В 2015 году Инокентий Фефелов с семьей приехал из Уругвая на родину предков, в Россию.
К слову, у старообрядцев собственное летоисчисление – от сотворения мира, поэтому по их календарю Фефелов с семьей приехал в Россию в 7523году.
Во время интервью Инокентий первым делом попросил правильно написать его имя.
– Инокентий, с одной «н», – так я записан при крещении. Родителей зовут Петр Феодосиевич Фефелов и Агафья Федоровна Килина. Мое полное имя – Фефелов Килин Инокентий.
– Инокентий, какой из российских регионов для твоих предков является родным?
– Мой прадед родился под Пермью, дед появился уже в Маньчжурии, когда семейство уходило на Восток. Если проследить весь путь семьи Фефеловых, то он выглядит так: Пермь – Забайкалье – Маньчжурия – Бразилия – Уругвай – Россия. Родной дед Федор Килин с братом Василием в Маньчжурии ловили живьем тигров, про них китайцы даже книгу написали.
Думаю, здесь Инокентий ошибся. Хозяйственный опыт староверческой общины в Маньчжурии (Маньчжоу –Го) подробнейшим образом изучали японцы, потому что планировали переселить на континент миллион семей. История деревни Романовка и судьба ее жителей подробно изложена здесь.
–Чем занялись предки, перебравшись через океан?
–В Бразилии прадеды взялись разрабатывать, как считалось, бросовые земли недалеко от города Примавера-ду-Лести (штат Мату-Гросу), сеяли сою, кукурузу, пшеницу, рапс. Местные считали, что на красной глинистой почве ничего расти не будет, поэтому деды за небольшие деньги покупали приличные участки, корчевали джунгли, в которых водились кабаны, олени и даже ягуары.
В поле выходила работать вся семья, дети активно помогали родителям, я, например, с семи лет помогал, а в девять уже сел за руль трактора. Наша семья обрабатывала более 900 гектаров пашни. А все семейство Фефеловых держало больше трех тысяч гектаров посевных площадей. Конечно, не все сразу получилось.
Земли стали давать хороший урожай, поэтому однажды поля у нас просто забрали.
–Как забрали?
– Это был самый настоящий рейдерский захват, если говорить по-русски. Мне было тогда 9 лет, я хорошо запомнил этот момент, эмоции отца. Вечером мы возвращались с поля, возле дома нас встретила группа вооруженных людей. Без долгих объяснений мужчины потребовали подписать бумаги о передаче им земли, иначе угрожали расправой. Так и заявили, что убьют, похоронят в джунглях, где никто и никогда нас не найдет. Отцу ничего не оставалось, как подписать бумаги. Была надежда на поимку налетчиков по горячим следам, поэтому, когда налетчики удалились, отец поехал в полицейский участок. Однако на подъезде к участку увидели, как бандиты спокойно выходят из здания. Стало понятно, что это мафия, и вернуть землю уже не получится. Пришлось перебираться в другое место.
В 16 лет Инокентий уехал на заработки в Канаду, где из природных чудес впервые увидел снег. Родственник, владевший лесозаготовительным предприятием, помог с работой, доверив парню установку по раскряжевке деревьев. В Канаде удалось заработать хорошие деньги. Семья к тому времени переехала в Уругвай. Там Инокентий на заработанные деньги построил дом, а потом заслал сватов к невесте. Красавицу-жену зовут Киликия.
– Инокентий, ты родился в Бразилии, жил в Уругвае, а какой язык считаешь родным?
– Русский. Дома все говорили на русском, независимо в какой стране жили. Лет в 7 заговорил на португальском, играя с пацанами в футбол, позже начал общаться и на испанском.
–Что рассказывали родители детям о своей исторической родине? Насколько образ России совпал или не совпал с тем, что увидел своими глазами?
–Много родители не рассказывали, большинство и сами здесь никогда не были. Говорили, что большая территория, много тайги.
– На каком этапе жизни захотелось посмотреть родину предков?
–Сильно хотел побывать в России в детстве. Когда мне исполнилось 18 лет, передумал ехать, а года через три снова захотел. В декабре 2014 все-таки приехал, посмотрел, много с людьми общался, спрашивал, кто чем занимается, как живут? Побывал в Москве, Владивостоке, посмотрел Приморье, в целом все понравилось, особенно удивила разница в климате между Москвой и Приморьем. В Бразилии и Уругвае природа и климат во многом схожи.
В 2015 году семья Фефеловых продала скот, технику, земли и покинула Южную Америку, но в России сразу же столкнулась с серьезной проблемой.
Сначала представители МИДа говорили, что можно въехать без визы и оформить документы на месте. Потом выяснилось, что виза всё-таки нужна. Инокентий с беременной женой не стали возвращаться в Уругвай, а поехали в Финляндию, где и получили въездную визу.
Когда с документами все уладилось, переселенцы решили обосноваться на севере Иркутской области, в крошечном селе Чечуйск.
– Мы долго искали, где поселиться, – говорит Инокентий, – Даже пытались освоиться в городе, но не понравилось – воды мало, речка далеко, тайги нет. Смотрели на север Иркутской области, где мало населенных пунктов и больше простора, так и попали в Чечуйск, хотя понравился и Киренск.
В Чечуйске многодетная семья купила половину двухквартирного дома.
Бизнес-проект решили построить на продукции из дикоросов– таёжный чай, муссы и десерты из ягод и мёда, сбитень, приправы на основе трав. Не мудрствуя, торговую марку так и назвали – «Дары староверов».
«Никаких механизмов, мы всё производим вручную. Делаем то, что лучше всего у нас получается на протяжении веков. Многие рецепты – наши семейные кулинарные традиции», – комментировал бизнес- идею в интервью местной газете Инокентий вскоре после приезда в Чечуйск.
Пожив несколько лет в Чечуйске, Фефеловы все-таки решили переехать поближе к единоверцам в Приморье. Выбор пал на Дальнереченский район, где семья оформила 564 гектара земли. Еще 300 га Фефеловы получили безвозмездно на шесть лет под развитие животноводства. В декабре 2024 года с третьей попытки получили большой грант на покупку сельхозтехники. На новом участке пробуют выращивать грецкий орех, фундук, в качестве эксперимента посадили семена Павловнии (Адамово дерево).
После долгого трудового дня Инокентий успевает просмотреть почту, поделиться новостями с родственниками, которые продолжают осваивать земли вблизи Амазонки. А еще написать пост в телеграм - канал «Бразильский фермер», который теперь читают по обе стороны океана.