То-то же! Вставай на работу! Хватит валяться!
—Не могу встать… — запекшимися губами простонала Тамара.
—Родненькая, дай ей отлежаться, прошу тебя! Хоть несколько дней! Она встанет, встанет! Только сейчас ей невмочь! — умоляла тетка Фрося.
—С какой стати она должна разлеживаться? — грубо спросила надзирательница. —Когда все работают?
—Приболела она, видишь? Она немного отлежится и пойдет на работу, обязательно! Ты только не серчай! Помилуй, родненькая! — продолжала умолять тетка Фрося. —И будет со всеми на равне работать!
Подумав немного, надзирательница нехотя согласилась.
—Один день! Не больше! — грубо сказала она.
—Хорошо, хорошо! Спасибо и на этом! — сказала тетка Фрося.
—А еще раз вздумаешь жаловаться, вообще не встанешь, поняла? — сказала надзирательница.
Но как они не старались и не пугали Тамару, та пролежала, почти не двигаясь, несколько дней. И потом еще долго отходила от побо ев прихрамывая и держась за спину.
—Хорошо, не перел омал тебе ничего этот косто лом… — шептала тихо тетка Фрося. —А так ничего, очамаешься потихонечку, дочка. Терпи, что уж тут ещё скажешь? Другого нам тут не дано, только терпеть и молчать...
Разговаривали они тихим шепотом все время, чтобы лишние уши не услышали и донесли до начальства перековеркав слова.
Некоторое время Тамару не гоняли с поручениями по всей территории тюрьмы, чему она была очень рада. Но она в конце концов выздоровела и даже окрепла. И ее снова вызвали, чтобы дать поручение.
У Тамары мороз по коже пошел, когда выкрикнули ее фамилию. Она на тетку Фросю посмотрела, будто прощаясь. Но к ее большому облегчению в этот раз ее сопровождал другой надзиратель, курчавый и кареглазый Петр, на вид ему было лет тридцать. Он был новенький и недавно здесь работал. Тамару он сопровождал впервые.
Они шли по двору и Петр украдкой поглядывал на Тамару. А та чувствовала это и страх сковывал все ее тело, доходил до самых кончиков пальцев и колол там холодными иголками. Шла Тамара не поднимая глаз, уткнувшись себе под ноги.
—Как тебя зовут? — спросил уже на обратном пути Петр.
—Тамара. — тихо ответила та.
—А меня Петр. — неожиданно для Томы улыбнулся надзиратель. — Приятно познакомиться.
Тамара коротко взглянула на Петра, кивнула в ответ.
—Ты чего такая зашуганная? — спросил Петр.
—Ничего. — ответила Тамара.
—Понятно… — ответил Петр снова улыбнувшись и легонько хлопнул по плечу. —Не робей, красавица!
—Угу. — ответила Тамара и юркнула в здание тюрьмы с облегчением выдохнув.
«Пронесло…»— подумала она.— «Этот похоже добрый.»
Про Никифора она даже боялась вспоминать.
Продолжение здесь:
Так же на моём канале можно почитать: