– У меня самый лучший муж на свете, даже не спорь, - сидим в кафе торгового центра с моей подругой Галкой и пьём ароматный капучино.
По магазинам мы уже находились, я приобрела снаряжение для ближайшей группы в горы, нужны были ремни, стяжки, крюки и ещё много всяких мелочей, которые лучше брать в проверенном месте. Галка обновляла свой гардероб, в очередной раз, меняя размер на больший.
– Ой, Алёна, ради Бога, даже не говори мне об этом. Я этих мужиков насквозь вижу, все они одинаковые, даже не спорь, - закатывает глаза моя пышногрудая подруга, которая за время нашего с Мироном брака уже сменила трёх мужей (и это я считаю только официальных, которые со штампом в паспорте).
– Просто ты не умеешь выбирать, - подшучиваю я над ней.
Это наш давний разговор, как только очередной ухажёр Галки творит какую-то непонятную дичь, подруга обвиняет весь мужской род в приземлённости и моральной деградации. Раньше я пыталась донести до неё мысль, что она выбирает неподходящий себе типаж, но потом махнула рукой. Галка неисправима.
Вот и сейчас у неё в приоритете фудкорты, десерты и спонтанные покупки для души, чтобы заделать дыру от очередного разочарования. Направить подругу на истинный путь не возможно, у неё на всё своё железобетонное мнение, спорить с которым себе дороже.
Весело болтаем, обсуждая Женечку, которого Галя пыталась приворожить пирожками и борщом, но его злая мамаша не выпустила мужика из-под тёплого крылышка. Смеёмся, Галка не обидчивая, долго в себе зло не носит, сейчас пару недель «погорюет» и найдёт себе нового ценителя пышных форм и вкусной домашней кухни.
Вдруг подруга кардинально меняется в лице, быстро схватив меня за руку и запретив оборачиваться.
– Там что, Женя? – внимательно смотрю в глаза Галины, и от её выражения лица, у меня ледяные мурашки по спине пробегают.
– Не должны нас заметить, главное не оборачивайся, громко не смейся, просто тихо сидим и пьём кофе.
От тона, с которым она произносит свой короткий инструктаж, мне становится не по себе.
– Галь, да кого ты там увидела?
Не смотря на испуганное «нет-нет, не смотри туда», оборачиваюсь и натыкаюсь на картину, которая заставляет меня на пару мгновений забыть, как дышать.
– Алёнка, только спокойно, такое бывает, я уже тысячу раз через это проходила, дыши ровно, всё будет хорошо.
Сзади нас, в нескольких столиках дальше по залу, мой любимый Мирон ухаживает за молодой девицей, отодвигая ей стул. Брюнетка держит в руках шикарную связку алых роз и призывно улыбается моему мужу.
Моему мужу?
Мирон сегодня утром поехал к сыну в соседний город, у Ярика траблы в общаге колледжа, мальчишки бузили, что-то из мебели сломали, пап вызвали возмещать ущерб. Теперь уже не знаю, правда ли это, но моими мужчинами до меня была донесена именно эта информация. Когда утром Мир собирался в эту поездку, он нежно поцеловал меня и обещал вернуться, как только всё уладит.
Но судя по тому, что я вижу сейчас здесь – к сыну он так и не доехал.
– Алён, ты в порядке? Такая бледная… Ты главное не реви, дыши глубже, я же говорила, говорила, что они все одного поля ягоды…
Галя выдёргивает меня из собственных размышлений, я поворачиваю голову на её обеспокоенное лицо, пытаюсь понять, что она пытается до меня донести, и снова оборачиваюсь назад.
Нет, это не галлюцинация, это даже не какой-то очень похожий на Мирона мужчина, это именно мой муж, в той самой одежде, которую я ему сегодня утром заботливо подала из шкафа. Я вижу его лицо, морщинки на лбу, небрежную щетину на щеках и мой любимый взгляд, от которого мурашки по коже. Только сейчас этот взгляд направлен не на меня, сейчас он охаживает незнакомку, которая моложе его раза в два.
– Алён, ты куда? Не ходи к ним, не порти себе нервы, потом разберётесь, - шепчет мне Галя, в её глазах почему-то испуг, но слушать подругу я не собираюсь.
Медленно поднимаюсь из-за столика, оправляю юбку, выбившиеся пряди из причёски, собираюсь с духом и делаю первый шаг в сторону этой парочки.
Сердце тут же ухает вниз, падает с огромной высоты и разбивается на миллионы осколков. Мой муж накрывает руку стройной брюнетки своей рукой, ничего вокруг не замечает, сосредоточен на объекте своего внимания полностью.
Галка шипит на меня сзади, но остановиться я уже не могу. Шаг ускоряется, расстояние в несколько столиков я преодолеваю в одно мгновение.
– Не помешаю?
Голос подводит, откашливаюсь, хотелось быть более грозной, резкой, но получилось хрипло и жалобно.
– Кто вы, женщина?
Ей лет двадцать, может двадцать пять, голос грубоватый, наглый, взгляд из-под пушистых наращенных ресниц такой же. Она смотрит на меня с презрением, а я, закончив её разглядывать, поворачиваюсь к Мирону.
Он встаёт из-за столика, крепкой мужской ладонью, в которую я так любила утыкаться щекой нашими вечерами, взъерошивает свои волосы и произносит:
– Алён, только давай без истерик, я сейчас всё объясню…
Хмыкаю, чуть наклоняю голову вбок, закусываю нижнюю губу, сдерживая рвущиеся наружу эмоции, пытаюсь глубоко дышать и не свожу с него своего разочарованного взгляда.
– Ну, попробуй, Мир. Даже интересно послушать, как ты будешь «вот это всё» объяснять, - тыкаю пальцем на брюнетку и букет роз на столике перед ней.
– Мирон, это что – твоя жена?
У неё нарочито растянутый голос, выгибает брови, оценивает меня своим снисходительным взглядом и презрительно фыркает.
– Ксюш, свидание окончено, иди домой, - отрезает он своей новой пассии.
– Ага, сейчас, разбежалась. У меня на вечер другие планы. Я отсюда только с тобой уйду, а эта курица, пусть сама домой топает. Женщина, вы Мирону не подходите, чешите плакать в другое место!
Режет от этих слов, так сильно режет, что слёзы сдержать невозможно. Она ведёт себя уверенно, словно имеет права на моего мужа, словно он уже давно её мужчина, а я изжившее себя приложение.
– Алён, давай поговорим спокойно, - Мирон не обращает внимания на слова своей подруги, смотрит только мне в глаза, делает шаг навстречу, пытается взять за локоть, но я уворачиваюсь.
– Не смей ко мне прикасаться, - отступаю назад, а в уши снова её противный насмешливый голос.
– Какая она у тебя нежная, понятно, почему до сих пор бросить не можешь, жалко, наверное. Она же без тебя никто и звать никак.
– Заткнись, Ксения, и уходи. Сказал же, живо! – Мир в нетерпении повышает голос на любовницу и делает ко мне ещё один шаг.
Так горько. Итак, душу рвёт факт измены, так ещё эта шалава пытается меня унизить.
– А вы, девушка, смотрю, любите объедки по столам собирать? – я тоже умею показывать зубы. - Своего мужчину слабо найти, по чужим шарахаетесь? Думаете, раз жене за сорок, то вам все дороги открыты? Не слышала, что тебе сказали? Повторить? Пошла отсюда!
Со злостью и обидой хватаю со стола тяжёлый букет и, замахиваясь, приземляю его на голову Ксюши. Алые лепестки летят в разные стороны, на нас оборачиваются посетители кафе, брюнетка подскакивает со стула и визжит, называя меня престарелой дурой. Она сыпет оскорблениями в мою сторону, но не найдя в Мироне поддержки, вынужденно ретируется, а я… Я сжимаю кулаки, ощущая саднящую боль от шипов роз на своих ладонях и вымораживающую пустоту внутри..
– Алёнка, спокойно, не нервничай, давай сядем и поговорим, - он приближается, берёт меня за плечи и пытается приземлить на стул, где только что сидела эта прошмандовка.
Вырываюсь, демонстративно отворачиваюсь и иду к столику, где меня до сих пор ждёт Галя.
Мир сзади, я сажусь на свой стул, беру в руки остывший кофе, пытаюсь сделать глоток, но слёзы душат и руки трясутся.
– Привет, Галь. Можно я с Алёной поговорю, наедине, - Мирон обращается к моей подруге, но я его перебиваю.
– Нет, нельзя, я пришла сюда с Галей и с ней же уйду, а ты иди… Ксюшу свою догоняй. Такой экземпляр потеряешь.
Смотрю только на чашку кофе в своих руках, больше ничего вокруг не вижу, до меня и голоса, словно через пелену прорываются.
– Галь, пожалуйста, - Мир просит, слышу, как стул подруги отодвигается, она встаёт и тихо произносит:
– Алён, извини, но вам, похоже, действительно нужно поговорить, я пойду. Звони мне, если что.
Из меня рвутся беззвучные рыдания, опускаю чашку, закрываю лицо руками, не заботясь о макияже плачу. Ну я попала. Как такое могло случиться? Почему? У нас же всё было хорошо…
Мир садится рядом, молчит, чувствую, что смотрит на меня, слышу его дыхание, вздох раскаяния. Подзывает официанта, просит убрать Галин десерт, заказывает воды и влажные салфетки.
– Алён, она для меня ничего не значит. Это ошибка. Мимолётное увлечение. Я не собирался с ней ничего общего иметь. Прости.
Он произносит это не сразу, долго ждёт, наверное, ориентируется на мои всхлипы.
– Не хочу тебя видеть, уходи, - скулю я, потому что на нормальный тон у меня нет сил.
Силы кончились, вышли со слезами, ничего не осталось, выжженное плато.
– Нет, Алён, я не оставлю тебя в таком состоянии, - как будто мне сейчас нужно его сострадание.
Отнимаю руки от лица, смотрю на него с вызовом, пусть видит, до чего довёл женщину, которая его любила. Громко выдыхаю, тянусь к сумочке, достаю зеркальце, беру со стола пачку салфеток, принесённых официантом, методично и не спеша привожу себя в порядок. Макияж остаётся на пропитанных влагой платочках, кожа чистая, нос и губы припухшие, глаза красные.
Наливаю из кувшина воды в стакан, выпиваю маленькими глотками, не сводя с мужа глаз, тихо, но решительно произношу.
– Я в порядке, Громов. Можешь быть свободен. Встретимся в суде.
– Алёна, ты даже не даёшь мне объясниться, - он возмущается с обидой в голосе, не ожидал такого фееричного развития событий, наверняка думал, что вдоволь накувыркается с этой черноволосой, а тут я, облом.
– Ты должен быть у Яра сегодня. Он позвал тебя, для помощи, а ты не приехал. Сына тоже бросил ради этой?
– Нет, не бросил. У него там всё нормально, не нужно никому помогать, это просто предлог был, - отмахивается Мирон от моих переживаний.
– Врали мне оба? Хороши защитнички. Муж и сын. Предатели!
Меня словно в грязь окунули, два самых родных, самых любимых человека нагло врут, желая прикрыть свои мужские игры.
– Алён, всё не так, как ты думаешь, я не специально, просто так вышло…
– Громов, ты меня за идиотку держишь? Сам вроде не дурак. Не надо прикидываться. Я прекрасно всё поняла. Свободен. К Яру я сама съезжу и поговорю с ним. Взрослый мальчик, поймёт.
Шмыгаю носом, достаю из сумочки накладную на доставку в офис и вручаю Мирону.
– Что это? – непонимающе принимает бумагу из моих рук.
– Для группы в горы, я на неделю отпуск беру. После возобновлю работу в агентстве. Бизнес будем делить пополам, квартиру тоже. И машину, - добавляю в конце, чтобы точно понял, что я настроена серьёзно.
– Нет, зай, ну пожалуйста, давай без вот этих резких движений. Зачем сразу всё ломать? Я ошибся, оступился, ну понимаешь – бес в ребро. Алён, я же тебя люблю. Ты же моя единственная. Куда я без тебя?
– Буквально пятнадцать минут назад у тебя были вполне реальные планы, можешь продолжать их воплощение в жизнь. Больше не мешаю. Как говорится: совет да любовь!
Жгу его глазами, натянутая улыбка пропитана едкой иронией, встаю из-за столика и, не оборачиваясь, направляюсь к выходу из кафе и торгового центра.
– Алёна, постой. Я хочу всё тебе объяснить, давай хоть до дома тебя довезу, подожди же!
Продолжение следует...
Все части:
Часть 2 - продолжение
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Измена. Семейный Extreme-tur", Саша Девятова ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.