Что почитать онлайн?

Вылетаю из палаты, будто меня подтолкнули в спину. Воздух кажется густым, тяжелым, и каждый вдох режет горло. В ушах все еще звенит его голос - этот холодный, жесткий тон, от которого по коже бегут мурашки. «Ты никуда не уйдешь. Никогда». Его слова эхом отдаются в голове, как приговор. Чувствую, как внутри всё сжимается, словно невидимая рука сдавливает сердце. Он сказал это так уверенно, так безапелляционно, что я начинаю задыхаться не только от боли, но и от страха. - Марго! - его рычание раздаётся за спиной, но я не оборачиваюсь...

Едва я подъехала к дверям офиса и вышла из своей машины, как сразу почувствовала, что в носу свербит, а в горле появилось какое-то першение. Неужто простуду подцепила? Я толкнула стеклянные двери, кивком поздоровалась с охранником и направилась в свой кабинет, по пути столкнувшись с генеральным директором, который прикрывая лицо носовым платком, пытался протиснуться мимо меня. – Добрый день, Надежда, – кивнул он, стараясь не приближаться. – Заболел. Хватанул какой-то вирус. Еду домой. – Вирус? – переспросила я, прижав ладонь к губам...

Я с трудом дожидаюсь окончания выходных и с радостью спешу на работу. Приезжаю в офис за час до начала рабочего дня, готовлюсь к еженедельной планёрке и вхожу в общий зал, где стоит длинный стол, во главе которого уже восседает Елена Викторовна. Она скупо кивает, взглянув на меня, и не произносит ни слова. Я присаживаюсь, поправляя распечатанные ранее листы бумаги с вопросами, которые собиралась обсудить, и стараюсь выглядеть совершенно безразличной. Я думала, Елена Викторовна захочет обсудить пятничную...

Борис мне никогда не нравился. Он был наглым, несдержанным и почему-то считал себя умнее других. При этом, отучившись, Боря не спешил устраиваться на работу в компанию своего отца, в то время как мой Илья подрабатывал там даже во время учёбы. И что самое интересное, мои свёкры тоже не питали особых иллюзий по поводу младшего сына, поэтому я не особо удивилась, когда после их смерти выяснилось, что всю компанию они завещали Илье. Я посчитала это справедливым. Ведь именно мой муж с утра до ночи впахивал...

Я лежала неподвижно в одинокой постели, свернувшись калачиком. Лежала и вспоминала. Как нарушила свое правило. Пошла в кабинет мужа. Чтобы рыться в его личных вещах, чтобы найти свидетельства связи с другой женщиной. Как я хотела не найти ничего! Как я хотела… Но… Боль ворочалась внутри, как живая, терзала внутренности, рвала их на части. Я смахнула слезу, я сжала пальцами подушку, я стискивала зубы, грозя стереть их в мелкую крошку. И снова вспоминала… Как я зашла в кабинет мужа. Там пахло кожей и дорогим табаком...

Вера устроилась на лоджии с чашкой горячего зелёного чая, в который добавила мяту. Сквозь стекло на её лицо ложился мягкий апрельский свет, и это спокойное утро казалось почти идеальным. Она перелистывала страницы блокнота, где уже давно собирала заметки, расчёты и идеи для своего будущего дела. Мысль о собственном цветочном салоне не отпускала её почти год. Вера мечтала не о банальной точке с привычными букетами, а о красивом, уютном пространстве, где будут собирать необычные композиции, где каждый букет станет маленькой историей, а покупателям захочется возвращаться снова...

Слова Миши эхом прокатываются по гаражу, отталкиваются от стен и проникают мне в самое сердце. “Поговорим утром” А о чем? Муж выходит из гаража, неизвестная мадам продолжает сидеть в машине. Стою, как оплеванная. Что делать? Ждать, когда этой девке станет скучно, и она решит выйти? Вынести блюдом эти стекла? Или потом по цвету помады понять, кто змея в моем доме? Болит голова, ощущение, что накрывает мигрень. Вот, что значит “статус любимой жены”... Нет, этого я уже не смогу простить. Ты сам перешел на тропу войны, забыв все мое добро? Ира, держи себя в руках...

- Глупенькая Дагмара,- обходит меня по кругу Карина. Смотрит уничижительно. - Попалась, пташка… - О чем ты? Где мой муж?!- нервы сдают. Потому что я не могу понять, что делает вломившаяся в нашу комнату с раннего утра его сестра. Она злобно усмехается. - Ты реально решила, что такой, как Ренат, богатый, красивый, статусный, женится на такой, как ты, бедная родственница? Нелепая бесприданница из аула, которую приютили в этом доме из жалости? Ваш брак был постановкой, нелепая! Никах зачитал никакой...

– Ты дома на выходных? - поднимаю взгляд от тарелки с макаронами на лицо моего мужа. – Нет. Закрываю глаза и крепче сжимаю в руках вилку. – Серёж… я постоянно одна! Я устала, - шепчу, и голос срывается в хрипы. – Ты знала, за кого выходишь замуж, - расслабленно отзывается его голос. Серёжа у меня офицер. Красивый, статный, в молодости он вскружил мне голову настолько, что я выскочила за него замуж спустя полгода со дня знакомства и переехала вслед за ним в гарнизон. С тех пор моя жизнь стала стабильной до невозможности, размеренной и правильной...

«Не везёт, так с детства» – вот это точно про меня. Семнадцатый по счёту ребёнок в семье, когда родители уже устали придумывать, куда бы определить очередное чадо, чтобы его жизнь наверняка сложилась, пусть даже не слишком счастливо. При поступлении в «Космодемию» не прошла по конкурсу на вожделенную специальность навигатора: надо было немного доплатить, но уставшие предки махнули рукой – «техник» тоже сойдёт. После выпуска по распределению угодила на ледяную планету с говорящим названием Криос-4...

Бетонная пыль въедалась в кожу, оседала на волосах и скрипела на зубах, сколько бы воды я ни пила. Я потерла переносицу, наверняка оставляя на лбу серую полосу, и снова развернула чертеж на шатком столике прораба. — Петрович, я не приму эту плитку. Грузный мужчина в спецовке перестал жевать спичку и тяжело вздохнул, всем видом показывая, какую вселенскую скорбь вызывает у него общение с женщинами на объекте. — Яна Владимировна, ну чего вы начинаете? Поставщик подвел. Максим Юрьевич лично сказал брать аналог, сроки горят синим пламенем...

Ну и райончик здесь! Оглядываю шестиэтажное здание склада с побитыми окнами. Напротив - какая-то древняя кочегарка с обветшалой трубой. Под снос... Паркуюсь. Выходя из машины, наступаю в темноте прямо в грязь! Брызги пачкают брюки. - Вот же! Между двумя полицейскими тачками натянута оградительная лента. В темноте мерцают красно-синие огни. За лентой - скорая. Девушка сидит свесив ноги прямо из кабины. Туфля валяется под ногами, второй нет. Дышит в кислородной маске. Вокруг неё суетятся врачи. Несколько сотрудников опрашивают горстку людей...