Ту-144 – самолет уникальный и трагичный одновременно. Его судьба трагическая во время эксплуатации и трагическая сейчас, когда он уже не поднимается в небо. Две катастрофы. Париж, Ле Бурже, 3 июня 1973 года и 23 мая 1978 года под Егорьевском в Подмосковье. О последней катастрофе даже слушал рассказ очевидца из города Воскресенск, видевшего пролетающий над головой самолет с дымящимися двигателями. Окончание работ по самолету как раз совпало с изменением политического курса в стране в начале 80-х. Тогда приоритетным должен был стать самолет большой вместимости с минимальной потребностью в обслуживании в аэропорту. Как вы догадались, это - Ил-86.
Начало эксплуатации на регулярной линии Аэрофлота как раз совпало с моими школьными годами. Я помню глянцевый, раскладной, красного цвета буклет «Авиаэкспорта», посвященный этому самолету. Не важно, что на фотографиях были и опытная, и серийные машины, а это, по сути, два разных самолета. Разные по конструктивной компоновке: пакетная компоновка силовой установки и попарная. Разные и по аэродинамической: опытный был бесхвосткой, а серийные были с убирающимся передним горизонтальным оперением. В то время, в конце 70-х, Ту-144 своим стремительно сверхзвуковым обликом олицетворял всю мощь нашей технической мысли, наших возможностей, нашего авиационного опыта.
Да, двигатели были неэкономичны. Эффективность самолета появлялась при дальности от 6000 км, а самолет с трудом вмещал в себя столько необходимого топлива. Да, ограничения на эксплуатацию ночью, при обледенении и с мокрых ВПП. На том этапе развития авиационной науки техники, поставленные задачи по обеспечению необходимых летно-технических характеристик и экономических параметров были не реализованы. Да и постановка задачи любой ценой взлететь раньше всех, не кажется ли вам сейчас авантюрой? Зачем?
Спустя практически три месяца после знакомства с этим Ту-144, мне посчастливилось провести несколько часов в авиационном музее, в котором всего два (!) самолета. Этот музей, на самом деле, создавался как музей одного самолета и второй, не занимая много места, просто расположился в тени, под крылом большого. Я, в данном случае, говорю о музее самолета «Concorde» на острове Барбадос. Спустя всего один месяц я отобрал снимки и сделал публикации здесь в ЖЖ. Почему я это сделал раньше, чем опубликовал фоторассказ о Ту-144. Суть причины проста: я был чрезвычайно удивлен бережным и технически грамотным отношением небольшого островного государства к Его Величеству самолету! А иначе, как объяснить такое отношение маленькой неавиационной страны, которая только может гордится тем, что сюда летал «второй» сверхзвуковой самолет «Concorde» в идеальном техническом состоянии. Морской влажный тропический климат весьма агрессивно влияет на элементы конструкции планера и оборудования. Хорошо известен пример невозможности эксплуатации наших МиГ-ов в первое время во Вьетнаме. Доставленные в контейнерах, разобранные самолеты были не подготовлены к влажному климату и агрессивным насекомым. После выгрузки из контейнера их сразу можно было отправлять на утилизацию. Почему я так подробно остановился на этом? Дело в том, что климат нашего региона, хотя и не такой влажный, как тропический, но не менее агрессивен с холодами и снегами. Хранить самолет на улице, конечно, можно, только вот срок жизни такого экспоната существенно сократится. Всем понятно, что решение этой проблемы упирается в финансирование. В финансирование, которое не принесет доходов, даже через несколько лет. Его эффективность может быть получена только через много лет в воспитанных и подготовленных новых кадрах авиационного профиля и просто в Новых людях нашей страны.
Мне кажется, что сейчас пора несколько абстрагироваться и посмотреть на всю ситуацию около Ту-144 со стороны, взвешенно, без лишней самокритики. Что мы имеем? Уникальный летательный аппарат с рядом выдающихся характеристик. Да, у него есть нерешенные в свое время проблемы, при этом, они весьма серьезные. Сейчас, даже если и начнется строительство сверхзвукового пассажирского самолета, он будет другим. С другими двигателями, авионикой, других размерений, скорее всего поменьше. Но, все равно, новый самолет будет разрабатываться с легкой оглядкой на 144-й, всегда будет сравниваться с ним, ведь это реально построенный сверхзвуковой пассажирский самолет.
На моих страницах часто уделяется авиационным музеям. Я глубоко уверен, что музеи, в том числе технические отражают текущее состояние и уровень развития страны. Это – техническая история, которая отвечает за техническое будущее. Если мы ее не храним, значит и будущее не готовим. С этим могут поспорить. Только не со мной. Никаких экономических аргументов в споре не будет.